Иллаурит. Все пророчества сбываются...

Денисова Алёна Сергеевна

'Дил!!! Ну, пожалуйста!!!'

'Тьма, Эль! Перестань так орать!' - пришел мысленный ответ одновременно со светом, вспыхнувшим на кухне.

– Что ты там делаешь?
– спросил Дилан (а это был он), глядя на неё сверху вниз.

– Ты меня напугал, ненормальный!

Выйдя из укрытия, Эль уложила Шона в детское кресло-качалку и налила себе воды из-под крана. Дилан наблюдал за ней, прислонившись бедром к кухонной тумбочке.

– Свет пропал... телефоны не работают...
– сбивчиво объясняла она, тяжело дыша.
– Наверху какой-то

грохот...

– Я слышал шум, но в детской никого нет.

– Потому что ты спугнул их - проговорила со спокойствием, которого на самом деле не ощущала.

Подобное происходило уже не первый раз. Кто-то наблюдал за ней, выжидая подходящего момента, чтобы... Эль не знала, для чего именно. Просто творилось что-то странное, опасное, но пока ей фантастически везло.

– А где Михаэль и Селена?

Тут она подавила судорожный вздох, потому что дверца кухонного ящика, который находился прямо над головой парня, стала медленно открываться. 'Только не это! Прекрати, Шон, иначе он узнает!'

– Почему не дождались меня?
– продолжил Дилан.

Эль пришлось ответить:

– Они итак почти круглосуточно меня стерегут. В школе, дома... Нас уже тошнит друг от друга!

Дверца полностью открылась, и Шон издал радостный возглас. Дилан взглянул на него, отчего Эль прикусила губу, и вновь обернулся к ней, продолжая разговор:

– Ты уже научилась звать на помощь, так что...

Не закончив, парень отскочил в сторону (Эль не раз отмечала его поразительную реакцию), услышав над собой какой-то шорох. Это опрокинулась пачка с кукурузными хлопьями, стоящая на полке. Девушка вцепилась в край стола, а Шон недовольно загомонил. Дилан снова посмотрел на ребёнка, только уже более внимательным, оценивающим взглядом. Эль тоже воспользовалась моментом и предупреждающе сузила глаза, уверенная, что братишка её прекрасно понимает. А он и понимал, только плевать хотел на все предупреждения. Взмахнув ручками, Шон поднял в воздух желтые кружочки хлопьев вместе с пачкой, солью, сахаром, стаканами и ложками, повторяя представление, устроенное для неё и Росси.

– Эль?

Девушка зажмурилась. Если секунду назад произошедшее можно было списать на случайность, то теперь всё пропало!

– Когда это началось?

В голосе любопытство и оживление. Не злится? Эль приоткрыла глаза и поняла, что Дилан смотрит не на неё, а на Шона, присев перед ним на корточки.

– Две... две недели назад - прохрипела девушка.
– Ты расскажешь им?

Дилан посмотрел ей в глаза, как будто хотел найти там ответ, и через время сказал:

– Нет.

Наверное, в тот момент она стала ему доверять по-настоящему. Внутри появилась странная легкость, уверенность и... благодарность. Эль шумно и длинно выдохнула.

– Но они всё равно узнают, ты же понимаешь?

Девушка кивнула:

– Всё что я хочу - это немного времени. Пусть у него тоже будет выбор...

С появлением союзника, ситуация уже не казалась такой сложной и теперь Эль не просто хотела

выиграть время для Шона, но и верила в то, что ей это удастся. Что же касается собственных способностей, в них тоже имелись некоторые сдвиги. Правда, по-сравнению с другими одаренными её возраста, это были сущие пустяки, которые она называла трюками. Что-то наподобие игры со стихиями, когда при достаточной концентрации огонь и лед не причиняли никакого вреда.

Поначалу, Эль тренировалась с Киганом на зажженной свечке. Сосредотачивала внимание на руке, представляя ту жаркой и пластичной, подносила к пламени и с изумлением наблюдала, как оно обтекает ладонь, не причиняя боли коже. Правда однажды на радостях, ощущая себя всемогущей, Эль сунула её в костер. Ненадолго, но достаточно для того, чтобы взвизгнуть от жгучей боли. Когда Хельза перевязывала обожженную руку, она чувствовала себя настоящей идиоткой и соглашалась с нелестными эпитетами в свой адрес, произнесенными взбешенным опекуном. И хотя после чудесной мази всё зажило в течение четырех суток, девушка ещё долго не решалась подойти к огню. Со льдом было проще и одновременно сложнее... Ощущать холод не так страшно, но она чувствовала его постоянно, что означало полную неспособность хотя бы ненадолго усмирить эту стихию. Эль помнила только один раз, когда удалось остаться невредимой после ледяного удара. Это случилось перед тем, как она сорвалась с утеса. Очевидно, адреналин помог частично защититься, и пострадали только волосы.

Быстрая энергетическая регенерация заставляла её продолжать занятия с Рамоном. И постепенно, благодаря упрямству, она с большим трудом, но всё-таки научилась делиться энергией. Парадоксально, но для этого не нужно было стараться представить, как поток энергии проходит через неё и переливается в кого-то другого, а наоборот, прекратить думать. Когда сознание максимально очищалось (чтобы достичь такого результата, Эль долго смотрела на воду), энергия сама находила доступ к тем, кто находился рядом.

Как ни крути, умения девушки нельзя было отнести к активной категории, а она была бы не прочь обзавестись парочкой атакующих умений. Или хоть чем-то полезным! Например, изменить погоду, чтобы не мокнуть под дождем, рискуя заработать простуду. Или развить немыслимую скорость, убегая от кого-то. Или узнать полное содержание книги с одним лишь прикосновением. Или... Всех возможностей не перечесть! Их сотни, тысячи, а в ней - в 'прапрапра' и неизвестно, сколько ещё правнучке Иллаурит - нет ничего выдающегося.

Однако бывает всё совсем не так, как кажется на первый взгляд. Проходит время, возникают обстоятельства, ситуация меняется, иллюзия рассеивается и многое становится на свои места. Или же запутывается ещё сильнее! Переживая о своей несостоятельности, как одаренной, Эль понятия не имела, что вместе со своими (пока ещё дремлющими) способностями походила на закупоренную бутылку газировки. Стоит только хорошенько потрясти - и содержимое окажется на воле. Однажды так и случилось...