Их бесценная добыча

Горячева Ирина

На коже, там где прошёлся мой ноготь, осталась мерцающая розовая полоса клятвенной руны.

— Ну, кто из вас, Охотников, самый смелый?

Гаро, не раздумывая, шагнул ко мне первым. В чём я, собственно, и не сомневалась. Он накрыл мою ладонь своей и громко произнёс:

— Клянусь, что никогда не причиню тебе вред, Тина!

Я, улыбнувшись, кивнула и перевела взгляд на его напарника.

— Твоя очередь, Хан.

Он прорычал сквозь зубы что-то нечленораздельное и, отпихнув в сторону Гаро, положил ладонь поверх моей.

— Клянусь,

что не причиню тебе вред. Пока ты не станешь угрозой для…

— Этого достаточно. — Я одёрнула руку и, убедившись, что магический знак на ладони принял клятву и погас, улыбнулась: — Добро пожаловать, дорогие гости. Надеюсь, вы оба готовы умереть в муках, если нарушите клятву?

Я жестом пригласила Охотников в дом.

Глава 2. Ничего личного, просто сделка

Тина

Мужчины с некоторой опаской переглянулись, видимо, решив, что теперь я заманивала их в ловушку. Но на этот раз более решительным оказался Хан.

Он переступил порог моего временного убежища, сразу же за мной зайдя в дом лесника.

Гаро зашёл следом.

— М-да, — протянули оба Охотника одновременно, обводя взглядами моё скромное жилище.

В этом я была согласна с ними. Но когда убегаешь от Охотников, мечтающих по самую рукоять вонзить в тебя ритуальный нож, выбирать особенно не приходится.

В этом случае, чем дальше находишься от благ современной цивилизации, тем проще спрятаться и выжить.

— Вот сейчас я почти поверил, что ты не ведьма, — брезгливо поморщился Хан, по второму кругу разглядывая скудный интерьер дома. — Иначе наверняка наколдовала бы себе что-нибудь… поприличнее. Здесь хотя бы сортир есть?

У Хана определённо был талант.

Впервые в жизни мне во второй раз за прошедшие двадцать минут захотелось его чем-нибудь треснуть.

— Угу. Сам-то ты, наверное, в королевском дворце живёшь с видом на тропический курорт? — не удержалась я от того, чтобы подначить брюзгу. — Ничего, потерпишь. А если придавит — выкопаешь ямку.

Хан зыркнул на меня, сверкнув глазами. И, по-моему, мысленно пообещал себе убить меня при первом же подвернувшемся случае.

Впрочем, наши с ним чувства были взаимны.

Мы смотрели друг на друга примерно с минуту. Затем Хан отвёл глаза и отвернулся. Он прошёл в отдельный угол комнатки, где стояла единственная кровать, и уселся, вытянув ноги.

Я зло сжала зубы.

Нет, ну вы это видели?

Припёрся в мой дом. Плюхнул свой зад на мою постель. А я, можно сказать, девушка, стоять, что ли должна?

— Хан, ты иногда такая свинья! — практически слово в слово прочитал мои мысли второй Охотник. — Уступи девушке место.

Сам он подпирал плечом противоположную стену.

— Она не девушка. Она ведьма, Гаро, помни об этом! — Хан прислонился спиной к стене и демонстративно сжал в руке нож. — Мы слушаем

тебя, — поторопил он и, оскалившись в хищной улыбке, с размаха воткнул лезвие ритуального ножа в обшарпанное изголовье деревянной кровати. — И давай, покороче.

— Всё просто, — сглотнула я, расценив жест, как тонкий намёк. — Руны на вашем ноже гласят: «Отняв магию, ты будешь иметь лишь магию. Но получи её в дар — и обретёшь дар».

— И? Что это значит? — Хан вопросительно приподнял бровь.

— Что до сих пор, убивая им ведьм ради магии, вы забирали только их магию. Как таковую. Бесполезную субстанцию, которую могли продать зельевару, но не могли использовать.

— Использовать чужую магию, как собственную? Ты что-то завралась совсем, ведьма. — Хан устало засмеялся, но почти сразу оборвал смех и, прищурившись, подался в мою сторону. — Это невозможно! Извлечённую магию нельзя влить в тело повторно.

Теперь засмеялась уже я сама. Громко и звонко. Всем своим видом, каждым жестом давая понять этому олуху, что он ни черта не знает о магии.

Отсмеявшись, я медленно шагнула к нему.

— Верно. Извлечённую нельзя. — Я с дерзкой улыбкой обвила рукой шею Охотника и, усевшись ему на колено, зарылась пальцами в волосы. — Но если бы хоть одна из ведьм отдала вам свою магию добровольно, вы получили бы возможность использовать эту магию, как собственную.

Охотники застыли в предвкушении.

Оба.

— И ты готова отдать нам свою магию добровольно в обмен на… — Гаро отлип от стены и двинулся в нашу сторону.

— На данную вами клятву, — подсказала я любезно. — Вы отпустите меня и никогда больше не станете преследовать.

Хан и Гаро переглянулись.

И, выказав удивительное единодушие, почти одновременно выдали:

— Мы согласны.

— Вот так вот сразу? — рассмеялась я, не удержавшись от очередной шпильки в адрес Хана. — И даже не будет коронных фраз «все ведьмы врут» и «ведьмам нельзя верить»?

Я старательно скопировала его интонацию и жесты. По-моему, получилось похоже.

Не знаю, почему мне так понравилось провоцировать Хана. Видимо, из-за чувства безнаказанности.

Охотникам нужна была моя магия. А это означало, что моё убийство откладывалось. Во всяком случае, до утра.

Хан и Гаро вновь переглянулись, и старший из Охотников бесцеремонно спихнул меня с колена. Затем многозначительно прокашлялся и снова подал голос:

— Стоп… Всё это, конечно, здорово! Но мне хотелось бы знать, какой именно магией ты обладаешь? — уточнил он, скользя по мне взглядом. — Что мы сможем, получив её?

— Жить долго и счастливо, — развела я руками.

— Это что, шутка?! — тотчас нахмурился Хан.

— Да нет же, я ведь говорила. Я не простая ведьма. Я не превращаю смолу в золото, а людей в лягушек. Моя магия продлевает жизнь тому, кто должен умереть, исцеляет смертельные раны и болезни. Получив её, вы станете практически неуязвимы. Почти бессмертны.