Игры богов

Анисимов Александр

— Может быть, ребенок просто урод? — предположил Маттео, но Паррот категорически отверг эту мысль.

— Я говорил с человеком, которому удалось увидеть мальчишку. По его словам, совершенно обычный младенец, разве что орет не переставая. Нет, Дагмар наверняка откуда-то узнал, кто его отец.

— Эта новость даже для меня неожиданна, — задумчиво протянул Советник. — Но если король до сих пор не отправил мальчишку следом за всеми, кто присутствовал при родах, значит, у него на ребенка какие-то свои виды. Возможно, он хочет выдать его за законного наследника… Это более чем вероятно, учитывая возраст короля… К тому же слухи о том, что ребенок не от него,

вполне могут сыграть против Дагмара, да оно и понятно — разговоры пойдут: раз не может в собственной семье порядок навести, как ему городом управлять.

— Есть здесь и еще кое-что странное… Я лично отчетливо слышал, как маг Халиок назвал ребенка богоравным, а такими вещами не шутят, особенно если принять во внимание, чьи это слова.

Маттео не ответил, лишь крепко стиснул жезл, машинально поглаживая кончиками пальцев матово блестящие жемчужины. Советника задели последние слова казначея. Халиок наверняка знал обо всем задолго до того, как ребенок появился на свет. Возможно, он посвятил в эту тайну и Дагмара.

— Надо обыскать комнаты мага, там должна быть разгадка, — решительно произнес Маттео, ударив кулаком по колену. — Займись этим сам или найди человека, которому можно доверять.

— Но как это сделать? Никто не может незамеченным проникнуть в покои Халиока. Его охранные заклятия слишком сильны, и он тотчас узнает, если в комнаты попытаются проникнуть посторонние.

— Глупец! — рявкнул Маттео, сверкнув глазами. — К тому времени, как ты решишься, маг будет уже мертв и помешать не сможет. Его я беру на себя, а ты пока можешь готовиться… Кстати, твои люди нашли того, кто должен будет убрать Дагмара и ребенка? Благо Кефра сама отошла в мир иной, так что возни будет меньше, чем я рассчитывал.

— Но Халиок назвал ребенка богоравным, — возразил Паррот с искренним сомнением в голосе. — Думаю, что убивать его — не лучшая мысль.

— Ты о маге или наследнике? — холодно уточнил Маттео.

— О мальчишке, — подтвердил казначей, незаметно для себя переходя с Советником на «ты». — Пойми, если кто-то убьет короля, это одно, даже если подобное произойдет в застенках Черного Замка. Тогда вся вина ложится на стражу, которая не уберегла отстраненного от власти правителя. Люди, конечно, и в этом случае поймут, что все это наших рук дело, народ обмануть невозможно. Но если окажется мертв еще и ребенок — это другое дело, возмущению не будет конца. Не лучше ли выслать его куда-нибудь за пределы города, и пусть его воспитывают… ну, не знаю, в лесу, в деревне — так, чтобы мальчишка, даже когда он вырастет, ничего не узнал о своем происхождении.

Маттео терпеливо слушал казначея, время от времени мрачно кивая, однако выражение его лица не предвещало ничего хорошего. Когда Паррот наконец закончил излагать свои мысли. Главный Советник медленно поднялся и принялся молча вышагивать вдоль дивана, то и дело бросая на казначея колючий взгляд, от которого у того по спине побежали мурашки.

— А ты не подумал о том, что ребенок еще очень маленький, что он только-только родился? — неожиданно мягко и проникновенно заговорил Маттео. — И такие дети, как известно, иногда без видимой причины умирают. От простуды или врожденной болезни… Кого обвинять в убийстве?

Паррот ошалело смотрел на улыбающегося Советника, не понимая, то ли тот шутит, то ли именно так и собирается поступить.

