Имана

Новая Лола

За этим занятием меня застает Айла. Она останавливается в дверном проеме и убивает своим ледяным взглядом. Еда сразу теряет свой великолепный вкус, и я глубоко вздыхаю. Женщина кивает мне в сторону выхода, с презрением поглядывая на Марию. Айла ведет меня в кабинет Камрана, который, к моему удивлению, уже покинул квартиру.

– Возможно, - начинает мать зверюги, садясь в кресло и аккуратно закидывая ногу на ногу, - мы начали наше общение не с того, с чего нужно было. – Женщина хмурится и так надменно держит себя, что я

поджимаю губы и еле сдерживаю свой язык от высказывания колкостей.

– Айла, я не собираюсь играть с вами в любезности и фальшивую доброжелательность, - цежу сквозь зубы, замечая, как темнеют глаза женщины, - поэтому говорите, что вы хотите от меня? К чему клоните?

Айла цокает и кладет руки на стол перед собой, противно постукивая по его поверхности ногтями. Это движение выводит из себя, но я жду ответа, не прекращая смотреть на две льдинки.

– Имана, - женщина кивает мне на соседнее кресло, но лишь отрицательно качаю головой, - я хочу, чтобы ты рассказала мне, где встретила моего сына. Мне нужны все подробности.

– Зачем? – Ухмыляюсь и прищуриваюсь, но стук сердца усиливается с каждой секундой.

– Твое вчерашнее поведение меня маленько удивило, - ее правая бровь вопросительно изогнулась, - влюбленная женщина, или меркантильная, - она махнула рукой в сторону, - себя так не ведет. Я хочу все знать. Говори. – Айла видела мое замешательство. – Может, я смогу тебе чем-то помочь. Только, чтобы это сделать, мне нужны подробности. Так, говори же, Имана. Я слушаю.

Глава 31

После разговора с Айлой на душе было гадко, и я еще некоторое время сидела в кабинете Камрана и смотрела на заветный ящик. Наверняка, в нем находились мои документы, но как найти ключик? Не знаю, почему не рассказала женщине всю правду. Может, меня остановили слова зверя. Проверять, на что способен его отец, мне не хотелось, да и злость, которая копилась внутри, постепенно утихала. Мои размышления нарушила Мария.

– Имана, Айла ушла, - женщина с подозрением смотрела на меня, - что-то случилось?

Я покачала головой и поднялась, скрипя зубами. Прокручивала в голове разговор с матерью Камрана и старалась успокоить порыв догнать ее и посвятить во все подробности моей жизни. Только изменит ли такой опрометчивый поступок что-либо? Или я сделаю еще хуже?

– Все хорошо, - я внимательно посмотрела на Марию, - вы же хорошо знаете турецкий? – Женщина кивнула и прищурилась, а я заметила в ее глазах немой вопрос. – Я хочу, чтобы вы научили меня.

– Так, - Мария пожала плечами, - хозяин вам учителя должен был нанять.

– Не нужен мне учитель, - фыркнула и сложила руки на груди, понимая, что еще одного знакомства со здешним контингентом, не выдержу, - если вы можете помочь мне, то я прошу вас научить меня языку.

– Я не совсем грамотна в этом вопросе, Имана, - Мария скромно улыбнулась, -

но знаю того, кто сможет тебе помочь лучше, чем я.

– И кто же это? – С интересом спросила я, пока женщина доставала телефон из кармана.

– Так, Эмре, - Мария набрала номер, видимо, Эмре и довольно закивала, - поднимись.

Мое сердце лихорадочно забилось, когда я увидела средство связи в руках женщины.

– Мария, - сцепила пальцы рук, глядя на нее с такой надеждой, что слезы навернулись на глаза, - я могу вас попросить.

– Да, конечно. – С улыбкой ответила женщина и с такой теплотой посмотрела на меня, что моя уверенность в положительном ответе усилилась.

– Можете дать мне свой телефон, - доброжелательная улыбка сменилась гримасой ужаса, - я не буду просить о помощи и пытаться сбежать. Я не хочу вас подставлять. – Дотронулась до ее руки, чтобы убедить в благих намерениях. – Моя мама волнуется. От меня долго нет вестей. Пожалуйста, Мария, помогите мне. Всего пара слов. При вас. Никто об этом не узнает.

Мария скривилась, раздумывая, как вежливо мне отказать, но я лишь сжала ее руку, надеясь на доброту.

– Пожалуйста… - Прошептала я, чувствуя, что еще немного, и сорвусь на истерику.

Женщина посмотрела по сторонам и тяжело вздохнула, протягивая мне телефон.

– Хорошо. – Мария сдержанно улыбнулась. – Родители – это святое.

Слезы все-таки брызнули из глаз, но я улыбалась и дрожащими пальцами набирала домашний номер. Пара гудков, от которых мое сердце замерло, а в ушах застучало, тянулись целую вечность, заставляя нервно теребить тунику пальцами. Когда услышала голос матери, подошла к столу и оперлась на него, чтобы не упасть от нахлынувших на меня эмоций.

– Мама, - тихо заговорила, не в силах справиться с хрипотцой, - это я.

– Верочка?! – В голосе матери было столько удивления, что мне стало стыдно. – Что же ты раньше не позвонила? Где ты? Как ты? Почему на домашний звонишь?

– Путешествую, мам, как и хотела, - медленно вдохнула, чтобы не расплакаться, - просто звоню, сказать, что со мной все хорошо. Будет время, и я еще тебе позвоню. Как вы? Как папа?

– Да, как, - со смехом ответила мама, - все по-прежнему. Главное, что у тебя все хорошо. Только голос мне твой не нравится.

– Все, правда, отлично, - старалась говорить на улыбке, но это давалось с трудом, - соскучилась по вам. – Посмотрела на Марию и поняла, что разговор нужно заканчивать. – Ладно, мам. Мне пора бежать. Пока!

Не стала слушать то, что скажет мать в ответ, потому что меня переполняли эмоции. Отключила вызов трясущимися руками и отдала телефон Марие, которая с такой жалостью смотрела на меня, что хотелось повеситься.

– Спасибо, - тихо прошептала я и отвернулась, чтобы не показывать, как мне больно, - там Эмре, наверное, уже пришел. Пусть сюда проходит.