Игры богов
Шрифт:
– Встань здесь и повернись лицом к лесу.
– Да, хозяин.
– Ответил бывший полковник невозмутимым тоном и встал справа от мага-некроманта.
– Что ты сейчас ощущаешь?
– Последовал первый вопрос.
Всё так же невозмутимо полковник-зомби ответил:
– Сильную боль хозяин.
Владимир немедленно потребовал уточнить:
– Какая это боль и насколько она сильнее той боли, которая заставила тебя так вопить, что я чуть было не оглох?
Зомби ответил:
– Эта боль сжигает меня изнутри адским огнём. Болит каждая клеточка моего тела. У меня болят даже волосы и ногти. Эта боль намного сильнее той, когда в моём теле закипела кровь. Я не могу её терпеть. Она сводит меня с ума.
– Почему ты не кричишь сейчас?
–
– Я боюсь твоего гнева, хозяин. Если ты разгневаешься на меня, боль станет ещё мучительнее.
– Правильно. Так оно и будет.
– Сказал маг-некромант и поинтересовался - О чём ты сейчас мечтаешь?
Зомби простодушно ответил:
– Я мечтаю о том, чтобы ты приказал меня похоронить и прочитать над моей могилой молитву.
– Ты достоин этого?
– Последовал громкий вопрос, на который зомби ответил так же громко:
– Нет, я совершил столько преступлений, что мне никогда не искупить хотя бы малую их часть.
Вот тут-то коллег полковника Свиридова проняло по настоящему и они завыли от ужаса ничуть не слабее его самого во время казни, но магические кляпы быстро заткнули им рты, а Владимир потребовал:
– Сейчас ты коротко, но чтобы мне всё было ясно, расскажешь о своей жизни начиная с того момента, когда ты встал на преступный путь, а так же о всех своих преступлениях и расскажешь всё, что ты знаешь, о генерале Гончаренко и о всех своих подельниках.
И вот тут-то полковник Свиридов к ужасу своих коллег начал рассказывать. Он говорил громко, отчетливо, лаконично, но в то же время очень ёмко и только по существу. История его падения началась в восемьдесят пятом, после того, как старший лейтенант Костин, командир особой разведгруппы состоящей всего из трёх офицеров, смуглого, темноволосого москвича, татарина Ильдара Рахимова и узбека Мирзо Усманова, угодил из-за самонадеянности Пашки Свиридова, отправившегося вместе с Пуштуном на рынок, под выстрелы двух душманов, устроивших засаду на шурави в лавке торговца восточными сладостями. Не смотря на серьёзное ранение, Пуштун завалил одного и тяжело ранил второго талиба. Пока он лежал в госпитале с переломами рёбер, голодный до баба верзила решил вместе со своим приятелем-прапорщиком навестить одну вдову, жившую неподалёку от того места, где был расквартирован его полк. Там его и прапора повязали душманы, вместе с которыми был американский майор Джеральд Спенсер, кадровый сотрудник ЦРУ.
Цэрэушник сходу завербовал здоровенного мордоворота Пашу, причём сделал это самым циничным и жестоким образом, в стиле фашистов, предложив ему в обмен на жизнь застрелить друга. Прапорщик Ревко от такого предложения отказался и даже заехал американцу ногой в бок, хотя и не был крепким парнем, зато Паша Свиридов согласился и из чужого оружия застрелил сослуживца. После этого уже из собственного табельного оружия он застрелил несчастную вдову и какого-то старика и всё это он проделал под прицелом видеокамеры. Майор Спенсер приказал душманам вложить оружие в руки убитых, объяснил своему агенту где он с ним встретится через три дня и тотчас откланялся. Через три дня старший лейтенант Свиридов, получив инструкции от Джерри Спенсера, приступил к сбору разведданных, а ещё через две недели он подвёл под вербовку капитана-особиста Гончаренко, которого цэрэушник также повязал кровью двух пленных солдат, привезённых в Кабул откуда-то из провинции.
