Игрушки
Шрифт:
на тишь уединенья,
два инока в глухом скиту
искали просветленья.
Один – мусолил псалтыри,
молился на иконы,
звеня веригой, до зари
усердно клал поклоны.
Другой – не разбирал псалмов,
не знал в обрядах толку,
бродил один среди холмов,
всё думал втихомолку…
…Посланник Господа за ним
сошёл с небес в Сочельник.
«Ты обознался, херувим!!!» –
взроптал
«Уймись, бряцающий кимвал!» –
ответил ангел строго, –
«Пока ты горло надрывал,
он – молча – слушал Бога!»
Слово
I
…И было Слово – импульс, мысль, искра,
Что озарила Хаос без границы,
Сбивая в ком материи частицы,
Сплетая в вихрь вселенские ветра.
Смирив стихий лихую круговерть,
Рождавшихся миров первоначало.
На вековой союз земную твердь
С небесной сферой Слово обручало.
В порыве вдохновения Творец
Создал материки, моря и реки,
Леса, зверей и птиц и, как венец,
Себя продолжил в сыне – Человеке.
Так написав Мир с чистого листа,
Изрёк довольный Труженик: «Готово!»,
И спящему в раскрытые уста
Вдохнул бесценный дар – Живое Слово.
И, покидая райские чертоги,
Растаял в млечном паводке зари,
Сказав: «Владей сим миром и – твори!
Открыты пред тобою все дороги!»
II
Младенец разорвал тенёта сна,
Открыл глаза. Вокруг всё было ново.
И, ощутив клокочущее Слово,
Пошёл, всему давая имена.
Смакуя, будто яство, каждый звук,
Узрев Творца в сокрытом всюду смысле,
Он выпускал слова, как птиц из рук,
И наблюдал полёт всесильной Мысли.
К нему тянулись ветви, и трава
Вилась в ногах прикормленной дворнягой,
Лизала нежно стопы божества
И омывала их прохладной влагой.
С мольбой в глазах: «Приказывай! Веди!»,
Смотрели звери, нежась в волнах света.
Дышала с трепетаньем вся планета
В такт колыханью человеческой груди.
III
Века неслись стремительной рекой,
Материки меняли очертанья.
Познав болезни, войны и скитанья,
По всей земле разбрёлся род людской.
Так человек стал слаб душой и груб,
От Света прячась за распутства ставнем,
А Слово, погрузнев, слетало с губ
И падало под ноги мёртвым камнем.
Но
Оберегали тайну мирозданья,
А Слово, в положении слуги,
Осуществляло алчные желанья.
В глазах толпы вершились чудеса.
Так под волхвов протяжные напевы
Покорно разверзались небеса,
И благодатный дождь поил посевы.
Но, дабы власть жрецов над миром крепла,
Кнутом сменялся пряник и тогда –
В руины превращались города,
И над землёй взвивались тучи пепла.
IV
Наследники Ведической Эпохи –
В косноязычный резкий век Hi-Tech –
Слова, не лучше нищих и калек,
Влачатся, собирая с пола крохи.
Как бомж, испивший горестей сполна,
Клянёт судьбу, серея от обиды,
Вздыхает Слово: «Бы-ы-ли времена...
Со мною возводились Пирамиды!..»
Из мглы веков звучат слова Христа,
Но проповеди в храмах лицемерны.
Не от немытых рук черны уста,
Но – только лишь – от исходящей скверны.
Так угасает – искрой на лету –
Исконный смысл, сокрытый в каждом слоге
Слов, брошенных бездумно – в пустоту –
Гниющих, будто мусор на дороге.
Как вырваться из замкнутого круга,
Где души слепы и сердца немы?
Из мрачных недр сгущающейся Тьмы,
Надменно выползает Кали-Юга.
V
Остановись, не помнящий родства,
На мир смотрящий замутнённым взглядом!
Сомкни свои уста – в них жало с ядом,
И ранят, словно острый нож, слова.
Остановись! Задумайся на миг.
Обогатись молчанием немного!
Стряхнув ярмо бесчисленных вериг,
В себе почувствуй дремлющего Бога.
Он – Суть, не иссякающий поток,
Что кружит Мироздания турбину.
Он – сквозь асфальт пробившийся росток –
Немой призыв к отрёкшемуся сыну.
В песчинке малой, в капельке воды,
Которая есть жизни всей основа,
Повсюду – Он, везде – Его следы,
Его рука, Его Живое Слово!
Но если хоть на несколько минут
Все люди, как один, умолкнут разом,
То пробуждённый тишиною разум
Освободится от незримых пут!..
VI
Ещё немало схлынет поколений,
Но жизнь вернётся на круги своя.
И, разгадав все тайны Бытия,
Род человеческий подымется с коленей.