Игры богов
Шрифт:
Так что ученые смело могли бы праздновать свою победу… вот только если бы чуть позже на связь не вышел Ганимед:
– Это Ганимед. Алек прибыл в добром здравии. Все в порядке. Конец связи.
Жаль, что я не видел в эту минуту лиц тех, кто находился на Земле. Наверняка последовала немая сцена.
Первым пришел в себя, конечно же, Хайнц.
– Как?..– выдавил он поистине историческую фразу.
Это подействовало как команда. Ученые забегали по помещению. Через несколько секунд восстановили связь и с Марсом,
– Вы уверены в том, что мистер Морн действительно находится рядом с вами? – спросили связиста на Марсе.
Тот хмыкнул:
– Вы что, мне не верите? Так я его позову сейчас.
По гиперпространственному радио послышался мой голос:
– Я здесь. Пока живой. Похожий диалог имел место и при разговоре с Ганимедом.
– Это что же получается? – прошептал Хайнц, обливаясь потом. – Такого не может быть!
Оказалось, что может.
Для меня действие передатчика материи было штукой не новой. Я уже испытывал на себе трансмиттерный переход – во время экспериментов с одноканалъным устройством. Так что когда передо мной вместо земной лаборатории возникла марсианская, я только улыбнулся. Вот все снова закончилось удачно.
Я на Марсе.
Под ногами был круг – точная копия того, на котором я стоял мгновение назад.
– Здорово, Алек! – Фил уже протягивал руку, собираясь помочь мне выйти из очерченного на полу пространства. Не то чтобы в его помощи была необходимость – это больше походило на простой знак дружеского внимания.
– Здравствуй! – я состроил страдальческую рожу. – Ваша очередная попытка избавиться от меня не увенчалась успехом. Придется вам опять что-то придумывать.
Фил рассмеялся:
– Еще как придумаем! Но на самом деле мы всего лишь хотели вытащить тебя с Земли, чтобы ты попил чайку в нашей компании. Ты ж к нам почти не заглядываешь.
– Так вот какова была цель эксперимента! – осенило меня. – Бедные инвесторы, знали бы они, на что идут их денежки! Нет, что ни говори, а финансирование научных лабораторий – вещь неблагодарная.
Перешучиваясь с Филом, я уже направился было пить обещанный чай, но тут меня позвал связист:
– Алек, иди сюда! У них там какая-то чертовщина выходит, и они не могут разобраться, где ты. Мне не поверили.
Пожав плечами, я подошел к пульту связи и произнес:
– Я здесь. Пока живой. Аудиосквилтур в ответ непонятно зашипел. Сочтя этот звук за окончание связи, я дружески хлопнул связиста по плечу и отправился к «коллегам». Чай уже остывал.
С людьми, работающими на Марсе, мы действительно давненько не встречались. Здешняя лаборатория была рассчитана на восемь человек, и состав менялся лишь раз в год. Так что моему прибытию ученые обрадовались несказанно.
Мы неторопливо беседовали на самые разнообразные темы, когда на пороге вновь появился связист. Его лицо было бледным.
– Ты точно Алек? – задал он несколько неожиданный
– Гм? – Я вопросительно смотрел на него, одновременно пытаясь понять, что могло произойти там, на Земле, чтобы вполне нормальный человек перестал верить собственным глазам.
– Поговори лучше сам, – предложил связист.
Растерянно улыбнувшись ребятам, я встал из-за стола и снова пошел в лабораторию, к сквилтуру. В душе начали ворочаться смутные подозрения.
Что-то не так…
– Здесь Алек, – сказал я в пространство.
– Здесь тоже, – насмешливо ответил из сквилтура мой голос. – Привет с Ганимеда! Слушай, тут такой вид! Юпитер на полнеба… Ты явно прогадал с Марсом.
В голосе чувствовались знакомые интонации. Если точнее, мои интонации.
Но такого ведь не может быть!
– Э-э-э…
– Ты еще не вошел в курс дела? – удивился голос. – Ладно, занимайся моральной самоподготовкой. Встретимся на Земле.
Связь оборвалась.
Я прошел между столами с различной аппаратурой к висящему на стене зеркалу и стал внимательно изучать свое лицо. Коллеги сквозь незакрытую дверь увидели это и начали подшучивать:
– Гляди-ка, теперь Алек себя не узнает! Алек, там что, эпидемия?
Нет, себя-то я узнавал. Отражение в зеркале ничем не отличалось от того, что я наблюдал сегодня утром во время бритья. Однако…
Однако только что я разговаривал с самим собой. По сквилтуру.
Невероятно!
Выходит, я прибыл и на Марс, и на Ганимед? Как?
Сам трансмиттер не мог ничего создавать по определению. Его задачей было доставить предмет в точку назначения – и все. Что-то вроде гиперперехода для космических кораблей, только мгновенное.
Никогда не слышал, чтобы в гиперпространство входил один корабль, а выходило два. Наоборот – бывало.
По-моему, я открыл что-то новое.
На Землю меня доставили на обычном корабле, который, хотя и шел в подпространстве Федорова, двигался все же значительно медленнее, чем действовал передатчик материи, и на обратную дорогу у меня ушел почти час. Все это время я пил кофе и пытался анализировать ситуацию.
Потрясения не было. Напротив, моему спокойствию мог бы позавидовать, скажем, Хайнц. Уж руководителю проекта точно приходилось несладко.
Это ему предстояло ответить на вопрос «как?».
Я же, имея более чем тридцатилетний опыт путешествий по Галактике, успел поудивляться слишком многому и научился воспринимать легко всякие неожиданности. Даже столь неординарные.
Ко всему привыкаешь.
Вот только иногда закрадывалась дурацкая мысль: а я ли это вообще?
Оказалось, что на космодроме нас никто не встречает. То ли раньше прилетели, то ли «делегация» от лабораторий задержалась.
Немного отойдя от корабля, я сел прямо на поросший травой грунт. Ну что ж, подождем Мы не гордые.