Игры ушедших
Шрифт:
– Кайфуешь?
– Не… ожидал, – протянул Морган.
– Тайники! – потребовал Ахрават, мгновенно став серьезным. Он не убирал руки с коннектора. Можно было не сомневаться, что он раздавит хрупкий прибор, если бывший главарь обманул его.
Но Морган не собирался этого делать. Он рассказал почти обо всех своих тайниках, с подробными описаниями примет и установленных ловушек. Рассчитывать, что Ахрават сам полезет туда, было глупо, он наверняка пошлет кого-нибудь из своих людей. Поэтому тюремщик Охотницы выложил все
Ахрават внимательно выслушал его, иногда кивая, когда тот рассказывал про знакомые ему места, и убрал руку с разъема, только когда воцарилось молчание.
– Надеюсь, ты ничего не забыл, иначе… – пригрозил он.
– Я ничего не забыл, – выпрямляясь, насколько это было возможно в его положении, ответил Морган.
Киборг посмотрел на него удивленно и слегка встревоженно. Он снова увидел в калеке прежнего Моргана, которого никто не мог перехитрить. И тот блеск, который он уловил в начале их беседы, теперь вновь был в глазах главаря. Не сказав на прощание ни слова, Ахрават покинул сферическое обиталище Моргана, почему-то не осмелившись обернуться, даже чтобы бросить взгляд на пленную Охотницу.
Ночь на Олимпе была очень светлой. Спутник планеты занимал полнебосвода, и отраженный им свет превращал ночь в серые сумерки.
В пещере, где собрались вокруг своего командира бойцы подразделения К-1, было немного темнее, чем снаружи, но фонарей все равно не включали.
– На ваших «элках» есть схемы расположения системы противометеоритной защиты, – говорил Сэм. – Пойдем постепенно, начнем с: ближайшей установки. Захватываем, коллапсируем, движемся к следующей. Все ясно?
Ответом была тишина.
– Что непонятного? – переспросил он.
– Мы все поняли, – ответил за всех Холод. – Может, делом займемся?
Сэм смерил его взглядом, потом посмотрел на помощника:
– Сайта, сколько у нас генераторов?
– Должно быть, штук сорок, может, больше. Амуницию вроде никто не терял, а я там… – Он замялся на секунду. – Ну, в общем, у меня еще четыре есть и… два лишних плазмореза.
Все поняли, почему возникла пауза, но не сказали ни слова.
– Точек двадцать шесть, – продолжил майор, – значит, хватит с запасом. Фил может идти?
– Может, но это нежелательно.
– Тогда останется здесь, за ним присмотрит Ворон.
– Нет! – воскликнул тот.
Сэм резко повернулся к нему и смерил взглядом.
– Я только… – киборг стушевался, – я хотел сказать, что там от меня будет больше толку. Я лучший стрелок из всех, кто здесь сейчас находится.
– Ты ранен.
– Косметика! Только с виду страшно. Я не хочу быть нянькой, в бою от меня будет больше пользы!
– Он прав, командир, – поддержал Ворона Сайта. – Пусть Ким останется, тем более что у него плечевой имплант барахлит. Так ведь, Ким?
– Это так? – Майор посмотрел на киборга, о котором шла
– Заедает немного, повредил при посадке, но все нормально.
– Может, у кого есть более серьезные ранения… или повреждения? – спросил Сэм. – Давайте честно, потому что нам надо быть максимально боеспособными.
Киборги переглядывались, но никто ничего не сказал.
– Значит, Ким, остаешься с Филом. Сдай генераторы Ворону, у вас останутся те, что у Фила. При опасности развернешь силовой кокон.
– Ясно.
Больше возражений не было, наверное, слова майора об ослушании возымели какое-то действие.
– Вот и хорошо. Выступаем.
Майор надел шлем и вышел из пещеры, за ним потянулись остальные.
– Счастливо оставаться. – Некоторые хлопали Кима по плечу.
– Не скучай тут без нас.
– Проваливайте, – беззлобно ответил киборг и, проводив их до выхода, вернулся к Филу.
Отряд вышел к первой точке только к утру. Киборги двигались почти бесшумно, свет бледнеющей луны поблескивал на имплантах. Гряду они преодолели без особых трудностей и сейчас почти вплотную подобрались к своей цели.
Внешние створки установки были закрыты, сливаясь со скалами, но ЛКУ Сэма проецировало их предполагаемую схему на тактический экран шлема тонкими голубоватыми линиями и заодно отражало план внутренних коммуникаций, на котором вход, утопленный в горном склоне, пульсировал белым прямоугольником.
– Будем надеяться, они не успели все переделать, – произнес майор. – Пирс, Рок, вскройте-ка для нас эту консервную банку.
– Угу, – отозвались киборги, – сейчас.
Они отделились от отряда и, пригибаясь, понеслись туда, где должен был быть вход.
Через некоторое время доложил Рок:
– Командир, тут электронный замок. – Голос его был удрученным. – Похоже, нам с ним не справиться… Ты чего?!
– Какого хрена ты болтаешь? – ругался на него Пирс.
– А что?
– А то! Ты бы хоть меня спросил!
– Что там у вас? – раздраженно спросил Сэм.
– Командир, я смогу его вскрыть. И довольно быстро. Как раз к вашему приходу.
– Понял, – сказал майор, – все слышали? Вперед. Отряд неровной цепью двинулся ко входу. Они еще не успели дойти, как Пирс отрапортовал:
– Дело сделано, майор. Дверца открыта. Осталось нажать на кнопочку и войти.
– Хорошо. Молодец, Пирс.
Киборги рассредоточились по сторонам от серо-желтой плиты, перекрывающей вход, навели на нее стволы плазморезов и замерли в ожидании команды.
– Давай, Пирс, – Сэм тоже приготовился.
– Даю, – пробормотал киборг и нажал кнопку открытия.
Плита, сказав тихое «пых» и подняв клубы пыли, ушла вверх. Десантники замерли в ожидании, но в открывшемся узком туннеле было темно и тихо, только ветер засвистел, найдя для себя еще одну дорожку.