Игрушка Тирана
Шрифт:
— Нарочно дразнишь и удерживаешь меня на расстоянии сейчас? Ты? Ни за что бы не поверила…
Я спускаюсь ниже, отодвигаюсь только для того, чтобы начать снимать с себя одежду Глаза Рэмиана загораются нетерпеливым огнём. Демоническим и таким собственническим, что этим взглядом можно спалить остатки одежды на мне дотла и им же обернуться, укрывшись от других взглядов. Рэмиан сглатывает, предупреждая:
— Ты пожалеешь. Всегда жалеешь. Не сразу. но потом… Чуть позже. Будешь проклинать эту связь между нами и ненавидеть меня.
— Нет.
Но ты же не заставишь? Я хочу тебя. Всего. Несмотря ни на что. И возможно это точно убьёт меня рано или поздно, но не могу сдержаться. Это сильнее меня.
Больше. Нужнее. Быть с тобой оказывается для меня нужнее, чем собственное спокойствие.
Я пробираюсь руками под футболку Рэмиана, обводя пальцами мышцы пресса и груди. Его разгорячённая кожа дрожит под моими пальцами. Рэм перехватывает мои руки и целует ладони по очереди, глядя при этом в глаза.
— Ты точно этого хочешь?
— Зачем ты спрашиваешь и останавливаешь меня сейчас? — нетерпеливо спрашиваю я, ёрзаю, сидя на нём. При соприкосновении наших тел Рэм начинает чаще дышать и выглядит так, как будто сейчас точно сорвётся. И мне до безумия хочется увидеть, как это произойдёт. Почувствовать на себе.
— Не хочу, чтобы тебя передёргивало от отвращения, Кейт.
Рэмиан качает головой, постучав кулаком по своей груди.
— Там, внутри ты не найдёшь ничего хорошего. Абсолютно. Ты лишний раз убедишься в моей жестокости и непреклонности, в моей оголтелой жажде брать.
Разочаруешься и будешь топить меня своим холодным пренебрежением.
— Я попробую, — выдыхаю я, заставляя его поднять руки, чтобы стянуть с футболку. Не удержавшись, начинаю целовать его тело, пробуя языком его на вкус.
Рэмиан дёргает меня на себя, заставляя подняться.
— Ты меня не остановишь, Рэм. Потому что тебе хочется этого не меньше моего.
— Последнее предупреждение, Кейт. Знаешь, что ты просишь? Ты заглянешь всюду, абсолютно. И ты увидишь много чего, что придётся тебе не по вкусу. Я не отдавал приказа убивать твоих родных, но был бы рад это сделать. Чтобы оставить тебя у себя. Я затолкал их в самую глубокую и вонючую дыру нарочно, чтобы они оттуда не выбрались живыми до конца своих дней.
Рэмиан словно выкладывает последний козырь, бьёт им меня наотмашь по лицу.
Но я… Может быть, я самая плохая дочь и сестра, но я, как изголодавшееся животное, трусь щеками о горячие ладони Тирана, говорящего о том, как он хотел бы уничтожить всех дорогих мне людей. Я была зла и рассержена. И моя злоба покалечила невиновного, но внутри полыхнуло и погасло. Мне приходится выискивать в себе крохи недовольства Рэмианом, чтобы слепить из них колосса ненависти на глиняных ногах.
И я впервые не хочу ничего нарочно выискивать и раздувать пламя злости. Оно всё равно погаснет.
— Всё равно. Я понимаю. Знаю. Это ужасно, но я всё
Как видишь, различий между нами не так уж много, — улыбаюсь я, чувствуя, как горячие слёзы текут по моим щекам.
— Больше всего меня раздражают твои слёзы, — задумчиво говорит Рэмиан, смахивая слезинки пальцами. Он слизывает языком солоноватую влагу со своего пальца.
— Они меня раздражают, потому что я сам — их причина, — усмехается он, — должно быть наоборот…
— Будет.
— Ты так уверена в этом?
— Нет. Не уверена. Но я тебе доверяю, — говорю я, глядя ему в глаза.
Глава 73. Рэмиан
«Я тебе доверяю…»
Всего три слова, которыми Кейт вскрывает меня, как консервную банку, и вытряхивает её содержимое.
Я сглатываю и чувствую себя впервые намного слабее и неувереннее, мельче, хуже… Гораздо хуже, чем она, искрящаяся от нетерпения. Влажная, полная желания. Я чувствую запах её податливого лона и уже смакую его на своём языке, как если бы жадно вылизывал её. Всю.
— Ты отчаянная девчонка, Кейт, — голос хриплый и в глотке адово пекло, царапающее изнутри.
Тяну Кейт к себе, прикусив пухлые, тёмные губешки, ставшие ещё темнее из-за прилившей к ним крови.
— Не хочу, чтобы ты потом жалела, — последняя попытка увернуться от неизбежного слияния.
— Не хочу жалеть, что не попробовала, — возражает Кейт.
— А чего ты хочешь на самом деле, Кейтлин Роу?
Её глаза сейчас напоминают калейдоскоп: выражение сменяется так стремительно, что я не успеваю считать его, просто замираю, обездвиженный красотой Кейт.
— Тебя. С тобой. Каково это, принадлежать полностью? Безраздельно?
— Если бы я это знал сам…
— Поэтому удерживаешься? Из-за страха неизвестности.
— Разочарована?
— Нет. Приятно знать, что ты боишься того же, что и я.
Кейтлин озорно улыбается. Так, должно быть улыбаются дети, бесхитростно сообщая о своей шалости. Её улыбка горячим лучом солнца скользит по моему лицу.
— Давай бояться вместе, — выдыхает Кейтлин и медленно движется. Но не ко мне, а от меня. Не понимаю, чего она хочет, но когда вижу, как она стаскивает с меня брюки, начинаю трястись от похоти и неудовлетворённого желания.
— Ты же…
— Да, — коротко отвечает Кейтлин, скручивая волосы на затылке в узел, чтобы они не мешали ей.
Как в галлюциногенном сне наблюдаю за её языком, облизнувшим губы перед тем, как она наклоняется к моему члену. Мягко целует конец головки. Простреливает от её нежности и одновременной развязности, когда она обхватывает ладошкой член у основания, придерживая.
Обхватывает головку, вводя её в рот доводит до уздечки и замирает Влажный горячий язык начинает выписывать сумасшедшие круги, а потом дразнит крошечное отверстие.