Потом майор Спенсер сдал особисту Гончаренко несколько немногочисленных, плохо вооруженных и потому и не очень-то опасных банд, которые разгромил взвод старшего лейтенанта Свиридова, за что оба были повышены в звании и получили боевые награды, ну, а затем был вывод войск из Афганистана и перевод Паши в Москву. Ему было предложено продолжить службу в органах госбезопасности. Так начала складываться банда генерала Гончаренко. Майор Спенсер приказал им обоим сначала закрепиться в ФСК, а затем продолжить свою службу в ФСБ и при этом делал всё, чтобы оба его агента продвигались по служебной лестнице. Параллельно им было приказано подмять под себя несколько преступных группировок, чтобы
Затем началась война в Чечне, именно такую задачу ставил перед ними Дик Малкович, превратить операцию по наведению конституционного порядка в жестокую войну. Сдавая группе подполковника Гончаренко, в которую был включён майор Свиридов, всякую мелочь и в то же время поставляя чеченцам ценные разведданные и оружие, полковник Малкович добился успеха. Жестокость по отношению к чеченцам проявляли многие российские военные, но и она меркла перед тем, что творили люди полковника Гончаренко, который после Чечни получил чин генерал-майора и возглавил специальный группу по борьбе с международным терроризмом. На тот момент она практически полностью состояла из агентов ЦРУ и фактически представляла из себя довольно крупную международную банду, имевшую тесные контакты с главарями организованной преступности. А ещё это была самая настоящая финансово-промышленная корпорация. В Москве насчитывалось тридцать восемь членов этой банды, в которой Паша Свиридов командовал отрядом ликвидаторов-палачей, таких же жестоких садистов и насильников, каким был и он сам.
Адвоката Николаева они прихватили с собой только с одной единственной целью, убить и похоронить в болоте, чтобы больше никто не узнал о том, что в лапы генерала Гончаренко попал полковник Костин. Полковника похитили по приказу Дика Малковича и держали в личной тюрьме генерала в Сокольниках, в нескольких километрах от его штаб-квартиры. Полковник Малкович даже направил туда из Штатов каких-то особенных специалистов по допросам с пристрастием и Паше Свиридову было известно только одно, этот разведчик, недавно вернувшийся из Афганистана, обладает какой-то ценной информацией касавшейся входа в некий храм Силы. Ещё полковник Свиридов, которому Владимир вовремя задал несколько уточняющих вопросов, рассказал о том, что генерал Гончаренко и цэрэушник, выбившийся в высокие чины, довольно часто вели между собой разговоры о каких-то магах, посещавших Землю и даже построивших себе убежище не небольшом островке на озере вблизи Канады. Говорили они и о Шамбале, путь в которую, якобы, был открыт в шестидесятые годы прошлого века, и о том, что к этому причастны японские ниндзя из клана Яри, связываться с которыми они не очень-то хотели, так как подозревали, что все они являются могущественными магами.
Полковника Малковича очень интересовала вся эта фантастика и особенно вход в храм Силы, в котором, как он говорил, можно было обрести не только вечную молодость, но и магические знания, способные дать избранным людям власть над миром. Паша в это не верил, как не верил он и в то, что люди Дика Малковича могли закодировать их каким-то сверхсекретным способом и тем самым предотвратить, что они, вдруг, расколются на допросах. Теперь же, рассказав магу-некроманту о том, что именно и в какой последовательности с ними делали американцы в особняке, стоящем в самой гуще Сокольнического парка, он и сам был вынужден признаться, что всё это была правда. Смеркалось, когда полковник Свиридов закончил давать показания. С его слов, а верить зомби можно было полностью, все десять ликвидаторов были самыми отъявленными негодяями, которые достойны самой жуткой казни без какого-либо снисхождения, он вкратце рассказал, кого и как они избивали, насиловали, заставляли совершать самоубийства и казнили на этом месте, но Владимир всё же поинтересовался их собственным мнением на этот счёт и спросил:
– Ну, и что вы скажете теперь на это, господа мерзавцы? Есть хотя бы какое-то объяснение всем вашим зверствам?
Когда он освободил пленников от кляпов, те завопили. Кто-то божился, что он ни в чём не виноват, кто-то обрушился на обоих магов с проклятьями, а кто и с угрозами. Послушав их несколько минут с каменным лицом, Владимир снова заткнул им рты и поджарил всех разом и пока они корчились, Валарестон, посмотрев на бледного, как полотно адвоката, спросил:
– Ну, а что вы думаете по этому поводу?