Игры Властителей
Шрифт:
- Что за представление ты тут устроила?
– хмуро поинтересовался Аэрон.
В это время имперская охрана решила вспомнить о своих обязанностях и, сверкая начищенными доспехами, предстала пред ясны очи Его Величества.
- Арон, где ты взял этих телохранителей? Будь на моём месте убийца, он успел бы сбежать в Дорт до их появления.
- С ними я разберусь позже. А сейчас будь добра, объясни, что здесь происходит.
- У меня каникулы и я решила по дороге домой навестить своего друга, - мягко улыбнулась Кана.
- А ты не могла сделать это скромнее? Зачем поднимать столько шума?
– раздраженно
- Похоже, я действительно не вовремя. Прошу прощения, Ваше Величество.
- Рад был встрече, принцесса.
С неестественно прямой спиной, Аэрон отвернулся и спрятался в карете, откуда донесся возмущенный возглас его юной спутницы:
- Кто это такая? Почему Ваше Величество не отправили её в темницу? Я уже говорила Вам, император, что Вы слишком милосердны?
- Гильяна, это принцесса древнейших рас. Подумай, как отреагируют на подобное обращение с наследницей драконы и эльфы?
Кане совершенно не понравился подслушанный диалог. Умом она понимала, что Аэрону давно пора обзавестись семьей, но её огорчил такой холодный приём, да и пассия императора ей не понравилась. Пожав плечами, она отправилась на поиски средства передвижения, чтобы добраться до своих владений: ждать, когда Аэрон освободиться и найдёт для неё время, она не собиралась, а переходить в замок из городского телепорта было неразумно.
По пути к конюшням, которые располагались на окраине Габрона, девушку несколько раз пытались ограбить. Мальчишки отделались подзатыльниками, а вот парочка опытных карманников убежала к ближайшим целителям вправлять вывихнутую конечность. Уже подходя к нужному строению, из которого доносилось характерное ржание и запах, Кана почувствовала пристальный взгляд. Она резко обернулась, но кроме случайных прохожих, которые спешили по своим делам, никого не обнаружила. Девушка нахмурилась, но продолжила путь. Она обещала себе отдых в уединённом замке и собиралась сдержать данное обещание, а для этого нужен надёжный четвероногий друг. Путь к дому неблизкий и опасный.
Торговцем оказался полугном. Он цепким взглядом всматривался в каждого посетителя, без труда определяя выгодного покупателя. Когда его взор наткнулся на Кану, его глаза загорелись предвкушением хорошей сделки.
- Чем могу помочь, прекрасная леди?
- Мне нужен выносливый и спокойный друг. Там, куда я отправляюсь, есть нечисть, так что лошадь должна быть прекрасно вышколена.
Полугном ещё раз внимательно посмотрел на потенциального покупателя, перевёл задумчивый взгляд на стойла, а затем снова на девушку. Ей показалось, она слышит, как в голове торговца щёлкают счёты. Приняв для себя какое-то решение, он кивнул своим мыслям и предложил пройтись в дальний угол конюшни, из глубины которой ясно раздавалось раздражённое фырканье.
- В Вас течёт эльфийская кровь, если сможете договориться с этим зверем лучшего скакуна Вам не найти, он чистокровный эршиали[16]. Я нашёл его израненного на границе с эльфийским лесом, но не рискнул сунуться во владения Пресветлых. С тех пор он живет здесь и подпускает к себе только меня, да и то для того, чтобы покормить или почистить.
- Я рискну.
Эршиали разумные животные, способные на эмоциональном уровне передавать хозяевам свои чувства. Хозяевами они признавали только эльфов
Припомнив, как происходит знакомство животного с хозяином, Кана осторожно приблизилась к рыжему жеребцу. Он настороженно притих, с долей любопытства поглядывая на очередного кандидата в хозяева. Девушка очень не хотела использовать эмпатию в многолюдном городе, но иначе невозможно было установить контакта. Стоило ей приоткрыться, как Кану захлестнул поток чужих эмоций, но она постаралась сконцентрироваться только на стоящем перед ней скакуне. Он с возросшим интересом посмотрел на Кану, дёрнул ушами и слегка придвинулся. Окрылённая успехом, Кана протянула руку, позволяя животному первому пойти на контакт. Последовал ещё один шаг, и лошадиная морда уткнулась ей в ладонь, затем эршиали фыркнул и соприкоснулся лбами с новой хозяйкой. Кана уже безбоязненно вывела его из стойла и подошла к довольному полугному.
- Я рад, что он нашёл хозяина. Но на его содержание у меня ушло десять золотых, - последние слова торговца сопровождались сердитым ржанием.
- Друзей не покупают, но за заботу о нём я отблагодарю тебя, - успокоила Кана обоих.
Она расплатилась с торговцем и довольная покинула конюшню. Теперь ей предстояла нелёгкая задача узнать имя нового друга. Сказать его он не мог, а чтобы угадать придётся долго перечислять все известные клички и ждать когда эмпатия передаст ей согласие животного. О заурядном обмундировании для лошади не могло быть и речи. Эршиали не признают ни седла, ни уздечки, но они никогда не позволят упасть своему хозяину, их движения легки и доставляют седоку поистине незабываемое удовольствие от верховой езды.
Не задерживаясь в городе, Кана прихватила свои вещи и покинула столицу. Ночевать она решила в небольшой рощице к югу от столицы. Она давно хотела отдохнуть на природе, и знала одно очаровательное место на берегу реки. Как раз будет время перед сном для выяснения имени животного.
ГЛАВА 24
Какое счастье - дома находиться (Владимир Вишневский)
- Ну что, приятель, будем знакомиться?
– Кана погладила довольно жмурящуюся морду и церемониально поклонилась: - Канаэлин ван Торис дерк Салиус, но друзья зовут меня просто Кана. А вот как твоё имя? Может, Рыжик?
– эршиали возмущённо фыркнул.
- На перечисление всех возможных имён уйдёт вечность! Мне нужны подсказки. Имя как-то связано с твоим цветом?
Девушка задавала наводящие вопросы, иногда угадывала, но чаще удостаивалась недовольного фырканья. Общение с приобретённым другом не мешало организовывать ночлег, и довольно быстро Кана соорудила себе лежанку, а так же приготовила поздний ужин из холодных бутербродов. Желудок недовольно жаловался на те крохи, которых недостаточно для растущего организма драконы. Но лень была сильнее. Разводить костер чтобы приготовить дичь, которая еще бегает где-то по лесу, было выше сил Каны. Поэтому она опрокинулась на лежанку и восторженно замерла.