Игрушка для монстра
Шрифт:
Всё в этой бесподобной внешности незнакомца безупречно, даже и придраться не к чему! Но особое внимание заслуживают пухлые бледно-розовые губы и огромные янтарные глаза, как у хищного волка, с интересом глазеющие на меня, будто на кусок сочной добычи.
– Немая что ли? – незнакомец с волчьими глазами не отличался радушием. Это я сразу поняла. Ровно тогда, когда впервые услышала его властный голос.
Наверно, мои щёки покраснели. Я попросту залипла, не в силах оторвать глаз от безупречного мужчины.
Пора вернуться в реальность! Он ведь хам, а
– Благо нет! А вы кто такой?
Мажорчик злорадно усмехнулся, будто я глупость какую ляпнула и сорвался на крик.
– Я кто? Я кто?! – повторил дважды. Словно я действительно немая, да ещё и тупая в придачу, добавив: – Вообще-то я Оскар Рудковский. Владелец этого торгового центра.
М-мамочки…
Коленки предательски дрогнули, а сердце забилось в агонии.
– А-а, – всё, что смогла вымолвить. Потому что знала, он меня сюда не чаи пить пригласил, а долг за порчу имущества требовать.
Пока я пыталась придумать себе липовое имя, гадёныш, будто мысли прочитав, резко отрезал:
– Диана Авдеева. Ну как отрадно повеселилась?
Ох, Божечки!
Да как он… Да чтоб он!
Как, черт подери, узнал?
Моё лицо наверно стало таким же по цвету, как и его модная белоснежная рубашка.
– Садись! – рявкнул монстр, вытаскивая из ящика письменного стола красивую коробочку, набитую сигарами.
Я с горем пополам заставила деревянные ноги согнуться, а зад приземлиться на мягкую поверхность стула.
Несколько секунд господин Рудковский тупо молчал. Смотрел на меня как на кусок пушечного мяса, раздирая своими опасными глазами. Он деловито курил сигару и высокомерно выдувая кольца дыма мне точно в лицо, отчего я закашлялась.
На дне жутких глаз монстра полыхал костёр власти, пошлости и скверных помыслов. Мне показалось, что Рудковский задумал нечто нехорошее. Спорим, он уже во всю меня отымел? Где-то там в своих гадких мыслишках. Он мечтал вот так вот просто… взять, швырнуть меня на свой дорогущий стол, порвать в клочья одежду и вытрахать по самые яйца, в наказание за ошибки.
Девушка я характерная. Мне не понравился ни его похабный взгляд, ни его манера общения. Страх потихоньку начал отступать, уступая место привычной дерзости.
Понимая, что меня тут вовсе не чай с ватрушками ожидает, а жестокая расплата за убытки, нанесенные его бесценной собственности, с горя мне тоже захотелось курить.
– Можно и мне покурить?
Темные брови мажора выгнулись дугой, но не успел он и рыкнуть, как я, в наглую, быстренько у него одну сигарку спиздила, прямо с его антикварного стола и довольная затянулась.
В шоке наверно, мажорчик-то.
Пялится, так надменно, словно я из чистого золота литая.
Судя по выражению его лица и по стиснутым до белизны кулакам, думала врежет…
Но вот чудеса!
Сдержался.
Вместо тумаков за сворованную затяжку, монстр продолжил допрос.
– А лет тебе сколько, чтобы курить и хамить? – спрашивает больше для того, чтобы позлить, ведь сам-то
– А вам какое дело?
И вот-тут то меня понесло…
– Чё, дерзкая, значит?!
– Да, дерзкая! А ты… то есть вы… – мерзкий, блин!
О, Боже.
Мне следовало бы прикусить язык.
Что же я творю…
Бесит просто!
Не могу остановиться!
Чёрт, походу разозлила…
Его ледяное лицо вспыхнуло алой краской, а крепкие руки, сжавшись в кулаки, с силой по столу треснули, выплёскивая всю накопившуюся злость:
– Слышь, курица драная, какого хрена ты себе позволяешь?! Я тут по-доброму хотел… Ну нахер значит! Ментов сейчас вызову и на нарах месяц покувыркаешься!
Он чё, прикалывается?
На понт берёт?
Я решаю бороться до последнего.
– Ой, ой! Какой нафиг месяц? Сутки максимум! Я ж не «яйца Фаберже» стырила, а трусики всего-навсего! Чё за брееед?! – выплёвываю вместе с дымом и начинаю от кашля давиться.
Блин! Тяжёлая дрянь попалась. Импортная, наверно. Аж в глазах двоится от одной только затяжки…
Неужели наркота?
– Так! Рот свой закрыла! И меня внимательно слушаешь! – его стальные руки снова в бедный стол впечатываются, и мне вдруг не до шуток становится. – Влипла ты, девочка, по самые дырки! Знаешь на сколько нашопилась, млять? Знаешь, сколько витрина с пойлом стоит, не говоря уже про «ведро» китайское?
– Н-нет… – голос предательски дрогнул.
– Как одна твоя почка!
Мамочки…
– Шутишь. То есть… те! Шутите?
– Я что на клоуна похож? – рыкает, бросая окурок в хрустальную пепельницу. – Ну если нос приклеить и волосы рыжей краской облить – вылитый шут получится! Пха-ха-ха!
Ой!
Ладони на рот бросила, язык до боли закусила.
«Остановись, Ди! Не надо…» – шептал внутренний голос, но я не могу сдержаться. Случайно вырвалось. На фоне нервов.
Кажется, я только что окончательно разозлила монстра.
Неожиданно, мужчина буквально одним махом перемахнул через стол и его сильные руки крепкой хваткой сомкнулись на моей шее.
Ох…
Ангел-хранитель…
Спаси и сохрани.
Глава 2
Часом ранее
Это унылое утро, несмотря на май месяц, выдалось холодным и пасмурным. Впрочем, как и мое настроение по жизни… Да и вообще моё место в этом долбанном мире в целом!
Затаившись в кустах, словно разведчик на войне, глядя на огромный торговый центр с роскошным названием «Алмаз», я ещё раз мысленно продумала план вылазки и, сплюнув через левое плечо на удачу, выскользнула из укрытия, набрасывая капюшон на копну вечно надоедливых, непослушных волос, которые я всё обрезать мечтала, но не решалась. Из-за мамы. Она всегда говорила, что у меня очень редкие и очень красивые волосы. Поэтому я и не обрезала. Маме нравились. В память о ней слово держу… Вот только с трудом получается! Шампуня уходит немерено.