Империя алмазов
Шрифт:
Марен поглядела Чессеру в лицо и спросила, не переел ли он паштета за обедом. Вид у него был такой, что хотелось предложить касторки. Чессер молча направился к двери. «Передай Мичему, пусть катится…» – собирался выпалить он, но, поравнявшись с великаном и посмотрев на него снизу вверх, благоразумно сдержался.
– Вы преследуете меня, – сказал он, надеясь, что негодование получилось убедительным. Издали тип в черном выглядел огромным, теперь же казался настоящим исполином. Шея у него была чуть не два фута в обхвате. Чессер отступил на полшага назад.
Тип не проронил ни слова. Чессер заметил,
«Вы мне нужны по делу. Завтра в десять утра вам позвонит мой человек.
Клайд Мэсси».
Чессер не поверил глазам. Взглянул наверх, чтобы получить какое-нибудь подтверждение, но тип в черном исчез.
– Ты его знаешь? – спросила Марен.
– Первый раз вижу. Ну и верзила!
– Да нет. Клайда Мэсси. Чессер покачал головой.
– Чепуха, – сказал он. – Может, кто подшутил?
– Зачем?
Чессер и сам думал об этом. Он не знал Клайда Мэсси, хотя, конечно, слышал о нем. Самый известный миллиардер мира. В то время как остальные богачи предпочитали анонимность, Клайд Мэсси щеголял своим финансовым положением. Его имя стало нарицательным в обозначении денежного туза, вроде Рокфеллера. Мэсси редко появлялся на людях, но о нем чуть не каждый месяц писали журналы. Первый канал телевидения посвятил целый час рассказу о нем и даже показал фильм об его обширном поместье, причем экскурсию вел сам Мэсси. Американец, он из-за бракоразводных тяжб перебрался в Англию. Он был женат четырежды, последние три раза на совсем молоденьких женщинах. И сбежал от алиментов. Не из скупости, просто считал это делом принципа. Его заокеанские жены могли только потрясать постановлениями суда, которые в Англии были недействительны.
Марен взяла записку. Потрогала тисненую печать.
– Похожа на подлинную, – признала она. – Но завтра воскресенье. А мы по воскресеньям не работаем.
Чессер согласился.
На обратном пути Марен скомкала записку и с расстояния десяти футов ловко зашвырнула ее в удобную урну лондонского Сити.
Потом они пошли в Риджент-парк, погуляли по аллее среди диких цветов и вернулись в «Коннахт», собираясь одеться и поужинать в ресторане. Вместо этого они разделись, занялись любовью, а потом поужинали в «Траттория Террацца». Затем была рулетка в «Двух ботинках». Марен проиграла двадцать тысяч и пожаловалась, что ей мешали отрицательные силы в атмосфере. До отеля они добрались к четырем. Сыграли в трик-трак на пятьдесят тысяч долларов. Марен выиграла, тут же отвернулась и, довольная, уснула. Чессер погасил в ванной свет, открыл окно и тоже лег. Пристроился рядом с Марен, осторожно обнял ее и положил руку ей на грудь.
Через минуту его пальцы разжались. Он спал.
ГЛАВА 5
Маленький дорожный будильник показывал
Это был портье.
– Ваша машина прибыла, сэр.
– Не надо машину, – со сна тупо пробормотал Чессер.
– Машина Мэсси, сэр.
– Мэсси?
Тут проснулась Марен и даже подпрыгнула.
– Скажи, что мы сейчас будем. Чессер спросил, зачем.
– Все равно больше делать нечего.
– Можно спать. Вдобавок неизвестно, кто на самом деле этот чертов тип. Может, никакой не Мэсси.
– Тем более.
Чессер поплотнее зажмурил глаза, пытаясь окончательно проснуться. Он даже зубами скрипнул. Марен уже умчалась в ванную, отговаривать ее было поздно. Чессер услышал, как она напевает какую-то песенку.
Он неохотно сказал в трубку:
– Будем через несколько минут.
Положив трубку, он побрел в ванную. Марен торопливо сунула ему в руки включенный душ.
Когда Чессер помылся, она уже была в комнате и одевалась. Он почувствовал себя гонщиком поневоле. Не было времени даже сменить лезвие. Он поскреб лицо старым. Лосьон после него обжигал, как соль рану.
Марен уже оделась. Пришлось ему догонять. Теперь она складывала в свою сумку-рюкзачок разные необходимые вещицы, вроде ее косметички и гостиничного полотенца.
– Где твои алмазы? – спросила она.
– Внизу, в сейфе.
– Забери их.
– На кой черт?
Он застегивал ширинку. Вернее, пытался. Третья пуговица в четвертую петлю. Марен присела и помогла ему.
– Если это не Мэсси, – сказала она, – значит, им нужны твои алмазы. Я еще вчера так решила.
– Чепуха.
– У меня предчувствие. Впрочем, если мы оставим алмазы тут, у нас их не отнимут.
– Значит, пусть лежат в сейфе. – Хочу, чтобы меня ограбили.
Он принужденно засмеялся, потому что она не шутила.
– Хочешь, чтобы тебя ограбили?
– Одни делают новости, а другие их только читают, – отрезала она.
Шофер оказался тем самым типом в черном. Машина – белым «роллс-ройсом» с откидным верхом и белой же обивкой из кожи антилопы. Чессера и Марен от водителя отделяло стекло. Чессер нашел кнопку, которой стекло опускалось.
– Кто вы? – спросил он.
Великан не ответил. Даже не оглянулся.
– Скажи ему, пусть опустит верх, – попросила Марен. Чессер подался вперед и сказал погромче.
Шофер увидел его лицо в зеркале. Машина остановилась. Великан открыл два запора на рамс ветрового стекла и надавил хромированную кнопочку на панели управления. Верх автоматически откинулся и зафиксировался со щелчком.
Ехать с опущенным верхом оказалось холодно. Чессер пригнулся, пряча лицо от ветра. Марен съежилась рядом.
– Кофе бы сейчас, – сказал Чессер.
– Ага. Попроси его где-нибудь остановиться.
– Лучше потерпим, – Чессеру не хотелось обращаться к шоферу.
Марен наклонилась и нажала кнопку на спинке переднего сиденья. Открылся небольшой бар: две одинаковых пластмассовых склянки с красными и синими пилюлями, графин минеральной воды и хрустальный бокал.