Игры Майи
Шрифт:
Там, за игрой Майи, за ее обманчивым зеркалом, в котором вещи видятся перевернутыми, поскольку появляются с другой стороны, – за всем этим находится Вечное Время, Чистая Энергия, в которой живут те вечно юные, кто нашел собственную внутреннюю вечность – Бессмертную Афродиту постоянного сознания.
XXXIII
Послушание
Все игры Майи имеют внешний облик, воспринимаемый нами посредством чувств, и внутреннюю суть, которую можно уловить интуитивно. Внешний облик – это акт игры, а суть – это причина игры.
Порядок вещей таков, что суть
Философ, один из тех, кто сумел проникнуть в тайны Майи, еще в древности сказал, что свобода есть сознательное повиновение Закону. Об этом и идет речь. Те понятия, которые кажутся нам противоположными, – свобода и послушание – на самом деле душа и тело одной сущности.
Все мы подчиняемся Великому Закону проявленного существования, независимо от того, воплощается ли он в своей целостности или через многочисленные вытекающие из него законы.
Тем не менее есть разные формы послушания. Одна – это послушание полностью бессознательное, но, видимо, нет в мире ничего, что могло бы противостоять этой форме действия. Человек существует в слепом подчинении, но полагает, что имеет полную свободу действий. На следующем этапе пути мы встречаем сознательное послушание, которое стремится постичь смысл законов и здраво следовать им.
Бессознательность, иначе говоря – незнание, непонимание, влечет за собой неукоснительное подчинение законам материи, поэтому, желаем мы того или нет, мы следуем классическому ритму: создание, сохранение, разрушение.
В этой бессознательной области есть множество людей, провозглашающих себя «свободными» или даже «освобожденными», но на самом деле они танцуют в том ритме, который задает им материя. Хотя эти люди и полагают, что сами выбирают, как им поступать, единственное, что они делают, – подчиняются своим сексуальным инстинктам (создание), желанию обладать и присваивать (сохранение) и насилию (разрушение).
Нет никого, кто абсолютно свободен. Несвободны даже те, кто провозглашают себя свободными, ведь их устами говорит Майя, и это она ведет их шаг за шагом, играя на слепоте, которая владеет ими. И это она напевает им, убаюкивая их своей материальностью, и они подчиняются ей… свободно.
По мере того как человек пробуждается, отступает и его слепота. Тогда у него впервые появляется возможность чуть-чуть приподнять завесу игры.
Человек замечает, что вся Вселенная находится во власти законов. У него рождается здоровая потребность в наблюдении, и для него становятся уже не так важны заученные слова и мудрые толкования, а гораздо больше – простое общение с Природой, которая даже в самой ее малой части остается нашим Учителем.
Из крупиц познания складывается понимание Закона. Узнавание частных законов, которые управляют каждым кусочком Вселенной, приводит к пониманию того, что все эти малые законы объединяются в один Великий, Единый и Всеобщий Закон, который вмещает их, объединяет и придает им смысл как целому.
И игра меняет направление. Вместо бессознательного подчинения материи, как было до сих пор, игра теперь состоит в том, чтобы открывать частные законы, интуитивно чувствуя присутствие Всеобщего Закона, и входить в унисон с той системой, с тем порядком, который царит
Рождается сознательное подчинение, сознательное послушание.
Майя, будучи сама свободна, умеет заставить подчиняться других. Она свободна, потому что сама безоговорочно подчиняется законам игры, коей она же и управляет. И, подчинившись этим законам, она обрела право и способность, необходимые для того, чтобы заставить склониться перед ними и человека.
Майя обладает потрясающим опытом и не навязывает своих правил игры; она побуждает полностью принять их, и в особенности тех, кто считает себя более свободным, чем остальные.
Майя нежна, привлекательна, улыбчива, ласкова, снисходительна, льстива, обманчива, коварна, умна, требовательна и на первый взгляд непостоянна… Кто же после всего этого не последует за ней? Она навязывает свои правила без принуждения. Она просто не оставляет людям другого выбора. Майя знает о материи все, а мы лишь начинаем что-то понимать в ней. Поэтому Майя приказывает, а мы подчиняемся, хотя и не отдаем себе в этом отчета.
Очень немногие люди способны избежать этой ловушки иллюзии. Уйти от сетей Майи могут те, кто знает, кому, как и зачем он подчиняется. С этими немногими Майя уже не играет так безжалостно, ей уже нет необходимости делать это, ведь эти люди сознательно готовы подчиниться ей.
Эти немногие люди, живущие сознательно, те, которые знают, что такое послушание, продолжают жить так же, как живут остальные; разница лишь в том, что эти немногие осознанно совершают те или иные поступки.
Свобода не в самом действии, а в сознании, которое руководит этими действиями. Если человеческая деятельность направляется извне, нет ничего легче, чем объявить себя свободным. Если же, наоборот, действие исходит изнутри самого человека и основано на ясном осознании необходимости этого действия, тогда нет никакой нужды провозглашать себя свободным.
Тогда ты просто свободен. Тогда ты просто повинуешься. Как и Майя.
XXXIV
Красота
Гармоничный облик – это тот отпечаток, который Майя накладывает на все явления Природы. Снова и снова мы наблюдаем за тем, в каком виде являются миру вещи, чтобы быть замеченными нашими органами чувств. И каждое их проявление заставляет нас искать ту суть, которая скрывается за этим.
За внешним проявлением Красоты есть внутренняя суть, которую мы, вслед за Платоном, можем назвать Прекрасным. Эта сущность в большей или меньшей степени наполняет материю, преобразуя ее и создавая более или менее гармоничные формы. В некоторых случаях мы называем вещи прекрасными, а в других – безобразными или неприятными.
Иными словами, Красота рождается из соприкосновения Прекрасного с материей. Если материя позволяет этой тонкой и более высокой сущности проникнуть в себя, тогда она становится гармоничной, и очарование, которое она излучает, даже будучи материей, и есть Красота. Если суть Прекрасного лишь слегка затрагивает материю – на первый план выходит тяжеловесность плотного мира, не хватает возвышенных и гармоничных элементов, и тогда мы говорим о недостатке Красоты – о безобразии, уродстве.