— Ты еще безумнее меня, — пробормотал он, то ли восхищаясь, то ли порицая Главного Советника. — Как бы нам обоим это боком не вышло.

Маттео замер на миг, а затем, резко наклонившись,

схватил Паррота за отвороты камзола и хорошенько встряхнул.

— По-твоему, я безумец? — процедил сквозь зубы Маттео, глядя казначею прямо в глаза. — Нет, мой друг, я ничуть не безумнее Дагмара или любого жителя Мэсфальда. Просто я поумнее, вот в чем вся разница…

Советник хотел добавить еще что-то, но тут в дверь громко и настойчиво постучали. Маттео отшвырнул от себя казначея, который снова упал на диван и даже не сделал попытки подняться.

— Господин Главный Советник! — раздался голос из-за закрытых дверей. Его обладатель был явно настроен весьма решительно и, очевидно, знал, что Маттео здесь, поскольку спустя пару секунд стук возобновился.

— Кого еще несет нелегкая? — пробормотал Маттео. Голос казался ему знакомым. Незваный гость и не думал уходить, продолжая барабанить в дверь все нетерпеливее. Выругавшись, Маттео подошел к дверям и повернул ключ. На пороге почти тут же возник высокий мужчина чуть старше Советника, облаченный в пурпурный плащ, темную куртку, а также блестящую кирасу. К бедру его был приторочен длинный меч. Что понадобилось во дворце начальнику городской стражи Маттео понять не мог, но, тем не менее, с заинтересованным видом пропустил воина в комнату, после чего снова запер дверь.

— Господин Советник… — попытался снова заговорить вошедший, но Маттео безжалостно прервал его:

— Зариан, какого дьявола ты врываешься сюда и вопишь на весь дворец?! С каких пор начальник стражи ищет встречи с Главным Советником короля? Ты, что же, погибели моей хочешь?

— Простите, господин. — Зариан смиренно отступил на шаг и чуть склонил голову. — Разумеется, я совсем не хочу, чтобы ваш замысел был раскрыт, однако у меня есть причина для того, чтобы побеспокоить вас. Насколько мне известно, вам нужен кто-то, кто бы разделался с Дагмаром, — так вот, я нашел подходящего человека. Он в городе чужой: не совсем, конечно, но в Мэсфальде не был уже давно. Хороший воин, из истинных наемников… Одним словом, чужак, и, самое главное, он уже в Черном Замке.

Маттео встрепенулся — известие оказалось весьма интересным.

— Кто? — коротко спросил он.

— Одно слово, чужак, — повторил Зариан. — Четверть века назад он служил в войске Дагмара, потом отправился искать легких денег и с тех пор в городе ни разу не бывал, даже и близко не подбирался.

— Как он попал в застенки? — Тон Советника становился все более и более деловым. Время сильно поджимало, и исполнителя убийства нужно было найти как можно скорее.

— Я лично этого выродка туда упрятал, — довольно произнес Зариан, усмехнувшись. — Он меня признал, и убить попытался, да только мне с окружением повезло — в обиду не дали. Одного, мерзавец, прирезал, пока с ним сладить смогли. Говорю же — воин что надо, в этом отношении он не подведет. Прирожденный убийца, главное — его надо убедить сделать то, что нам нужно.

— Как его имя?

— Если не ошибаюсь, Вазгер, — не слишком уверенно произнес Зариан. Он, похоже, и вправду не помнил. Но для Маттео это имя говорило о многом. Едва услышав слова воина. Советник издал горловой звук, схожий одновременно с рыком и стоном, а затем ударил кулаком по стене. Идиот! Зариан идиот, каких свет еще не видывал! Вазгер — это один из тех пятерых лучших воинов, которые особо отличились во время захвата власти в Мэсфальде. Майоми, Коррет, Шон, Арос — и вот теперь еще Вазгер. Такие не предают и не идут на убийство. Недаром Маттео потратил столько сил, чтобы избавиться от них навсегда.