Империя красоты
Шрифт:
Но у Магдалены были другие планы.
– Красиво, правда? – спросила она, кивая на бесконечные ряды небоскребов за окном.
– Д-да, – пробормотал Марк.
Он вдыхал аромат духов Магдалены и ничего не видел. Джунгли из бетона и стекла – обычная картина. А вот прекрасная женщина, словно сотканная из солнечного света, – совсем другое дело.
– Но из окна моей спальни открывается гораздо более красивый вид, – задумчиво проговорила Магдалена. – Тяжело все время смотреть на небоскребы, и я распорядилась посадить на балконе
Марк наслаждался плавным течением ее речи, не особенно вслушиваясь в слова.
– У меня в этом здании есть квартира, – продолжала Магдалена, несколько озадаченная его молчанием. Кажется, намек яснее некуда, а он стоит как истукан и таращится на эти дурацкие каменные коробки.
– Кстати, все хотела посмотреть, какого цвета у вас глаза, – сказала Магдалена и, развернувшись к Марку, положила руки ему на плечи.
Он вздрогнул. Она взяла его двумя пальцами за подбородок и пытливо заглянула в глаза.
– Серо-зеленые, – с удовлетворением заметила Магдалена. – Очень красиво.
Что было делать Марку? Богиня сошла со своего пьедестала и удостоила его великой чести. Не понять Магдалену было невозможно. Руки Марка робко обвились вокруг ее талии, ощущая гибкость ее стана и мягкость ее платья. С легким смешком она потянулась к нему. Какой стеснительный мальчик! – промелькнуло у нее в голове.
Но Марк Лэнгтон отнюдь не был стеснительным, и она вскоре почувствовала это. Магдалена Мэриголд была совсем не похожа на девушек, с которыми он привык иметь дело, но и у нее были руки для объятий и губы для поцелуев. Как только Марк окончательно осознал, что нравится ей, все встало на свои места.
Она была женщиной, пусть самой красивой в мире, пусть ужасно богатой и влиятельной, но все-таки женщиной, рожденной для любви и желающей любить.
Марк склонился к ней и прижался губами к ее губам, нежным как шелк. Магдалена всего лишь позволила ему поцеловать себя, стремясь своей холодностью подогреть его пыл. Однако добилась прямо противоположного результата Марк отпустил ее и виновато пробормотал:
– Простите, мисс Мэриголд, я не должен был…
Магдалена мысленно упрекнула себя. Сейчас мальчик особенно нуждается в поощрении.
Поиграть в холодность она еще успеет.
– Почему? – спросила она нежно. Ее руки по-прежнему лежали на его плечах.
– Вы слишком красивы… – Марк запнулся. – Я забылся и позволил себе…
Магдалена была в восторге. Он извиняется за то, что она спровоцировала его! Марк – просто чудо. Как ей повезло наткнуться на такое сокровище!
– Вы несправедливы к себе, Марк, – мягко заметила она и потянулась к нему, давая понять, что его извинение абсолютно бессмысленно…
– Хэй, Малыш, не спи на дежурстве!
Дружеский удар по плечу привел Марка в чувство. Он растерянно огляделся по сторонам, с трудом осознавая, что находится не в кабинете Магдалены, а на своем рабочем месте в шестьдесят восьмом полицейском
Но Марк не жаловался. Особенно сейчас. Ведь когда все уйдут, он сможет спокойно поработать со списком, который ему дала Магдалена Мэриголд, и всласть помечтать о ней. Предвкушение такой ночи даже глупые шуточки толстяка Доила не портили.
– Только не вздумай превратить участок в бордель, – похохатывал Доил, – ты хоть и смазливый мальчик, но все-таки полицейский и должен думать о чести мундира…
Марк вздохнул. В этом был весь Джо. Каждый раз, когда Марк оставался дежурить, он отпускал подобные остроты собственного сочинения, над которыми никто не смеялся. Джо подшучивал и над остальными, но Марку, в силу его молодости, доставалось больше всех.
Джо продолжал упражняться в остроумии, а Марк молча ждал, когда ему это надоест и он наконец начнет собираться домой. Под монотонное бурчание Доила удивительно хорошо вспоминалось прекрасное лицо Магдалены, вкус ее ласковых губ, пьянящий аромат ее духов…
– Эй, да ты не слушаешь меня! – воскликнул Доил, смекнувший, что дело нечисто. Больно уж мечтательное выражение застыло на лице Красавчика.
– Конечно, слушаю, Джо! – откликнулся Марк с подозрительной живостью. Ужасно было очнуться и увидеть перед собой не блестящие изумрудные глаза Магдалены, а маленькие, налитые кровью глазки Толстяка Доила.
– Оставь парня в покое, – пробормотал Чак Рейнолдс, который вовремя подошел к ним. – Ты вот домой собираешься, а Лэнгтону всю ночь работать.
Он наклонился к Марку и проговорил вполголоса:
– Если хочешь, я заберу список Мэриголд домой и просмотрю его в выходные. У тебя и без него хлопот будет по горло…
Но Марк отчаянно замотал головой.
– Ну смотри, – понимающе усмехнулся Чак. – Хочешь в одиночку раскрыть дело и героем заделаться? На награду рассчитываешь?
Марк покраснел.
– Ладно… Я сделал себе копию. Вдруг что-то в голову придет. – Чак похлопал себя по карману. – Надеюсь, ты от помощи не откажешься?
– О чем ты говоришь! – возмутился Марк. – Мы же напарники!
Но Чак подмигнул ему и прижал палец ко рту, призывая к молчанию. Он уже пожалел о том, что в приступе болтливости рассказал ребятам об их визите в «Мэриголд корпорэйшн».
Лейтенант Уолш потом устроил ему хорошую головомойку, и Чак старался не обсуждать с Марком это дело в присутствии других.
Марк кивнул. Он так и не рассказал Чаку все подробности своей встречи с Магдаленой.
Да и о чем там было рассказывать? О том, что один час в ее кабинете превратился в вечность, наполненную страстными поцелуями Магдалены? Мирку было страшно даже представить себе, как отреагирует Чак, с его цинизмом и приземленностью, на подобное откровение.