Иммунный
Шрифт:
Откинув в сторону разряженный арбалет, я присел перед этим «индейцем» на корточки.
— Жить хочешь?
— А кто же... не хочет-то? — выдавил он из себя.
— Почему сразу меня не убил? Ведь мог же.
— За живого убегшего... в три раза больше дают... чем за мёртвого...
Причина уважительная. Понимаю.
И в том, почему он убил Корня и рыжего, тоже нет никакого секрета. В условиях леса конвоировать одного гораздо сподручнее. А бошки убитых можно в мешок запихнуть и обменять потом на наличные: по три с лишним ларта за штуку. Закон «синицы в руке», он в любом мире и в любом времени действует одинаково.
— Знаешь, кто я?
— Догадываюсь.
—
— Леннир... с севера... Хотя это имя, наверно... не настоящее...
Я мысленно хмыкнул. В наблюдательности и умении делать выводы ему не откажешь.
И магией пользоваться он уже не пытался. Хотя, вероятно, мог бы.
— Ты прав, да, не настоящее. А самого-то как звать-величать?
— Для местных я... Тур-бродяга. Но можно и просто... Тур... С общиной у меня договор... За лесом слежу... браконьеров, контрабандистов, беглых отлавливаю... А ещё нечисть всякую.
— И много здесь нечисти водится?
— Пока не встречал. Но здешние верят... что много... Поэтому и не ходят сюда. Боятся.
Я засмеялся.
— Хороший отмаз. Уважаю. А ранг у тебя какой?
— Маг разума... первого уровня.
Враньё. Причём, очевидное. Я знал, что он врёт. А он — что я это понимаю. По идее, мне следовало прикончить его, но, вот незадача, убивать его мне не хотелось.
— А хочешь, я тебя отпущу?
— В смысле? — удивился охотник.
— В смысле, возьмёшь всё, что нужно, с этих троих, — кивнул я на трупы, — и пойдёшь себе потихоньку. Ты в одну сторону, я в другую. Никто никого не видел, все при своих. Ага?
Назвавшийся Туром-бродягой думал секунды четыре. Затем покачал головой:
— Не получится.
— Почему? Боишься, что обману?
— Нет. Не этого.
— А чего?
Он тоже взглянул на убитых. Потом на меня.
— Ваша одежда... повадки... Судя по ним, вы беглые. А судя по тому, кто ты есть, вы с каторги в Мёртвых топях... Оттуда никто никогда не мог убежать. Пройти через топи и Гиблый лес мог только такой, как ты... Понятия не имею, как ты попал туда, но понимаю, зачем... А убежать ты решил... наверное, потому что тебя раскрыли... Из топей здесь самый короткий путь. День-два... неделя, и от гвардейцев и экзекуторов здесь будет не протолкнуться. И если я принесу эти головы... — вновь указал он на трупы. — Да даже если не принесу, проверять будут всех. Меня — одного из первых, с особым пристрастием, как здешнего следопыта... А мне этого не хочется. Очень не хочется.
— Есть, что скрывать?
— Всем в этой жизни... есть, что скрывать, — поморщился Тур. — Но даже и это не главное. Главное, я не хочу, чтоб тебя поймали.
Мои брови поползли вверх.
— Откуда такой альтруизм?
Охотник окинул меня пристальным взглядом и тихо проговорил:
— Чем дольше ты на свободе... тем хуже Империи.
— Ты ненавидишь Империю?
Лицо собеседника исказила гримаса ненависти. Настоящая. Я не мог ошибиться.
— Империя отняла у меня всё. Поэтому чем хуже ей будет... тем легче моей душе... Надеюсь, ты понимаешь, о чём я?
Раздумывал я недолго. Секунд, наверное, пять. Потом усмехнулся и протянул ему руку:
— Похоже, что нам по пути. Ты можешь звать меня... Дим...
Жаркий степной ветер шевелил обгоревшие волосы. От роскошной причёски, которой Алина по праву гордилась, остались только воспоминания. Но девушка ни о чём не жалела. Главное, ей удалось вырваться из душного императорского дворца и замести за собой все следы. А что до причёски, ожогов и прочего... на фоне случившегося это выглядело настолько ничтожным и мелким, что
На путь от дворцовой стены до границы тумана она потратила часа полтора. Стороннему наблюдателю это показалось бы много — даже ребёнок пройдёт эту тысячу аршей раза в четыре быстрее, но знающий, наоборот, восхитился бы. Несколько сотен ловушек, через каждые два-три шага — такое и высшему магу может быть не под силу. Тем не менее, беглянка с ловушками справилась. Примерно таким же способом, как и при спуске по гладкой стене.
Если на пути попадалась ловушка, заряженная «тёмной» энергией, она перекидывала последнюю туда, где преобладала «светлая», и наоборот. Заряды с разными полюсами нейтрализовывали друг друга, ловушка переставала действовать, путь становился свободен.
Метод довольно простой, но оказавшийся исключительно эффективным. Единственное, что требовалось кроме умения собирать и передавать магическую энергию — это способность различать её знак: где светлая, а где тёмная. Даже удивительно, почему имперские маги, обучающие невест Ашкарти и наложниц Горша, не понимали, что, по сути, готовят из них едва ли не «диверсантов»?
Скорее всего, учителя и подумать о таком не могли. Простая зашоренность, пиетет пред величием императора и его альтер-эго, привычка воспринимать обучаемых как красивеньких дурочек, не способных сложить два плюс два. Хотя, справедливости ради, Алина сама смогла сделать правильный шаг в понимании магии только тогда, когда встретила на шаонарской улице странного незнакомца, умеющего преобразовывать магическую энергию и тут же использовать её в своих целях. И если бы не та случайная встреча... кто знает, может, Алина сейчас не стояла бы на границе тумана перед заполненным водой рвом, а вовсю ублажала бы в императорской спальне хозяина Великой Империи...
Ров, опоясывающий территорию дворцового комплекса, стал для беглянки неприятным сюрпризом. Так же как возвышающийся за рвом забор — глухой, выложенный из камня, в три человеческих роста, под завязку напитанный тёмной энергией. Только тёмной, без единой примеси светлого.
Ширина рва составляла арша четыре. Крутые, высокие склоны напрочь убивали возможность преодолеть его вплавь. А что касается возможности перепрыгнуть... в принципе, девушка могла бы попробовать. Когда-то давно, в уже безвозвратно ушедшей реальности, она довольно неплохо прыгала и с разбега, и с места, и босиком, и в специальной обуви... Однако сейчас, с «рюкзаком» за спиной, без подготовки, на скользкой поверхности... Нет, рисковать она сейчас не могла. Сейчас надо было найти иное решение...
От дальнего края рва до забора насчитывалось не больше двух аршей. Магические ловушки располагались на той же дистанции, только от ближнего края. Вместе семь-восемь аршей. Такую же примерно длину имел отрез плотной и достаточно прочной ткани, который Алине выдали нынешним вечером вместе с новой одеждой... Или всё же поменьше?
Быстро распотрошив сооружённый из запасных шальвар вещмешок, девушка вытащила оттуда отрез и растянула его на земле рядом со рвом. Семь с половиной аршей — измерила она на всякий случай шагами, после чего свернула отрез и пошла вдоль берега, ища подходящее место для переправы. Искомое нашлось через две минуты. Сразу две ловушки-обманки, «светлая» и «тёмная», размещались здесь всего в полушаге от берега.