Империя инков

Березкин Юрий Евгеньевич

Для нашей темы важнее всего определить, как сформировались первые государства в горных районах Боливии и Перу, т. е. на территории, ставшей впоследствии ядром империи инков. Судя по имеющимся данным, они прошли стадию города-государства, хотя их дальнейшая судьба еще недостаточно понятна. Особенно это касается Уари.

В VI веке н.э. в долине Аякучо возникло политическое объединение с вполне нормальной для города-государства территорией радиусом 30-40 км. Его столицей стал города Уари. В подобных границах культура уари просуществовала недолго.

Характерные для нее парадная керамика и изысканно орнаментированные ткани вскоре появляются в погребениях в разных районах Перу, а близ Куско и Кахамарки (т. е. на противоположных

концах этого нового ареала культуры уари) строятся обширные архитектурные комплексы, не имеющие прототипов в местных традициях. Все это было соблазнительно счесть за доказательство сложения первой центральноандской империи.

Некоторые археологи указывали на существенные отличия провинциальных материалов культуры уари от тех, которые характерны для столичного района Аякучо. Если памятники инкской архитектуры от Чили до Эквадора легко опознаются как характерные именно для кусканской традиции, то провинциальные объекты уари не слишком похожи на столичные образцы.

Имеющиеся данные все же склоняют к мнению, что крупное политическое объединение с центром в долине Аякучо в конце VI – начале VII века возникло. Однако его провинции обладали значительной независимостью, представляя собой образования с разной степенью автономии. Государство Уари просуществовало два-три века, а около 900 г. н.э. неожиданно исчезло. Строительство колоссальных административных комплексов в Кахамарке (Виракочапампа площадью 25 га) и близ Куско (Пикильякта площадью 70 га) так и не было завершено, но люди уари покинули их организованно, забрав с собою все ценности.

Хотя механизм распространения культуры уари в Андах пока не вполне понятен, само влияние древнего центра в Аякучо неоспоримо, и значение его трудно переоценить. Религиозные идеи уари проникли не только во многие горные области, но и на тихоокеанское побережье. Обилие привозных изделий на всей подвергшейся воздействию уари территории свидетельствует и об оживленных внутрирегиональных хозяйственных связях.

Политическое развитие в бассейне озера Титикака кажется понятнее, чем в центральном Перу. В конце I тыс. н.э. здесь сложились два крупных объединения уровня сложных вождества. Одно из них, Кея, или Тиауанако-III, располагалось с южной стороны озера, другое, Пукара, с северо-западной. После периода упадка, скорее всего, связанного со всплеском военной активности, территория к югу от Титикаки объединилась вокруг Тиауанако, а прямое или косвенное влияние этого города простиралось на большую часть Боливийского плоскогорья, по крайней мере на его северные районы. По оценкам археологов, число жителей столицы составляло в это время 15-20 тыс. человек. После гибели уари культура тиауанако, как уже говорилось, медленно деградировала.

На побережье Перу ранние государства возникли в северных и центральных районах, где находились наиболее крупные долины, способные прокормить значительное население. Не исключено, что процесс политического объединения нескольких долин проходил по той же модели, что и в Древнем Египте.

В силу особой конфигурации нильской долины номы (местные вождества) были вытянуты цепочкой вдоль реки и не могли расширять территорию на восток и на запад, где их ограничивала пустыня. И. М. Дьяконов высказал предположение, что когда один из номов Верхнего Египта победил ближайших соседей и подключил их ресурсы к своим, он начал громить соперников одного за другим, не опасаясь обходов с флангов и образования враждебных коалиций. В результате Верхний Египет был объединен необычайно быстро – до того как в отдельных номах успели сложиться специализированные, самостоятельные органы государственного управления.

На перуанском побережье также существовал естественный коридор между океаном и непроходимыми в меридиональном направлении предгорьями Анд. Вождества располагались в оазисах по берегам текущих с гор речек. Один из подобных индейских «номов» возник во II веке н.э. в долине

реки Моче. К северу от нее в море впадает гораздо более полноводная река Чикама. По мнению специалистов по древнеперуанской ирригации, магистральные каналы Чикамы были столь велики, что каждый из них обеспечивал водой земли целого вождества. В этих условиях задача политического объединения всей долины не стояла остро. Вождеству Моче удалось захватить этот крупный, но политически разобщенный оазис, а затем, опираясь на ресурсы сразу двух долин, поочередно разгромить остальных соседей и поставить под свой контроль территорию, растянувшуюся на несколько сот километров вдоль океана. Органы государственной власти сформировались на северном побережье Перу лишь после завершения этой военной кампании. О данных событиях известно исключительно по материалам археологии и иконографии (вождеству, а потом государству со столицей в Моче соответствует культура мочика). О повторении того же процесса во вдвое большем масштабе при образовании и расширении в X-XV веках царства Чимор есть и исторические сведения. Они вполне подтверждают выводы археологов. Надо, правда, сказать, что формы подчинения отдельных долин центру в Моче остаются дискуссионны и некоторые из них могли сохранять широкую автономию.

На центральном побережье аналогичным путем возникло, возможно, еще одно объединение, которому соответствует культура лима, но оно было вдвое меньше мочикского и изучено хуже. Дальше к югу власть местных вождей не распространялась за пределы отдельных оазисов. И это естественно: как сельскохозяйственный потенциал, так и рыбные ресурсы южного побережья Перу, и тем более чилийской Атакамы, меньше, чем в северных районах. Соответственно, меньшим было там и население, проще социальные структуры.

Подсчеты общего числа жителей первичных перуано-боливийских государств делались только для культуры мочика. По выкладкам Р. Шеделя, в середине I тыс. н.э. на соответствующей территории обитало немногим более четверти миллиона человек. В последние годы археологи пришли к единодушному заключению, что лишь менее половины этой территории действительно подчинялось центру в долине Моче, а к северу от государства Мочика располагались близкие ему по культуре менее крупные политические образования. Соответственно численность населения государства Мочика должна была быть порядка 100 тыс. человек, что совпадает с определенным И.М. Дьяконовым числом жителей шуменского Лагаша.

Пикильякта – крупный археологический памятник времен царства Уари

В эпоху расцвета культур уари, тиауанако и мочика были заложены основы последующего объединения Центральных Анд инками. В это время были опробованы те установления и идеи, которые могли быть использованы для управления большими сообществами людей. Некоторые из подобных установлений оказались неэффективны, другие были затем использованы создателями инкской империи.

Наиболее несомненным и важным кажется развитие в I тыс. н.э. ротационной системы привлечения к труду крестьян-общинников. Исследуя монументальные платформы в столице мочика в Моче, археологи провели комбинаторный анализ знаков, прочерченных на кирпичах, сопоставили результаты с данными о составе глины, характере кладки и т. п. Оказалось, что каждую секцию возводила особая группа людей, отвечавших за весь процесс, начиная от замеса глины и кончая укладкой кирпичей на отведенном участке. Именно поэтому люди метили свою продукцию особыми знаками. Знаки, встречавшиеся на кирпичах в нижних ярусах кладки, через какое-то время появлялись вновь. Следовательно, трудившиеся здесь коллективы работников обладали устойчивостью и преемственностью традиций. Подобной стабильностью отличаются только общины крестьян.