Игры вампиров
Шрифт:
Я ожидал чего угодно - крика, попытки отбросить меня, или наоборот страстного поцелуя в ответ, но ничего не случилось. Майя лежала, не шевелясь, как и раньше, с той лишь разницей, что теперь она смотрела в потолок, а не в стену.
Больше пяти минут я старался возбудить её, чтобы она ответила на мой поцелуй, но Майя даже ни разу не моргнула глазами. С трудом сдерживая злость, я поднялся с кровати. Целовать живой манекен не хотелось. И теперь я окончательно понял, что в тупике, и что мне
Сев в кресло, я стал смотреть на неё. "Да, я поспешил с обращением. Но ведь уже ничего не сделаешь. И я не знаю способа вывести её из этого состояния. Надо, чтобы она хоть как-то проявила свои эмоции, а не пребывала в этом ступоре. Хотя... Есть ещё один способ, но очень жестокий. Сделав такое, я как раз и покормлю её, ведь сейчас это необходимо, и вполне возможно, что её прорвёт, и она начнёт хоть как-то реагировать на мои слова и действия. Только вот какой реакции ожидать? Она ведь может окончательно возненавидеть меня. Хм, она и так ненавидит меня, и я практически ничего не теряю. Другого выхода я просто не вижу".
Поднявшись с кресла, я прошёл на кухню. Пленник снова пришёл в себя и старался освободиться от верёвок. Увидев меня, он опять стал мычать, пытаясь что-то сказать. Присев перед ним, я сорвал скотч и спросил:
– Что?
– Я всё понял, и готов признаться в своих преступлениях. Только не убивайте меня, позвоните в милицию, и я дам чистосердечное признание, - начал лепетать он.
– И много ты преступлений совершил?
– в голове мгновенно возник план, как облегчить Майе душевные страдания во время первого кормления.
– Я не считал, но расскажу обо всех, - заверил он, со страхом глядя на меня.
– Какие именно преступления ты совершал? Изнасилования?
– Да, потом было ещё пару нападений для грабежа.
– Сколько было изнасилований?
– Шесть, - немного подумав, ответил он.
– Чудесно. Сейчас я отнесу тебя в комнату, и там ты увидишь девушку. Расскажешь ей, сколько изнасилований совершил, где и когда, а так же - про остальные преступления. Понял?
– И вы меня отпустите?
– он с надеждой посмотрел на меня.
– Отпущу, - ответил я вслух, а про себя добавил: "На тот свет".
Подняв его вместе со стулом, я направился в спальню.
– Кто вы?
– испугано спросил он.
– Люди так не могут.
– Ты получишь ответы на все вопросы, и узнаешь, кто мы, только чуть позже, - пообещал я.
В спальне я поставил стул с ублюдком возле кровати и приказал:
– Начинай.
– Первый раз я изнасиловал девушку три месяца назад....
Но я не слушал этого урода, а внимательно наблюдал за реакцией Майи. Сначала она никак не реагировала на его слова, но уже через десять минут после начала рассказа, стала сжимать
Когда я увидел её взгляд, меня пробрал озноб. Я думал, что видел уже все возможные состояния Майи - и злость, и доброту, и страсть, и нежность. Но вот такой я её никогда не видел. И понял, что сейчас Майя даже не злая или в гневе, а это в чистом виде ярость, и поблагодарил небеса, что на меня она никогда так не смотрела.
Через пять минут рассказ закончился, и я обратился к ней:
– Тебя ведь пугает не то, кем ты стала, а то, как ты вынуждена питаться, ведь так? А теперь представь сколько, таких как он, топчут землю - насилуя, убивая и калеча судьбы других людей. Ты можешь с чистой совестью питаться ими.
– Я не имею права судить других. Для этого есть суд и Бог, - неуверенно произнесла Майя.
– Да, есть. Но пока их найдут и осудят, или пока они попадут к Всевышнему, сколько ещё жизней они могут угробить?
– Я не смогу, - она замотала головой, и вжалась в спинку кровати.
– Сможешь, просто тебе первый раз страшно, - сказал я, подходя к сумке и доставая оттуда скальпель.
– Я тебе помогу, - и, подойдя к пленнику, провел скальпелем по руке. Парень закричал, но я тут же вырубил его ударом в голову, чтобы он не отвлекал Майю.
– Вспомни, что он делал с девушками, и как над ними издевался. Среди них могла быть твоя подруга, или знакомая.
Майя, услышав запах крови замерла. Я прекрасно понимал, что она сейчас чувствует, хотя и был не голоден, ведь напился её крови ещё, когда она была человеком. Со стопроцентной уверенностью я знал, что сейчас у неё кружится от аромата голова, и она с трудом сдерживается. Я и сам замер, боясь спугнуть её лишним движением.
Когда Майя стала часто сглатывать слюну и еле заметно поддаваться вперёд, а потом опять застывала, я понял, что должен ей помочь, иначе кровь начнёт сворачиваться.
Сев на кровать, я посадил её к себе на колени и прошептал:
– Душа моя, это совсем не страшно. Просто это непривычно, но поверь - тебе понравится. И не надо этого пугаться и испытывать угрызения совести. Он выродок, который мучил людей, и кто-то должен останавливать таких, как он. Почему бы тебе этого не делать?
– я взял его за руку и поднёс её к лицу Майи.
– Вспомни его рассказ и сделай хоть один глоточек, и если тебе не понравится, то не пей, - предложил я, но прекрасно знал, что если она попробует, то уже не остановится, пока не насытится.