Имитатор
Шрифт:
Пещера открылась на лысом отроге, возвышающимся над зелёным-жёлтым полотном хвойного леса. Замершее в зените солнце, выглядывая из-за облаков, золотило кроны меткими лучами, а свежий горный ветер заставлял мохнатые фигуры петь в такт ленивым воздушным порывам.
Кир вдохнул поглубже, остановился на секунду, закрыл глаза и широко улыбнулся: красота мира восхищала его. Ещё там, в деревне, до того, как трактир наводняли десятки завсегдатаев, он любил вечерами бродить по опустевшим полям, касаться колючих колосков, слушать их шелест. Казалось, ничего не могло быть лучше этого — простого созерцания
— Ну-ну, чего встал? — пихнул плечом Ли Су. — Медлить нельзя, впереди долгий путь. Думаешь, кроме каннибалов, в Далу не найдётся другого лиха?
— А что ещё?
— Вселенная, точно с луны свалился! Работорговцы, культисты, фанатики, обычные бандиты, повстанцы — масса народу, желающего получить то, что есть у тебя, а также навязать личные убеждения.
— Как будто в Лиенмоу всего этого нет, — заметила Мария.
Кир уже не первый раз замечал, стоило Ли Су прицепиться к нему, как Мария, точно престарелая хозяйка таверны, была готова поставить воина на место. Неужели Агнар попросил её нянчиться с ним и не давать в обиду? Подобные выпады выглядели странно и как-то по-ребячески, но так как сам Кир не желал вступать в полемику, то ничего против заступничества Марии не имел.
— Есть, конечно, но, несмотря на упадок любимой родины, должен отметить, что там сохраняется подобие контроля. Например, те же красные ревизоры не дают разрастаться опасным сектам, обрубают рабовладение и вешают каннибалов. Поэтому наш дорогой имитатор с подобным, судя по его реакции, не встречался. А вот я… — Ли Су осёкся, и его красноречивый взгляд дал понять, что рассказывать о себе он не хочет.
Мария же, вопреки ожиданию, тоже замолчала. Так Кир понял, что прошлое Ли Су — больная тема отряда.
Проторенные тропы на склонах и в предгорье давно заросли, поэтому путники медленно и осторожно, хватаясь за острые камни и крепкие коренья, спускались вдоль уступов, к подножию хребта. Чем ближе они подходили к седловине, поросшей редкими пучками жёстких кустарников, тем сильнее редел лес, а когда последнее деревце осталось позади, перед глазами открылась широкая болотистая долина. Там, вдалеке, над бурой, изрытой водяными прожилками землёй клубились свинцовые тучи.
— Недолго погода нас радовала, — заметила Мария.
— Думаешь, доберутся сюда к ночи? — нахмурился Ли Су.
— А то! Ветер несёт их прямо на хребет.
Киру образ долины, с её болотами, рытвинами и серым небом, показался зловещим, словно она прогоняла незваных гостей и предупреждала о предстоящей опасности. А может, просто мысли о здешних каннибалах не давали имитатору покоя.
Отряд шёл несколько часов без отдыха, разбавляя прогулку лишь отрывистыми, будничными фразами. К моменту, когда солнце поровнялось с верхушками сосен, Кир увидел первое небольшое поселение к югу от седловины. Квадратные каменные домики, похожие на редкие зубы старого крестьянина, торчали из твёрдой земли неровным полукругом.
— Они могут нас видеть? — настороженно спросил Кир, различив одинокий огонёк, блуждающий в сумерках от жилища к жилищу.
— Пока нет, но мы обойдём их с юго-запада. Поищем в долине пещеру, там и костёр разведём.
Кир бросил взгляд на тёмный горизонт по правую руку.
—
— А кто сказал, что путь будет простым, пивовар, — возмутился Ли Су. — Земли, вроде этих, лучше миновать быстро. Оглянуться не успеешь, как закончатся еда и питьё. Нам нужны нейтральные поселения, а до них пара дней пути.
Кир пошевелил гудящими пальцами ног, утопленными в походные коричневые сапоги, прикинув, сколько ещё выдержит, прежде чем его придётся тащить волоком.
Ночь надвигалась стремительно, как и тучи с запада. Набирающий силу дождь застал группу на подходе к подошве крайней горы из цепи, тянущейся вдоль долины по левой стороне. Агнар взобрался на пологий склон в полнейшей темноте и уже оттуда побрёл к замеченной ещё при свете дня небольшой выемке, образующей неглубокую пещеру.
Внутри было сыро и неприятно, пахло плесенью. Предусмотрительный Камо, прежде чем небеса потемнели, подобрал на склоне с десяток сухих веток, которые пригодились для разведения костра. Он же быстро подвесил алюминиевый котелок, налил внутрь воды из походной фляги, вытащил несколько морковок и клубней картофеля, ломтики сушёного мяса и всё смачно приправил солью из резной зелёной коробочки. Остальные путники участие в готовке не принимали.
— Получается, Камо у вас вроде полевого повара? — поинтересовался Кир, внимательно следя за действиями здоровяка.
— Так и есть, — отозвался Зубери. — Единственные вещи, которые занимают брата в этом мире — это готовка и игра на калимбе.
В ответ Камо улыбнулся, но как-то грустно и безжизненно, что не ускользнуло от наблюдательного Кира. Спрашивать же о молчаливости одного из братьев в присутствии его самого, имитатор так и не решился, полагая, что для столь личных бесед они слишком плохо знают друг друга. В одном Кир был уверен — теперь он умеет делать походную похлёбку.
Разлив варево по лёгким глиняным чашкам, отряд сгрудился у огня. Тёплый бульон приятно согревал горло, а похрустывающее пламя костра, посылало жаркие волны, которые постепенно испаряли влагу с плащей и штанов.
Дождь лил не прекращаясь, наводняя долину и навевая путникам долгожданный сон. Агнар вызвался караулить первым. Укутавшись в плащ и подперев спину рюкзаком, он сел у стены около входа. Остальные устроились вокруг догорающего костра и быстро уснули.
Кира разбудил взволнованный шёпот и шорканье ног по золе. Когда он открыл глаза, то увидел Марию, затаптывающую ещё светящиеся в темноте угольки. Заметив его удивлённый взгляд, девушка лишь приставила палец к губам. Теперь Кир услышал новый звук — глухой и отрывистый. Топот конских копыт.
Тихо встав, чтобы не разбудить здоровяков, Кир подкрался к Агнару и Ли Су, внимательно высматривающих что-то в ночи.
— Далуанские сборщики податей, — шепнул Агнар, предупреждая вопрос.
— Я не согласен, — тут же добавил Ли Су, — в такое время им здесь нечего делать.
— По-твоему, эти пришли по нашу душу?
— Возможно, мы же не знаем, что стряслось с машинами, и успел ли кто-нибудь из людей Гудреда так же, как и мы, пересечь границу.
Накрыв голову капюшоном, Агнар осторожно выглянул из укрытия, а когда вернулся, то заключил: