Император и шут

Дункан Дэйв

Выбрав самый приличный из стульев, Кэйд устроилась на нем. Сагорн подвинул другой и сел напротив. Выжидательно поглядывая на гостью, доктор пригладил волосы, заодно размазав по лбу грязь. Свое скверное настроение он даже не считал нужным скрывать.

— Из города сбегаете? — выпалила Кэйд.

— А вы догадливы!

— Можно спросить почему?

— Сами знаете, — свирепо рыкнул старик.

— Глупости! — тряхнула головой Кэйд. — Императору нужен ваш совет. Да такая удача — гарантия благосостояния на всю жизнь, какой бы долгой

она ни была!

— Удача? Чушь!!!

Сагорн вскочил со стула, высокий, мрачный, и начал метаться по кабинету, благо места хватало.

— Вы прекрасно знаете, как старательно мы охраняли свой секрет. Мы долго таились, но теперь с нас сорвана маска! О нашем проклятии начнут судачить на каждом углу. Мы станем посмешищем для горожан и легкой добычей колдунов. Хранители узнают о нас, император им все разболтает. А бедствие это постигло нас из-за нашего мягкосердечия. И зачем мы только ответили на приглашение Холиндарна и притащились в Краснегар?!

— Не будьте смешным, — спокойно посоветовала Кэйд. — Ваша тайна останется при вас.

Досада Кэйд росла как на дрожжах.

— Надо же, какое чудо — вы сами пакуете вещи! Что же вы не поручили эти хлопоты кому-нибудь другому, помоложе? Или на сей раз остальные компаньоны не согласны с вашим решением?

— Бог Жалости! Кэйд, вы же знаете, я не могу контролировать поступки других!

— Прежде, кажется, они действовали согласно вашим рекомендациям, не так ли? Ведь ваш голос был решающим?

Старик фыркнул, презрительно и раздраженно.

— Говорите, чего от меня надо, и уходите.

— Вы виделись с Рэпом?

— Нет, после похорон Гатмора не встречались. — Перестав бесцельно метаться по комнате, он замер перед раскрытым сундуком, мрачно уставясь на его содержимое. — А... вы не знали? Примите мои извинения, мэм.

— Так я и думала, — печально промолвила Кэйд. За время долгого пути из Араккарана герцогиня научилась восхищаться грубым моряком, найдя в нем немало скрытых достоинств. — Смерть Гатмора как-то повлияла на решение мастера Рэпа сразиться с Калкором?

— Еще бы! Целиком и полностью.

Кэйд горестно вздохнула. Она прекрасно знала, как нужно постараться, чтобы фавн изменил принятое им решение.

— Я скорблю о случившемся. Хорошо, что Гатмор отомщен. Жаль только, что вы не знаете, где Рэп. Вы не знаете, почему он избегает Инос?

Старик доплелся до стула и снова сел.

— Избегает ее?

— Определенно. Знаете, теперь Рэп — колдун. Вы, наверное, слышали, что он сделал? А Хранители его оправдали.

— Я немало наслушался про колдуна-фавна, который бродит по Хабу. Этих побасенок расплодилось больше, чем крыс в столичных канавах. Но я думаю, что истина проста: он поцапался с Зиниксо. Инициатива исходила либо от гнома, либо от фавна, это не суть важно. Важно, что он вернулся с победой. Так что Рэп — новый Хранитель Запада.

— А вот и нет. Он отказался от этой чести.

— Похоже на него, — презрительно буркнул Сагорн.

— Относительно

пламени. Это Инос спасла его, но с той ночи Рэп так ни разу и не поговорил с ней. Но он в Хабе. Герцога Анджилки исцелил, насколько был способен, и покалеченного слугу Азака тоже вылечил. Я знаю, что он много времени проводит с принцем и юным гоблином. Прошел слух, что он уезжал из столицы, но уже вернулся. И все же к Инос он не подходит!

Сагорн откинулся на спинку стула, не сводя с Кэйд цепкого взгляда. Скрестив вытянутые ноги, доктор улыбнулся, состроив зловещую гримасу:

— А когда вы видели его в последний раз?

— Сегодня утром, — призналась она. — Я возвращалась к себе по безлюдному коридору, и вдруг он вышел... нет, появился из-за угла. Мы перекинулись парой фраз, и его не стало. Он исчез! — Кэйд старалась выглядеть беззаботно, но старый пройдоха видел ее насквозь.

— Что именно он сказал? — Видя колебания Кэйдолан, доктор заявил: — Как я могу советовать, если вы от меня таитесь?

— Ладно! Он произнес: «Скажи ей, что я действительно люблю ее!» Это все.

Старик помрачнел, задумался и снова спросил:

— Каким он тебе показался?

— Огорченным, пожалуй. И глаза какие-то дикие.

— Бешеные, как у мокрой кошки. И хватит гадать, — потребовал Рэп, закрывая за собой дверь кабинета.

От неожиданности Кэйд вздрогнула и укоризненно глянула на Сагорна. Но доктор сам был перепуган насмерть.

Рэп засунул руки за пояс и сердито уставился на Кэйд:

— Негоже пересказывать личную беседу!

— Негоже подслушивать чужие разговоры, — парировала Кэйд.

Рэп выглядел как самый заурядный конюх, к тому же взбудораженный и рассерженный.

— И незачем через вторые руки заверять девушку в любви, если обходишься с ней так жестоко, — продолжала старушка. — Она очень страдает.

Рэп помрачнел, но смолчал.

— Ну, по крайней мере объяснение-то она заслужила! — выкрикнула Кэйд и поразилась, как болезненно исказилось лицо Рэпа. Она даже испугалась — не болен ли он.

— Не будет объяснений, — хрипло ответил Рэп. Окинув рассеянным взглядом багаж Сагорна, он насмешливо взглянул на самого ученого. — Я здесь, чтобы исполнить обещание.

Старик сглотнул комок, застрявший в горле, и облизал тонкие бледные губы. Подавшись вперед, он с такой силой вцепился в подлокотники кресла, что побелели костяшки на пальцах.

— Видишь? — мстительно хихикнул Рэп. — Он удирал не от императора. И не от Хранителей.

— От тебя, — ахнула Кэйдолан.

— Именно. Он отлично знал, что я сдержу свое слово и обязательно приду. Сейчас он может получить то, что всегда желал. Но он уже слишком стар, чтобы пользоваться этим в одиночку, не так ли, доктор? Ты прожил сто лет, и с перерывами ты мог бы протянуть еще столько же. — Горько рассмеявшись, Рэп повернутся к Кэйд. — Он не верит другим. Не смеет доверять компаньонам, они ведь моложе его.