Игры профессионалов
Шрифт:
— Я знаю, на травяном корте она играет слабее, — перебила ее Мелисса. — Теперь мне придется попотеть.
— Дело было не только в покрытии площадки, — сказала Кэти. — В ночь перед матчем Эйс подлил ей в сок водки.
— Что? — вытаращилась на нее Мелисса. — А я-то радовалась победе над ней! — Она огорченно покачала головой, удрученная услышанным.
Лючия жаждала реванша за свое поражение. К тому же в случае новой победы юная англичанка не только обретала более высокий рейтинг, но и получала неплохие шансы привлечь к себе внимание спонсоров, до сих пор благосклонных
Анализ игры Мелиссы способствовал выработке оптимальной тактики предстоящей встречи. Надежды тренера Лючии оправдались: противопоставив изощренную технику мощной подаче и заученным ударом двумя руками слева, Лючия, после упорной борьбы в трех сетах, одержала желанную победу.
— Ты сегодня прекрасно играла, — снисходительно похвалила она Мелиссу, пожимая ей руку через сетку.
Мелисса улыбнулась ей в ответ, чувствуя себя отчасти виноватой в ее поражении в Бекнеме, пожелала удачи в дальнейших встречах и пошла в раздевалку. Для нее турнир закончился, можно было отправляться на рождественские каникулы в Англию. Две недели она не возьмет в руки ракетку! Ура!
Кэти собиралась остаться на праздники в Нью-Йорке. Джек улетел в Южную Африку, местонахождение Эйса держалось в строгом секрете от всех: похоже было, что он завел себе новую пташку. Мелиссе до всего этого не было дела: она грезила предстоящей встречей с Ником.
В аэропорту «Гатуик» ее встретила Роза.
— Как я рада снова тебя видеть, дорогая! — воскликнула она, обнимая дочь. — Ты похудела! Много работаешь?
— Да, я почти на грани срыва, пора отдохнуть, — призналась Мелисса, следуя за матерью к автостоянке. — Боже, как холодно! — зябко поежилась она. — Ник сказал мне, что ты куда-то уезжаешь на Рождество?
— Да, — нервно кивнула Роза, но Мелисса, утомленная полетом, не обратила внимания на ее чересчур возбужденное состояние. — Очень мило с его стороны пригласить меня в Гленгарри, но я уже наметила другие планы… Хочешь, сама сесть за руль? — сменила она тему.
— Нет, я отвыкла от английских дорог, — сказала Мелисса, усаживаясь на место для пассажира.
Несколько часов, которые они еще провели вместе, обе говорили без умолку. Розе хотелось услышать, как жилось Мелиссе в Америке, а Мелиссе — узнать местные сплетни. После длительного отсутствия она чувствовала, что соскучилась по провинциальной жизни, некогда казавшейся ей невыносимо скучной. Полгода странствий по США измотали ее до такой степени, что она искренне радовалась встрече с родным домом, стены которого, как ей совсем недавно представлялось, могли одним лишь своим видом ввергнуть любого в уныние. Теперь же родовое поместье сулило уют и покой, выглядело желанным местом, где можно увидеть знакомые лица.
Дэниел, присоединившийся к женщинам за обеденным столом, показался Мелиссе очень усталым и осунувшимся.
— Он здоров, — успокоила ее Роза, — но у него какие-то финансовые затруднения. Впрочем, он надеется их в скором времени исправить: кажется, он продал две фермы, чтобы расплатиться с долгами…
— Джек в курсе этих проблем? — нахмурилась Мелисса.
— Нет, и не
— Хорошо, обещаю, — неохотно сказала Мелисса.
Она уже заказала билет на утренний рейс до Эдинбурга и сообщила по телефону Нику время своего прибытия. Правда, не ему самому, а какой-то женщине, видимо, его экономке.
Прождав Ника в аэропорту больше часа, Мелисса пошла искать таксиста, который согласился бы довезти ее до Гленгарри.
Селение оказалось больше, чем она предполагала, с гостиницей, несколькими магазинами и двумя пивными барами. С одной стороны долину обрамляли пики гор, на самой ближней из которых высились руины древнего замка, с другой подпирало озеро со скалистыми берегами.
Всякий раз, когда водитель притормаживал, чтобы спросить, как ему лучше проехать к поместью Гленгарри, Мелисса ежилась на заднем сиденье от ледяного ветра, ворвавшегося в окошко. Здесь, на севере, было заметно холоднее, чем в Англии. Наконец такси остановилось напротив большого серого трехэтажного здания в викторианском стиле, уединившегося над озером в некотором отдалении от других строений.
— Мелисса! — окликнул ее Ник, вышедший в этот момент из-за угла дома. — Какой чудесный сюрприз! Но почему ты все-таки не предупредила меня о своем приезде по телефону?
— Я звонила тебе вчера, но это уже не играет роли, — ответила она, уткнувшись лицом в его плечо.
— Странно! Но пошли скорее в дом, ты замерзла, малышка! Я рассчитаюсь с водителем. — Распахнув перед ней дверь, он подтолкнул ее в огромный холл, обшитый темным деревом, и крикнул: — Шейла! Мэгги!
В женщинах, тотчас же появившихся на его зов, Мелисса узнала вдову Роури и экономку, нянчившую Ника и его кузена с детства до юных лет: их лица она видела на фотографиях, которые показывала ей Джессика. Ник представил им гостью.
После инцидента в лондонской квартире Мелисса чувствовала себя перед Шейлой несколько неловко: Ник не предупредил ее, что вдова Роури будет праздновать Рождество вместе с ними, а сама она об этом как-то и не подумала.
— Вчера Мелисса звонила сюда, — с укором заметил Ник, переводя осуждающий взгляд с Шейлы на экономку. — Но мне об этом не сказали.
— Ах, да! — прикрыла рот ладошкой Шейла. — Я все перепутала! Подумала, что вы прилетите только завтра!
Мелисса поняла, что это отговорка, но промолчала.
Ник пошел забирать из такси ее багаж. Вернувшись, он поднялся с чемоданами в руках вверх по широкой лестнице. Мелисса следовала за ним.
— Здесь мы будем жить, — объявил он, ногой открывая дверь в свою комнату.
— Я так устала, — пожаловалась она. — Обними меня, Ник!
Он, усевшись в кресло перед камином, в котором горел огонь, привлек ее к себе на колени и стал нежно гладить по спине, целуя ей глаза, уши и шею. Согретая теплом, исходящим от потрескивающих поленьев, Мелисса успокоилась и, взглянув на Ника, улыбнулась ему.