Иллюзия отбора
Шрифт:
— Ты серьезно?
— Разумеется, — совершенно ровным тоном выдает он.
— Ты кого предпочитаешь? Блондинок? Брюнеток или рыжих? Можно, конечно, и лысую подыскать, но это, наверное, на любителя?
— Это ты о чем?
— Хочу сделать тебе приятно, милый, — как можно невиннее заявляю я, — подыщу девушку с низкой социальной ответственностью для поцелуя, исключительно исходя из твоих вкусов.
— О, уверяю, сделать мне приятно можно куда-как проще, — он показал свое удивление только чуть изогнувшейся бровью. — Впрочем, ты права. Вдруг идиотизм передается
— Фу, лорд Алер, вот вроде аристократ, да еще и из такого древнего рода, а оперируете такими словами как “дура”, “идиотизм”… — наигранно морщусь, но потом пытаюсь вернуть серьезность беседе. Спрашиваю тихо: — В чем я опять провинилась?
— Я искренне не понимаю, зачем ты вообще посещаешь физическую подготовку, — его глаза опасливо блестят. — Не каждый мужчина это выдержит. А у тебя еще и…
— А ее разве можно прогулять? — вырывается.
— Ты хоть раз видела, чтобы преподаватель отмечал присутствие? — Алер усмехается. — Нет, присутствие отмечает только староста. Выходишь из комнаты, потом теряешься в толпе и возвращаешься обратно.
— А если меня кто-нибудь заметит?
— В академии Лойнех есть негласное правило, — тон Алера звучит поучительно, — не сдавать своих, даже если ваши отношения далеки от дружеских. За наушничество и крысятничество второй принц дает куда более серьезные наказания, чем за нарушение дисциплины.
Пораженно молчу. С каждым днем, проведенным тут, в Академии, я все больше восхищаюсь тем, как Мэттью все устроил. Внутренний устав, воспитание казалось бы взрослых лбов — все это внушало надежду на то, что он растит по настоящему достойное поколение на смену верхушки власти. Помимо прочего, он еще и пытается нас сплотить, что в высшем свете кажется совершенно невозможным. Но как-то же у него получается… Я начинаю испытывать к второму принцу большое уважение.
— Твой резерв, кстати, почти восстановился, — Гильям прерывает мои размышления. — Но я бы на твоем месте поспал до утра, чтобы наверняка. Завтра вечером мне должен прийти ответ на мой запрос в тайную канцелярию.
— В тайную канцелярию? — я даже вскакиваю с постели. — Ты с ума сошел?! Если тайную канцелярию привлечет твоя заявка…
Я даже не хочу знать, откуда у Алера возможность связываться с канцелярией!
— Успокойся, пожалуйста, — он даже позы не меняет! — я все оформил в лучшем виде. Никто даже и не заподозрит, что я заинтересовался именно твоим братом. И вообще-то… кхм… есть кое-что куда интереснее, о чем бы тебе стоило знать.
Плюхаюсь обратно на кровать и впериваюсь в Алера пристальным взглядом.
— Никулас… — он впервые отводит взгляд, — он не вернулся в академию из Пресдена.
Глава 11. Л — Личность и то, что за ней
— И что ты предлагаешь? — мне стоит многих усилий, чтобы не выдать эмоций, не осыпать его глупыми вопросами вроде “Это все из-за меня?”. Я говорю размеренно и спокойно, хотя сердце бьются где-то в районе горла. Меня начинает душить волной ужаса.
— Тебе я предлагаю сейчас
Я не успеваю даже слова в ответ сказать, как Алер покидает мою комнату. Не удержавшись, вскакиваю и начинаю кружить.
Ах, значит, так?! Мне предстоит отсидеться в уголке, пока “женишок” будет усиленно делать вид, что совершает что-то полезное? Ха! Трижды “ха”!
Я почти физически ощущаю, как утекает время. Я не могу бездействовать. Это непозволительная роскошь, способная обернуться трагедией как для меня, так и для брата. Может, все же обо всем рассказать батюшке? Дело завернуло в слишком резкий поворот, тут не до наказаний. Чем, в конце концов, может обернуться его гнев?.. Чем угодно. Увы, за свои восемнадцать лет я так и не смогла выяснить, что стоит ждать от отца.
Меня разрывает от внутреннего конфликта с самой собой. С одной стороны, я чувствую острую необходимость разобраться во всем самостоятельно (пусть, с помощью Гильяма), найти брата, исполнить свои обязательства и слинять, куда подальше. С другой… с другой, я банально не чувствую в себе сил и, что важнее, могущества, чтобы со всем определиться. Вон, Гильям даже к Тайной канцелярии доступ имеет, а я? А я могу документы подделать.
Я падаю на кровать и запускаю пальцы в волосы. Мне хочется выть, банально от того, что я не знаю, что делать.
Так… стоп. А ведь комната Никуласа находится на моем же этаже, только в другом крыле. Если я сейчас выберусь из окна, то вполне могу туда доползти по крыше этажа ниже. Обыщу комнату, может, найду какие-нибудь улики, зацепки. И доберусь быстрее, чем кто-то вообще успеет обнаружить, что Ник пропал.
Постараться не использовать магию — на меня могут выйти по магическому фону, если посчитают, что Ник пропал не просто так — даже чары иллюзии.
Постараться не попасться на глаза другим студентам академии, живущим на этом этаже и, по закону подлости, не спящими в этот час.
Постараться, кхм, не сорваться вниз, не покалечиться или хотя бы остаться в живых.
Если подводить итог, то выходит, что мне придется трижды постараться.
Запасной костюм для физической подготовки отлично подойдет для этой задачи, и я его натягиваю. Запоздало приходит вопрос — как я вообще оказалась одета в хлопковую пижаму. Меня что, Гильям переодевал?! Ладно, потом. Все потом.
Приподнимаю оконную раму и прислушиваюсь. Вдали стрекочут насекомые, поют ночные птицы. Перекидываю ноги через подоконник и осторожно ступаю на черепицу. Она тихо потрескивает от моего веса, но выдерживает, не слетает вниз по покатой крыше. Делаю шаг, прижимаясь к стене, выдыхаю. Да, идти можно. Но очень тихо и осторожно.
Шаг, еще один, и я у окна соседней комнаты. Осторожно выглядываю, шторы закрыты, отлично. Иду дальше, прикидываю через сколько окон будет комната Ника. По моим подсчетам — через шестнадцать — но я сверяю несколько раз.