Илония
Шрифт:
Не сразу все пошло, как хотелось. Король Сарл оставил им запущенные дела как внутри страны, так и за ее пределами, чему Корн был совершенно не удивлен, отмечая этот факт еще будучи фермером. Отдавая должное уму Сарла, было непонятно, почему он не мог править умно, дельно и разумно. И только разбирая накопившиеся бумаги брата, Корн понял, почему так получилось. Разогнав Королевский Совет, Сарл взвалил на себя все заботы и просто не успевал просмотреть и продумать все дела. Он не хотел делиться ни с кем своей, добытой такой ценой, властью, а так как большинство лет своего царствования он был озабочен подбором себе жен, то ясно, что на дела оставалось довольно-таки мало времени.
Решения по тем делам, которые он все-таки удосуживался
Зато с Вароссой у Сарла вышла довольно-таки серьезная неувязка, когда он просто забыл о большом семейном торжестве этой самой дружественной к Илонии стране, и не только не поехал сам, но и не послал своего представителя. После этого в отношениях между двумя королевствами появился весьма существенный холодок.
С Алмазной страной вообще прервались все дружеские отношения. Королева Зорена, наученная горьким опытом, нашла пути независимости от Илонии и теперь поставки продуктов из Илонии свелись к минимуму, что совсем не обрадовало близлежащих землевладельцев, зависящих от этих поставок.
Король Дарот, умный и дальновидный, не спешил расторгнуть отношения с Илонией из-за одного-двух случаев, когда обозы с золотом, проходящие по Илонии исчезли в никуда. Но постепенно тоже стал делать ставку на Сегот, как поставщика продуктов.
В результате многие хозяйства Илонии просто-напросто разорились, а после неурожайного года не было возможности залатать прорехи в бюджете, ибо следующий богатый урожай некому было продавать. Вместо того, чтобы искать другие пути решения возникших конфликтов, Сарл попросту казнил или заключил в темницу особо недовольных, после чего все остальные выступления затихли, а на дорогах Илонии появились армии нищих, города пополнились бандами воров, а леса - шайками разбойников.
Только армия по-прежнему процветала. Здесь все осталось, как и при короле Эмдаре. Сарл, выросший среди солдат отца, любил выступать во главе своего войска, опираясь на него и чувствую себя среди него в безопасности. Жалованье солдатам платилось регулярно, но в казну денег поступало с каждым месяцев все меньше и меньше. Из-за этого налоги поднимались больше, но это давало временный успех. После нескольких месяцев богатого сбора, резко возрастало недовольство, и сборы снижались до минимума.
Немаловажную роль в опустении казны играли и многочисленные женитьбы Сарла. За десять лет правления короля Сарла, свадебные торжества стали чем-то обыденным, разводы не удивляли, похороны умерших вызывали только сочувствие. Кончилось все тем, что Сарлу приходилось, чуть ли не силком привозить невест в столицу на объявленный традиционный Великий Бал.
Теперь, после правления Сарла, Корн убедился, насколько их отец, оказывается, был разумным и справедливым королем. Только излишняя жестокость и вседозволенность помешали Эмдару стать великим королем своей страны. И сейчас, по прошествии стольких лет, короля Эмдара, с некоторыми оговорками, вспоминали с уважением.
Но и Корн, только теперь, став королем, поразился, насколько это нелегкое дело - ответственность за свое королевство. Одно дело, ведение дел фермы, другое - управление государством.
Первым делом Корн собрал Королевский Совет, и вместе с советниками они постепенно стали разбираться с делами. Сначала следовало заняться казной, ибо денег не было вообще, и Корн только удивлялся, из каких средств Сарл все-таки умудрялся платить армии.
Без посторонней помощи нечего было и думать об исправлении положения. И Корн начал свое правление с путешествия в Алмазную страну. Потом в Тогот и, наконец,
Король Дарот тоже помог. И не столько в память о том, что ему когда-то понравился молодой принц, сколько в силу интересов своей страны, в стремлении жить с соседями в дружбе и согласии. Помощь предоставил он немалую, но с большими процентами, специально обговорив, что намерен возместить ущерб своей стране, который причинила ему когда-то Илония. Полагая это справедливым, Корн смиренно принял эти условия, тем более, что король Дарот не ограничивал его в сроках, давая неопытному королю необходимое для него время. Учитывая перипетии жизни, показавшей, насколько перемены могут быть разительны и быстры, это была большая уступка и риск со стороны Дарота. И Корн был благодарен старому королю за это.
С Вароссой дела обстояли хуже. Король Арон, севший на трон после смерти своего отца Атина, принял Корна более, чем прохладно. Именно на его свадьбу не было представителей от всегда дружеской Илонии, и Арон этого еще не забыл. Но когда-то молодые принцы нравились друг другу, и теперь Корн надеялся на целительное свойство времени.
Армию нищих и войска надо было срочно сокращать. В первую очередь он предложил желающим земные наделы на пустынных землях северо-востока Илонии. Там отродясь ничего не росло из-за жарких ветров, дующих с Мории. Но если взяться за дело с умом, прорыть каналы, засадить землю лесами и садами, то там можно было выращивать, скажем, виноград. Чтобы дать людям и земле шанс, рискнувшим выдавалась особая Королевская Охранная Грамота на освобождение от налогов на 50 лет. За это время на освоенных землях должно было вырасти два поколения, укрепиться и прочно встать на ноги.
Немногие рискнули броситься на неосвоенные земли. Тяжело было нищим отказаться от подаяния, бандитам от разбоя, солдатам от сытой, неопасной воинской службы. Но дело сдвинулось с мертвой точки.
Все это время Интар не покидал отца. И на Королевских Советах, и в поездках он был его тенью. Он смотрел и наблюдал. Он задавал уйму вопросов, поражавших Корна своей своевременностью и глубиной. Часто именно вопросы сына помогали Корну лучше продумать суть дела и находить правильное решение.
Пятилетний Марк, сын Салана и Зорены, был в восторге от старшего товарища, который взялся учить его сражаться на мече. Как и Талина, он боготворил Интара и слушался его во всем. На детей Интар вообще оказывал необъяснимое влияние. После этого, Марк, то с отцом, то с материю, стал часто гостить в Илонии, так же, как и Интар с Талиной частенько навещали Алмазную страну с матерью, королевой Алаиной, тем более, что Турин с Вилдой вернулись в родную страну, как Корн с Алаиной не уговаривали их остаться с ними. Но Вилда последнее время очень часто болела и более теплый климат Алмазной страны был более ей полезен, чем зимы Илонии.
Когда Корн с сыном посетили короля Дарота, Интар замучил того вопросами об истории оружия, в частности, знаменитых клинках тоготской стали. Корн подарил Интару свой меч Орни, как только вошел в королевский замок и отыскал меч среди вещей брата. Когда-то, совершая побег, он оставил его в своей комнате, не решаясь взять его с собой. Как ни жаль ему было расставаться с ним, носить его под одеждой нищего, каким он собирался покинуть замок, он не мог. После смерти отца, который в память о сыне последние дни держал меч сына при себе, меч перешел во владение Сарла. Корн не раз потом задумывался, не обладал ли меч какой-либо силой, и не он ли затуманивал мозги короля, мстя за использование его вопреки собственному имени "во благо".