Илион
Шрифт:
Колесница подкатила ближе. Великан тоже выбросил руку над головой и помахал увесистым кулаком.
Над головой Манмута прогремел взрыв. Оболочку шара охватило пламя, гелий зашипел, вырываясь наружу. Маленький европеец едва успел уцепиться за край гондолы, чтобы не вылететь прочь. Извивающаяся масса горящей ткани вместе с путаницей тросов и деревянной корзиной со свистом устремились к плато Фарсида, расстилающемуся тридцатью километрами ниже. Ноги моравека отчаянно болтались над головой, и лишь пальцы свирепо
Призрачные кони повернули обратно и проскакали сквозь клубы огня. Человекобог протянул ладонь и поймал черный конец уголепластового каната. Вопреки здравому смыслу, вместо того, чтобы вырвать дерзкую руку из плеча, многотонная гондола резко дернулась и замерла на месте.
Великан хлестнул коней, и колесница понеслась на запад, к вершине Олимпа, таща за собой на буксире тяжелую корзину со всем ее содержимым.
36
Средиземный Бассейн
Уже час или около того вездеход месил дорожную бурую глину среди полей и холмов Средиземного Бассейна. В ночи разошелся немилосердный ливень; стеклянную кабину то и дело сотрясал оглушительный гром. Во время одной из ярких вспышек Даэман ткнул пальцем в темные кресты:
– А там кто – люди?
– Нет, калибано, – ответила Сейви.
Она хотела еще что-то добавить, но вдруг собиратель бабочек не выдержал:
– Останови колымагу.
Еврейка затормозила, включила фары и сняла линзы.
– Что случилось? – быстро спросила она, взглянув на искаженное страданием лицо молодого спутника.
– Сейчас умру с голоду, – сообщил он.
– В мешке найдется пара питательных плиток.
– …и от жажды.
– У нас есть бутыль с водой, а в дождик ничего не стоит пополнить запасы.
– Мне надо, – нехотя признался Даэман. – И срочно.
– Ах вот оно что. – Старуха вздохнула. – Да, чего только нет на этом вездеходе, а туалет не предусмотрен. Значит, всем придется поразмять ноги.
С нажатием кнопки в прозрачном шаре появилась крупная щель, и на путешественников пахнуло свежим запахом мокрой кукурузы.
– Снаружи? – ужаснулся коллекционер. – Прямо на улице?
– На поле, – поправила товарища Сейви. – А вот и удобства. – Она протянула мужчинам рулон салфеток.
Кузен Ады уставился на него с нескрываемым отвращением.
– Лично я пошел, – вмешался Харман, принимая у старухи тонкую бумажку. – Идем, Даэман. Девочки направо, мальчики налево.
Троица спустилась по металлической лесенке, причем еврейка проявила гораздо больше ловкости, чем ее молодые спутники.
– Нет уж, ребята, я тоже направо, – заявила Сейви. – Не стоит разбредаться.
– Почему?.. А, ну да, – смутился дамский угодник, покосившись на черное оружие, которое она
Друзья сошли с дороги, перепрыгнули глубокую канаву и зашлепали по грязи, углубляясь в высокие заросли. Между тем ливень разошелся не на шутку.
– Эх, не догадался я взять непромокаемую одежду, – досадливо крякнул Даэман. – Вымокнем до нитки.
Ужасная молния прорезала клубы туч, и над Бассейном разнеслись мощные громовые раскаты.
– Я захватила ваши термокожи, – произнесла старуха. – Вернемся на вездеход – переоденемся, пока все не просохнет.
– Волшебный заплечный мешок, – улыбнулся Харман. – Может, у тебя есть еще что-нибудь этакое, о чем мы не знаем?
Вечная Жидовка пожала плечами:
– Несколько питательных плиток, запасные обоймы, бутыль с водой, теплый свитер и карты, нарисованные от руки. Вроде бы все.
Как ни тянуло Даэмана остаться в одиночестве, он помедлил у края высокого зеленого ряда.
– Надеюсь, тут безопасно?
– Войниксы точно не водятся, – успокоила его старуха.
– А эти, как ты их назвала?
– Калибано, – повторила Сейви. – Нынче ночью можешь забыть про них.
Мужчина кивнул и шагнул за длинные стебли (их верхушки шумели в двух-трех футах над его головой, а по широким листьям барабанил нескончаемый дождь), но тут же выпрыгнул обратно.
– Жуткая темень! – пожаловался он.
Харман уже пропал из виду, однако еврейка услышала Даэмана и вернулась.
– На, возьми фонарь. Мне и молний хватит.
Раздвигая густую кукурузу плечом, собиратель бабочек двинулся вперед. Он отошел на восемь или десять рядов, пока не убедился, что совершенно невидим с дороги. Потом еще на девять – на всякий случай. Отыскал более-менее сухое местечко, огляделся по сторонам и пристроил фонарь на стебле – устремленный в небеса луч напомнил ему о столпе голубого огня в Иерусалиме. Лишь после этого молодой мужчина спустил штаны и, присев на корточки, выкопал руками неглубокую ямку.
«Как там говорила Сейви? Полевые условия?»
Впрочем, несмотря на варварскую обстановку, облегчение было невероятным. Правда, намокшие, разбухшие салфетки никак не отвечали своему предназначению. И тут кузен Ады ощутил, как что-то привычно оттягивает нагрудный карман. Ах да, туринская пелена! Даэман давно уже не следовал всеобщей моде на игрушечную битву троянцев с ахейцами, а после знакомства с истинным Одиссеем (хотя никто не доказал его подлинность) и подавно бросил ею интересоваться. Этот бородач увел у него из-под носа Ханну, намеченную в будущие «жертвы», а теперь вот развлекался в доме той, что подвигла дамского любимца ввязаться в приключения! Блеснула молния. Коллекционер задумчиво взглянул на льняную перевязь, узорчато расшитую микросхемами.