Immortality

Грушевицкая Ирма

До сих пор мне не удалось поговорить на эту тему с Карлайлом, но что может вампир-вегетарианец знать о моём состоянии? Карлайл, который не убил ни одного человека – впрочем, как и Эсми, - не помогут справиться с этой жаждой. Никакой страшной практики, одни предположения. Мне нужен был тот, кто убивал, но смог остановиться. Мне нужен был кто-то другой, но никому другому я не смогла бы открыться. Каллены - единственные, кто знали обо мне, и я собиралась приложить все усилия, чтобы так было и впредь.

Может, стоило присоединиться

к охоте? Может, чем скорее я начну разбавлять яд человеческой крови, отравивший мою душу гораздо больше, чем тело, тем быстрее избавлюсь от этого пугающего чувства сытости? Меня останавливала необходимость возвращения способности становиться невидимой: прошло пять дней с момент катастрофы, а щит только-только начал работать. Слабо, неохотно, как болтающийся на расщепленной трубочке большой мыльный пузырь - вот на что было похоже моё защитное поле. Впервые за много лет я была уязвима, и нечего удивляться, что это беспокоило. Я не могу покинуть Калленов, не восстановившись, во всех смыслах этого слова. За этими размышлениями они и застали меня.

Эсми выглядела подавленной и, извинившись, поднялась к себе. Через мгновение я услышала шум бегущей воды в ванной.

Карлайл задержался в гостиной, и этого было достаточно, чтобы я смогла начать разговор.

– Вам лучше сразу сказать, что произошло, доктор Каллен.

Одно мгновение он смотрел на меня, затем сел на диван и взял мою руку.

– Мне звонил Аро.

– Кто это?

– Аро - глава клана Вольтури.

Я вырвала руку и стремительно слетела с дивана:

– Я немедленно ухожу.

– Белла!
– Он в мгновение оказался рядом, кладя обе руки мне на плечи.
– Я прошу тебя дать мне шанс всё уладить.

– Нет. Вы и так сделали достаточно. Я предупреждала, что уйду при первой же опасности для вас с Эсми.

Карлайл наклонил голову, пытаясь поймать мой взгляд.

– Белла, мы с Аро знакомы настолько давно, что прекрасно знаем все скрытые мотивы друг друга. Его заинтересовала ситуация в Сиэтле, но не настолько, чтобы не поверить, что у нас всё под контролем.

Я смотрела с добрые янтарные глаза, но пока не могла прочитать их выражение.

– Должно быть, вы были очень убедительны.

– Сохранность тайны рода - главное правило вампирского мира. То, что привело тебя к нам, - Карлайл посильнее сжал мои плечи и чуть встряхнул, - не приведёт к раскрытию этой тайны. Но Вольтури не могут проигнорировать факты, девочка. У меня достаточно сил и опыта убедить их, что это дело рук кочевника.

– Они потребуют предоставить им его голову. Вряд ли другие объяснения их удовлетворят.

– Не обязательно.

Мне достаточно было дать понять, что Каллены - сильный клан, способный сам разобраться с нарушителем закона, и дать гарантию, что на нашей территории подобного не повториться.

Сказав это, Карлайл отпустил мои плечи, но остался стоять рядом. Почему-то именно то, что он отпустил меня, позволило предположить, что не всё так просто, как кажется на первый взгляд.

– Допустим, что Вольтури вам поверили. И всё? Неужели всё так просто?
– Я даже не пыталась скрыть свой сарказм.

– В общем, да, - Карлайл улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз.
– Моей задачей было убедить Аро, что этот предполагаемый кочевник не уйдёт от правосудия. Во всяком случае, не от нашего. Никто не охотится на территории, принадлежащей клану, не испросив на это разрешение. Это такой же закон, за нарушение которого карают. Нам, правда, никогда не доводилось разбираться с нарушителями, но лишь по тому, что нарушителей не было. Аро это знать необязательно. Пусть он посылает своих ищеек куда угодно, но только не к нам. Мы сможем постоять за себя, не прибегая к помощи Вольтури.

Я внимательно смотрела на доктора Каллена. За эти дни у меня было достаточно времени изучить его. Бесхитростность была одним из достоинств Карлайла. Как и его недостатком. Он не умел лгать. А сейчас он лгал, и необходимо было как можно быстрее разобраться, в чём именно.

– А как обычно бывает, когда кто-то из нас выдаёт себя?

– Раньше виновного находили, доставляли Вольтури и предавали казни незамедлительно.

– И что изменилось сейчас?

– Как это ни странно, наш мир заключён в гораздо более узкие рамки, чем человеческий.

Карлайл отошёл от меня и опустился на диван. Я села в кресло напротив.

– Да, - продолжил он, - вампиры расселились по всему земному шару. Но больше мы не плодим себе подобных так часто, как делали это раньше. Конечность основного ресурса выживания, если ты понимаешь, о чём я?

Я удивилась:

– Но население земли постоянно увеличивается. Почему же вы говорите о конечности?

– Именно потому, что чем больше становится людей, тем сложнее объяснить внезапное исчезновение человека. Уровень жизни, технологии, увеличение количества контактов между людьми - всё это не позволяет нам открывать бездумную охоту. Да, люди до сих пор пропадают. Не во всех внезапных исчезновениях виноваты вампиры, но процент есть. А если нас станет больше, этот процент, безусловно, начнёт расти. Тогда трудности неизбежны. Все мы знаем другу друга, Белла, - Карлайл снова улыбнулся и взял меня за руку.
– Все основные кланы известны. Редко, но мы связываемся. И вот уже около ста лет я не слышал, чтобы в каком-либо из известных мне кланов появился новенький.