Император. Прогрессор. Маг
Шрифт:
— Агась, из него, ваша милость. Староста я. В столицу на собрание плавали. Заодно рыбу увезли вяленую, да железа малость прикупили — топора два, да кирку.
— Погоди. Вяленую?
— Агась. Наловили, насушили, увезли обменять. В итоге нам денег подарили на весь посёлок. Мы свои доли потратили, остальные в деревню везём.
— Но для вяленья соль нужна. Где взяли?
Староста замялся, было видно, что отвечать он не хотел. Я помог.
— Да не бойся ты, не заберёт у вас никто вашу соль. Я же говорю, мы земли осматриваем, изучаем, где что есть полезное.
— К востоку она от посёлка нашего. Далековато, правда. За посёлком в той стороне у нас охотники хижину построили. Живут там, стало быть, охотятся. Недавно зверя выследили они чудного, крупного. Два дня его догоняли, а он всё к востоку бежал. Да так и сбежал — след потеряли, растяпы. Зато пока след искали, нашли целое поле, солью засыпанное. Будто озеро какое было, да в соль превратилось. Вот её в посёлок и притащили вместо мяса.
— Отличные новости! Соль всем нужна. Так что давайте копайте её побольше, да в посёлок везите. Купят её там, не сомневайтесь, хоть сколько привезите. Ну и в других посёлках тоже можете продать.
— Так нельзя, ваша милость!
— Отчего же?
— Так жуть какая-то неподалёку от озера завелась! Два раза успели за солью сходить, а потом объявилась нечисть поганая! Глаза огнём горят, из ноздрей дым извергает, бронзой покрыта, будто доспехом. Всех, кто за солью идёт, на куски рвёт!
— Беда. И многих порвала?
— Так двоих насмерть, а третьего покалечила. Он до деревни едва добежать сумел. Слёг теперь с горячкой. Вот.
— Понятно. Похоже, придётся нам немного маршрут изменить и заглянуть к вам в гости. Соль — дело хорошее, а твари и больные — не очень. Будем больных лечить, а тварями головы откручивать. Далеко до деревни отсюда?
— Да не. Одну даль надо вам вверх по течению пройти, а там мы вас всех на лодке на тот берег переправим. Там деревня наша. Только вот зверя вашего не перевезём. Тяжёл больно. Лодка не выдержит.
— Ну это не страшно. Бурый сам себя запросто переправит. Кстати, где вы лодку такую взяли?
— Так сами сделали, ваша милость! — с гордостью сказал бородатый староста. — Это мы умеем. А чего это вы нам помочь решили?
— Деревня у вас хорошая. И соль нашли, и лодки делать умеете. Таким помогать надо.
— Спасибо, ваша милость!
— Да не за что пока. Плыви давай. Встретимся выше по течению через одну даль.
Встретились, переправились.
Посёлок оказался серьёзнее, чем Шахтный, но хуже, чем столица. Избы и землянки здесь были у каждого, хотя и выглядели скромно. Нас переправили сразу на двух лодках, выдолбленных в стволе поваленного дерева. На берегу шла работа над ещё одной. Рыбаки бросали сети в реку прямо с суши. На очаге в центре посёлка стоял крупный котёл, в котором что-то мешала толстуха-повариха. Никак на рыбе растолстела.
Израненный селянин ожидал нас в одной из хижин, лёжа в углу, на постеленной прямо на полу соломе. В другом углу лежала кашляющая кровью женщина. Марон подоспел к больным
Марон снял повязки с ран, изготовленные из грязной ткани, откинул их в сторону. Ран было огромное множество, часть из которых успела загноиться. На мой дилетантский взгляд, раны были рваными и колотыми.
Знахарь принялся растирать прямо по ранам свою чудодейственную мазь. Несмотря на то, что больной был без сознания, от прикосновения к ранам он начал стонать и бормотать что-то себе под нос.
Желая и от себя внести хоть какую-то лепту в выздоровление больного, я прочитал целебное заклинание. Небольшие ранки тут же затянулись, более крупные слегка подсохли. К сожалению, в себя очевидец так и не пришёл, поэтому услышать из первых уст, что за существо он повстречал, нам не удалось.
С помощью артефакта связался с Мелисандой, доложил обстановку, узнал, как дела в столице.
Переночевать решили с комфортом — на соломе, постеленной прямо на земле в сырой хижине. Да, для нас сейчас это комфорт.
В дорогу выдвинулись рано утром, легко позавтракав и захватив с собой провожающего из числа селян. Первым, как обычно, шёл Бурый, протаптывая своей тушей приличных размеров просеку, по которой уже относительно легко двигались остальные.
Мэнди Ванди Мо, что шёл с нами, был под пристальным вниманием Марона, который ежедневно заставлял эльфа выпивать небольшой флакончик со снадобьем, которое изготовил из органа стратега и ещё каких-то трав.
Снадобье, судя по всему, действовало — эльф опять стал говорить, хоть и по-прежнему заикался. Думаю, что спустя месяц или два он и заикаться прекратит и расскажет нам свой секрет, который у него точно есть. Больно выразительные и грустные у него глаза. Он явно знает больше, чем может сказать. Возможно, его знания помогут нам обустроиться на новом континенте.
Голос, как и обещал, исчез и уже долгое время не беспокоил меня. Прошло уже немало времени с того момента, когда он спас меня от смерти, а я до сих пор ни на шаг не приблизился к тому, чтобы помочь его владельцу. Я не просто знал, а чувствовал, куда нужно идти. Знание отпечаталось у меня в мозгу будто компас или путеводная звезда. Я обязательно верну долг, но не сейчас. Пока я должен позаботиться о своих близких, покинувших Землю соотечественниках и всех халионцах. Как только буду уверен в завтрашнем дне, сразу же отправлюсь возвращать долг.
Ну а сейчас приходится продираться сквозь необычный лес, который нельзя было отнести ни к тайге, ни к джунглям. Просто лес. Веду за собой людей, в том числе Андрея Николаевича, который, будучи в посёлке, опять успел приложиться к бутылке и с собой захватил пьянящего напитка. Ягод и фруктов в лесах было полно, и многие жители уже научились ставить на их основе брагу. Хотя скорее даже вино. В брагу нужно сыпать дрожжи, которых у нас нет. Вино же бродит само по себе, за счёт содержащихся на поверхности исходного продукта бактерий.