Иллюзия силы
Шрифт:
– Размечтался! Я, вообще, не собираюсь учиться. Умею уже. Да и работа есть. Так что можете не распыляться.
– Вы помните условия контракта? Последний пункт, – процедил Грейм.
– Какой контракт? Тот, что вы подписали с Аленой Суворовой? Помню. Никто и не собирается ничего нарушать. Алена, – имя я произнесла с нажимом, – с вами и поедет.
– Что это значит?
– То и значит.
Увидев Аленку, спешащую ко мне с бутылкой минералки и двумя брикетами мороженого, обрадовалась. Схватив девушку за рукав,
– Знакомьтесь! Алена Владимировна Суворова собственной персоной.
О! За такие моменты триумфа можно простить все крики и скандалы, устроенные Вероничкой за последние дни. Но даже ее благоразумия хватило, чтобы понять: лучше пусть девочка получит образование, чем мы втроем станем беззаботными жителями окрестных помоек.
– За что мне это? – пробормотал Грейм, переводя взгляд с одной из нас на другую.
– За красоту, талант и мягкость характера, – не сдержалась от подколки.
– Чьи работы участвовали в конкурсе?
– Ее, – показала на дочь подруги.
– Серьезно? – сероглазый уставился на Алену так, что она съежилась.
– Ну, не все. Еще были две работы Светика, – пролепетала несчастная.
– Светика, значит, – ухмыльнулся красавчик. – Ну, что же, Светик…
Отчего-то мне не понравилось то, как он на меня посмотрел.
– Теперь все стало на свои места. И то, что среди бездарных работ затесались две стоящие. И то, что на последнем экзамене я видел именно вас. И то, что именно ваша работа заняла первое место в финале. Значит, вам и ехать со мной в Ортан.
– К-куда? – я поперхнулась. Но тут же стервозный голосок во мне возмутился. – А по какому праву? Я не подписывала контракта. Не отправляла работы на конкурс. А то, что заменила Алену… Ну, так об этом в условиях ничего не сказано. Со своей стороны, мы готовы выполнить обязательства. Алена поедет учиться в академию.
С вызовом посмотрела на сероглазого, одарив улыбочкой номер восемь – язва еще та.
– Вот как? – спокойненько так протянул Грейм. Металлические нотки в голосе заставили волоски на моей коже встать дыбом. – Значит, я и доставлю в академию Алену Суворову. Но только кто же ее в лицо знает? Мало ли людей с похожими именами.
– Эй! Ты чего удумал?
Мы с Аленой переглянулись.
– Я никуда не поеду. У меня работа. Заказы. Да, в конце концов, я не восемнадцатилетняя девушка, как бы хорошо ни выглядела.
Последнее произнесла с особой гордостью. Физическая форма и внешний вид в мои тридцать четыре заставляли гордиться собой. Но на школьницу я не тянула, как ни крути.
– Это мои проблемы. Решено! Вы едете со мной.
Сероглазый вцепился в руку, будто я собиралась убежать. Хотя, чего греха таить? Собиралась.
– Не имеете права. Буду кричать, – прошипела я.
– Вы отказываетесь выполнить контракт?
– Нет. Но…
– Тогда ни о чем не беспокойтесь.
– Да
– Неужели?
Что-то в голосе Грейма сейчас заставило усомниться.
Вот дура! Что он на самом деле может сделать? Контракт на Суворову. Алена – вот она, готовая и упакованная. Причем сама паковала и с большим трудом. Чего бояться?
– Нас даже в поезд не пустят. Думаете, проводник не отличит сопливую девчонку от взрослой женщины?
– Проверим?
– А давайте!
Выдернув руку из лап красавчика, решительно направилась к вагону.
– Ваши билеты, – вяло спросил проводник.
В руках Грейма, как по волшебству, возникли печатные листки. Проводник со скучающим видом прочитал:
– Алена Суворова и Грейм тер Ордленд. Ваши паспорта.
Первым документы отдал сероглазый. Затем выудила паспорт и я. Проводник глянул на билеты, сличил данные с оригиналом и сказал:
– Проходите. Провожающие остаются. Отправляемся.
Не давая опомнится, Грейм подхватил розовый чемодан, затем подсадил меня на подножку и втолкнул в вагон. Обернувшись, я увидела растерянную Алену с мороженым и минералкой в руках, оставшуюся на перроне, проводника, закрывающего дверь и медленно уплывающее здание вокзала.
Поезд Москва – Берлин отправлялся, увозя меня в неизвестную академию.
Глава 3
Все то время, пока Грейм заводил меня в отдельное купе, усаживал и заказывал чаю, я молчала, находясь в глубоком ступоре.
Как? Почему я? В голове не укладывалось, что с каждой минутой все дальше удаляюсь от прошлой жизни. А мои заказы? А работа? Нужно бежать! Сойти с поезда. Вернуться.
С этой мыслью рванула на выход. Только крепкая хватка пригвоздила к сиденью.
– Не дергайтесь. Ничего не получится. Теперь-то я точно не упущу вас.
– С какой стати! – возмутилась я. В какой уже раз за последние дни мной овладела ярость. – Кто вам дал право распоряжаться моей жизнью! Это преступление. Похищение. Помогите!
Последние слова сорвались на визг.
– Можешь кричать. Никто не услышит. К тому же скоро будет пересадка, – резко перейдя на «ты», Грейм дал понять, что церемониться со мной никто не собирается.
Я похолодела. Весь запал сошел на нет.
Что значит, никто не услышит? Да нам ехать больше суток!
– П-почему не услышат? Какая пересадка? – пискнула я, поразившись, куда делась вся злость. Страх липкими щупальцами пробрался под кожу. – Куда вы меня везете?
– Да не трясись так, – брезгливо фыркнул сероглазый. И пусть он все еще оставался красавчиком, но уже вызывал стойкое отвращение, – мы едем в академию. Но находится она не в Германии.