Игры разума

Оливер Яна

— И не сомневайся.

***

Не в пример большинства гостей Стюарта, посланника Гильдии приняли не в гостиной. Вместо этого они расположились в задней комнате, куда Стюарт приводил несимпатичных ему людей.

Мастер Нортруп, одетый в невзрачную одежду, сидел в углу на неудобном стуле, спроектированном таким образом, чтобы гость не желал задерживаться подольше. Шотландцы славятся гостеприимством, если не считаю вас врагом.

Его сумка покоилась у ног. На вид лет ему было около

сорока пяти, на животе лежал жирок, а кустистые брови не мешало бы приручить. Судя по выражению лица, ему всё не нравилось. Райли была уверена, в свободное время он пинает детишек.

Судя по виду Стюарта и Харпера, им только нужен повод, чтобы растерзать этого парня на кусочки. Плохие новости. У обоих был далеко не жизнерадостный взгляд на Национальную гильдию; они едкими словами описывали мастеров с доски почета, и, в случае с Харпером, еще и бранными. Учитывая дурацкие правила и их любовь к бесполезной макулатуре, это отвращение она понять могла.

«Если он скажет мне, что они отклонили мое заявление…»

Когда они расселись по местам, Райли обратила внимание, что никому не предложили выпить, а ведь это было эталоном гостеприимства в доме Стюарта. Великий мастер махнул рукой посетителю.

— Передаю слово тебе. Начинай.

Нортруп злобно покосился — ему напомнили, что он ниже Стюарта по положению. Тем не менее, он проглотил раздражение.

— Сперва-наперво, что он тут делает? — спросил Нортруп, указывая на Бека.

— Он Великий мастер и жених Райли, — ответил Стюарт.

— Это я знаю, — рявкнул Нортруп. — В деле он роли не играет.

— Это пока нет. После того как Бек пройдет посвящение полностью, он займет мое место в Атланте. У него есть право присутствовать.

— Да, есть, — сказал Бек, скрестив руки на груди. Он вошел в свой образ «не выводи меня из себя».

— Я припомню твое неуважение.

— Отлично. Уважение надо заслужить. Вы еще ничего для этого не сделали.

Нортруп вздохнул и раскрыл вынутую из сумки папку. Пробежался взглядом по документу, затем перевел взгляд на Райли, как бы сравнивая ее с прикрепленной фотографией.

— Твоей заявке на мастера отказано.

Он даже не потрудился сказать это вежливо, лишь представил новости как смертный приговор.

— Почему? — спросила Райли.

— Нет оснований, — кратко ответил он.

— Я убила Архидемона и сдала экзамены. Мастер Харпер отправил вам результаты. Уверена, вы в курсе.

— У нас имеются сомнения в беспристрастности экзаменаторов.

— Что? — прорычал Харпер. — Вздор, к нам приезжал мастер Дилейни из Нэшвилла, чтобы никто не счел нас заинтересованными.

— Проверяющим был Дилейни? — Нортруп смутился.

— Если бы вы удосужились проверить результаты, то заметили бы, — сообщил Харпер.

— Тем не менее, это не важно. Она всё равно не подходит.

Райли разозлилась.

— Правила

гласят, что я должна: первое — убить и поймать Архидемона, и второе — пройти тест. Я сделала и то, и другое. Более того, я убила двоих демонов, так что справилась вдвойне хорошо.

— Никаких доказательств второго убийства нет.

— Я видел останки собственными глазами, — вмешался Бек. — Равно как и Великий мастер Мактавиш.

— Убийство, произведенное за пределами Штатов, не учитывается.

Полная чушь.

— Но одного-то я убила в Атланте. Второй и не нужен вовсе, — продолжила настаивать она.

— Какова настоящая причина? — акцент Стюарт стал сильнее. — Потому что она девчонка, или в чем-то другом?

— Она не отвечает требованиям. За нами окончательное решение, не из того теста она.

— И как вы это определили? — потребовала она.

Нортруп глубоко вздохнул и перетасовал свои бумаги.

— Мы все обсудили. Нас беспокоят и другие вещи.

Райли сжала кулаки.

— Нам доложили, что вы занимаетесь магией, сотрудничаете с некромантами и ведьмами. Это правда?

— Да, правда. — «А еще я заклинатель, но вам это знать не обязательно».

Нортруп покачал головой.

— Это не подобает члену Гильдии. Уведомляем вас по причине вашего поведения, если вы продолжите заниматься магией в какой бы то ни было форме, лицензия будет аннулирована.

У нее отвисла челюсть. Ну нельзя же относиться серьезно.

— И как прикажете быть? — грубо спросил Бек. За его словами Райли ощущала гнев.

— Никакой магии. Таково постановление. Откровенно говоря, будет проще, если вы уйдете и избавите нас от забот, но мы даем ваш шанс вернуться на верный путь. Ловцы не путаются с магией. Это не наша стезя.

От такого неприкрытого идиотизма она словно язык проглотила.

За нее нашел ответ Бек. Он вынул из упаковки защитную сферу и поднял ее.

— А это у нас было бы? — его голос дрожал от гнева.

— Не понимаю вопроса, — отмахнулся Нортруп.

— Магия. Внутри этой штуки магия. — Он схватил заземляющую сферу, затем вавилонскую одну за другой. — Внутри всех есть магия. И как она должна ловить демонов и пользоваться ими?

— Ее проблема. Никакой магии. Никаких отношений с некромантами и ведьмами. Это должно прекратиться.

— Надолго? — уточнила Райли, пытаюсь объять глубину всего абсурда.

— Шесть месяцев. Считай себя на испытательном сроке.

Шесть месяцев?

— И как я должна поймать Тройбана? Или Четвертака?

— Вот и придумайте сами. Вы сами начали это, связавшись не с теми людьми. Считайте это реабилитацией. Если думаете, что не справитесь, передайте свою лицензию. Если хотите и дальше совмещать ловлю с магией, покиньте страну. Уверен, в Европе к таким относятся снисходительнее. Но мы здесь поступаем правильно.