Императорский отбор
Шрифт:
– Почему?
– Скажите, вам нравятся козы? – неожиданно спросила горничная.
– Козы? – один вопрос удивительнее другого просто.
– Да, козы. Животные такие. Крестьяне разводят их ради молока и мяса.
– Ну… – когда был маленький, бабушка держала в деревню козу – черную, здоровенную, с большущими рогами – даже катался на ней, как на лошади. – Они прикольные.
– Прикольные? – тонкая бровь изогнулась. – Обычно их пасут на самовыгуле, ну да неважно. Понимаете, ваше сиятельство, держать козу – ухаживать за ней, гладить, кормить – это нормально. Совокупляться с козой – нет.
– Ничего не понимаю, – мотнул головой и тут же поморщился от острой боли. – Но иногда мне кажется, что быть служанкой – своего рода наказание.
– Мы пришли, – спутница остановилась в конце темного туннеля с рядом дубовых дверей, из-за которых помещение напоминало тюрьму.
Пара пассов над замком, и я оказался в крохотной келье с зарешеченной бойницей вместо окна. С карниза свисали черные занавески, но все равно в комнате было достаточно светло, так что ее не назовешь удобной для вампира. Справа стояла грубая деревянная кровать, слева – туалетный столик и гардероб: ничего лишнего, предельный минимализм и спартанские условия.
– Я думал, вы в гробах спите…
– Крестьянские байки. Раздевайтесь и ложитесь, – тоном опытного доктора произнесла горничная и достала из шкафа ремни и темную шелковую ленту.
Я послушно снял все, кроме кальсон, и бережно повесил на спинку стула, хотя по большому счету одежда годилась только для помойки – то, что не заляпало кровью, перепачкалось зеленым соком и землей после падения. Пока я неумело разбирался с пуговицами (ширинка без молнии – особый вид пытки), Карина плотно завязала себе глаза и повернулась.
– Полностью, – палец указал ниже пояса. – Не волнуйтесь, я не увижу ничего лишнего.
– А что вы вообще увидите с такой лентой? – белье последним упало на стул. На всякий случай прикрыл хозяйство ладонями, но про себя не без удовольствия отметил, что стыдиться, в общем-то, нечего.
– Все, что внутри. Органы, кости, жилы – все, в чем есть хоть капля крови.
– Хм… Ну ладно, – лег на тонкий и жесткий, будто набитый песком, матрас и сложил руки по швам.
– Нет. Вытяните руки над головой и сведите запястья и лодыжки. Крайне важно, чтобы вы не двигались во время процедуры, иначе я могу ошибиться.
Я подчинился, хотя происходящее начинало откровенно пугать. Девушка бережно стянула конечности ремнями, после чего надела повязку и мне.
– Магия крови – таинство, недоступное для смертных. Вы не должны его узреть. К тому же, ритуал может вас испугать.
– Да я уже, между прочим…
Она провела ноготками от горла до пупка, и вслед за этим касанием пронесся крохотный разряд.
– Расслабьтесь, пожалуйста. И помните: то, что я делаю – такая же тайна, как и ваши оценки. В мои обязанности не входит выгораживать вас перед родней, так что постарайтесь не распространяться об этом.
– И тем не менее, вы мне помогаете. Почему?
– Честно?
– Я лежу перед вами связанный и без трусов. Думаю, вы можете быть со мной предельно откровенны.
– Вы не похожи на типичного дворянина. Вы просты и открыты, но в то же время знаете себе цену. Порой ваша манера говорить больше подходит мещанину или простолюдину, но ваши действия и решения не оставляют сомнений в
– Уверяю, это не от ваших слов. Я люблю похвалу, но не настолько.
– Простите, – Карина тихонько рассмеялась в ладонь.
– Нет, это вы простите.
– Право, не стоит извиняться. Молодой организм, интимная обстановка. Если хотите – помогу избавиться от этой оказии.
– Надеюсь не так, как я подумал?
Девушка снова хихикнула.
– Нет. Просто перегоню кровь в более подходящее место. А теперь прекратите меня смешить – и сами не смейтесь. У вас серьезные травмы диафрагмы и трещины в ребрах. Я использую вашу же жизненную силу для ускоренной регенерации. Поначалу может показаться, что у вас остановилось сердце, однако не волнуйтесь, это просто побочный эффект.
Она возложила ладони мне на грудь, и мотор дернуло так, что без ремней я бы точно вскочил с кровати. Однако двинуться мне никто не позволил – изящные ручки давили прессом, а конечности вскоре вовсе онемели до состояния полупаралича. От аритмии сбилось дыхание и прошиб холодный пот, а страх надвигающегося инфаркта разогнал кровь еще быстрее.
– Что-то мне… нехорошо.
– Успокойтесь, все в порядке.
На порядок это походило меньше всего. Боль усилилась, а страх перерос в панику. Не настолько я хорошо знаю рыженькую, чтобы полностью доверить ей жизнь. И не настолько сильно меня отделали, чтобы подвергать себя риску таким «лечением».
– Хватит…
– Я почти закончила…
Похоже, закончить она решила с моим бренным существованием. Паника сменилась агонией, я закричал и дернулся, как муха в паутине, и в этот миг из ладони ударил ослепительный столб света и вмиг пережег ремень. Карина отшатнулась и врезалась спиной в шкаф, я же почуял долгожданную свободу и выпрямился, но свет при том не погас и оставил на стене и потолке закопченный след.
Когда колокольный гул стих, я услышал в коридоре частые шаги – кто-то бежал к нашей комнате. Служанка немедля прыгнула на меня, оседлала и зажала рот рукой. Будто выстрел хлопнула дверь, и в комнату влетел охранник с таким видом, точно в замок пробралась сама пресвятая Паллада. Когда же открылась истинная причина беспорядка, вампир в плаще натянул привычную каменную маску и учтиво поклонился.
– Прошу прощения за беспокойство. Я услышал крики и странный шум.
Дверь закрылась, эхо шагов растворилось вдали, и лишь тогда Карина с облегчением выдохнула и убрала ладонь.
– Чуть не попались… – она пересела за туалетный столик, сняла повязку и вооружилась расческой. Вопреки очередному расхожему поверью, в зеркале горничная прекрасно отражалась. Как вы себя чувствуете?
Как ни странно, чувствовал себя отлично – то ли луч помог, то ли девушка вовсе не пыталась меня убить. Бонусом подтвердил выдвинутую ранее гипотезу – дар пробуждался лишь в моменты смертельной опасности, однако нужно любой ценой подчинить его своей воле. Если каждый раз играть в русскую рулетку ради единственного заклинания, то доиграюсь гораздо раньше, чем стану великим клириком.