Император поневоле
Шрифт:
Умостившись в обшарпанном кресле, Петр пристегнулся ремнем безопасности и только после этого осмотрелся вокруг.
Челнок, определенно был скорее грузовым, нежели пассажирским, об этом говорили разбросанные по всему салону инструменты, ящики и какие-то запчасти от неведомых механизмов. Осмотрев еще раз окружающую обстановку, Петр поинтересовался у Ваксы:
– Зачем нужно было так торопиться, если мы продолжаем стоять на месте?
– Не бери в голову парень. Просто это корыто давно нужно было пустить в утиль.
– Эй, вы там живые?!
– Послышался вопрос пилота, в котором угадывалась некая издевка над пассажирами пытающимися прийти в себя после перенесенных перегрузок.
– Живые! Что с нами сделается?
– Со стоном, ответил Вакса, пытаясь отстегнуть ремень, врезавшийся в тело.
– Если живые, тогда выметайтесь отсюда, да побыстрее, мне еще за другими не один раз мотаться придется.
Петр, быстро отстегнулся и помог это сделать своему спутнику, а спустя минуту, поддерживая друг друга, покинули челнок и оказались в транзитном терминале орбитальной станции.
– Вакса, давай быстрее сюда, да и своего спутника прихватить не забудь!
– Выкрикнул кто-то, из толпы размахивая руками.
– Уже бегу!
Посмотрев вслед убегающему, Петр, не раздумывая, кинулся за ним следом, при этом еле успел влететь в закрывающиеся двери вагонетки начинающий свой разбег.
– Ты гляди, новенький успел! Такого еще не бывало на моей практике.
Не обращая внимания на возглас, Петр прошел вперед и, найдя свободное место, с комфортом устроился на нем.
– Как тебя зовут?
– Послышался вопрос, за спиной.
– Павел.
– Очень приятно тезка. В общем, так Павлуша, ты плазменным резаком пользоваться умеешь?
– Только стандартным станком, без всяких дополнительных функций.
– У нас других и не имеется.
Спустя полчаса вагонетка постепенно замедляя ход, остановилась, и бригада неторопливо вышла в огромный зал, в котором стоял серьезно поврежденный космический корабль. Присмотревшись более внимательно, Петр заметил рухнувшие леса окружающее судно с огромной пробоиной в двигательном отсеке.
– Так это же дальний разведчик класса 'Горец'! Зачем военные его притащили на разделку, ведь ему место в аэрокосмическом музее! Насколько, я помню, этой модели более 300 лет.
– С восхищением рассматривая корабль черного цвета с вкраплениями отражающей слюды, отчего он казался, частью самого космоса.
– Нас это совершенно не касается. Сказали резать, значит, разделаем его.
– Категорично заявил представительный мужчина, вероятно являющийся бригадиром.
– Быстро разбираем инструмент и вперед на разбор рухнувших лесов и только после этого приступаем к утилизации этой седой и никому не
– Как скажешь босс!
– Со смешком отрапортовал Вакса, пародируя армейскую стойку 'Смирно'.
– Не юродствуй убогий!
Похохатывая, бригада неорганизованной толпой подошла к стеллажам с инструментами и, разобрав его, приступила к разбору беспорядочно нагроможденных строительных лесов.
– Павел, остановись! Ты, что не слышал, объявили перекур.
– Да? Честно говоря, не заметил.
– Устало ответил Петр, откладывая в сторону свой раскаленный резак и, только после этого посмотрел на Ваксу.
– Пошли уж, работяга, а то обед нам холодным достанется.
Согласно кивнув, молодой человек вытер вспотевшее лицо и, перебравшись через сложенные трубы лесов, двинулся следом за ним.
Отстояв длинную очередь, Петр получил в руки поднос с еще дымящейся пищей и не найдя свободного места за столиками, вернулся на свое рабочее мест, где и застал с десяток человек, которым не хватило места за общими столами. Оглядев нечаянную компанию, парень устроился на подходящей трубе и неторопливо принялся за еду.
Продолжая утолять свой голод, Петр услышал тихий разговор двух переговаривающихся людей, старающихся не обращать на себя внимания окружающих:
– Что это за калоша такая? Мне никогда ничего подобного видеть не приходилось.
– Ты, разве в школе не учился? Это же одна из многих машин, с помощью которых человечество вышло на галактические просторы, тем самым серьезно расширив ареал своего обитания.
– Ответил на вопрос неизвестный, явно имеющий весьма приличное образование.
– Пилоты таких звездолетов были воистину героями с большой буквы, являясь гордостью всего человечества. Другие просто не смогли бы завоевать для нас и десятой доли того, что мы имеем сейчас.
– Зачем же тогда его в утиль списали?
– А, я знаю? Наверное, кто-то в военном ведомстве решил деньгу срубить, списав эту седую рухлядь на слом.
– Может быть, но в таком случае, откуда в нем такая пробоина в борту, да и сам он откуда вообще взялся?
– Тебе же говорили, военные откуда-то приволокли, а дыра в корпусе от шального метеорита. Экипаж скорей всего погиб полностью, так как все спасательные капсулы находятся на своих штатных местах.
– Это очень даже хорошо! Сможем неплохо поживиться.
– Заткнись и больше об этом ни слова. Ни дай бог услышит, кто и нам несдобровать.
– Да, ладно тебе Захар, нет тут никого.
– Не забывай, даже у стен бывают уши.
– Сердито прошипел более опытный человек, пытаясь вразумить своего напарника.
Мгновенно поняв намерения неведомых собеседников, Петр, стараясь не шуметь, покинул свое пристанище и, не делая резких движений, удалился в сторону мусорных контейнеров, где и выбросил свой поднос в утилизатор.