Играющие
Шрифт:
– Я правильно понимаю, что Вас очень волнует вопрос, кто финансирует это мероприятие?
Я постаралась, чтобы мой голос звучал сухо и уверенно, и уловив его ответный кивок, я продолжила:
– С каждым из вас разговаривала перед Игрой, вы знали, что это все бесплатно, и ни один не спросил о том, кто платит и почему. Каждый согласился участвовать добровольно и подписал договор о неразглашении информации. Так вот, чтобы не было вопросов в дальнейшем, отвечу раз и навсегда, чтобы больше не возвращаться к этой теме. Этот проект финансируется как важная научная разработка одним незаинтересованным в раскрытии своего имени спонсором.
–
– Если я тренинг проведу удачно, меня примут в Европейскую ассоциацию психотерапевтов, вследствие чего я смогу получить европейскую лицензию на профессиональную деятельность и место в одном очень престижном учреждении. Для меня это очень важно, тем более что на Игре я собираюсь поставить эксперимент также и над собой. Я и ведущая, и играющая одновременно. В этом и есть безусловная уникальность метода. И больше мы к этому вопросу не возвращаемся. Если вы не принимаете какие-либо условия Игры, скажите об этом здесь и сейчас и покиньте нас. Если принимаете, то играйте по установленным правилам…
Да, это было для них достаточно жестко и на их лицах это тут же отразилось. Деловой человек поморщился, как будто глотнул чего- то кислого, Лис фыркнула и демонстративно уставилась в окно. Маленький принц посмотрел на меня с немым осуждением, цветок передернула плечами, Фонарщик вздохнул, Торговец хмыкнул…
Людям не нравится, когда их ограничивают в каких-то действиях, но это была вынужденная мера. Они должны были начать подчиняться правилам Игры. Они становились играющими.
Все молчали.
– Могу ли я расценивать ваше молчание, как согласие с озвученными условиями? (Здесь я воспользовалась своим специальным голосом, с которым спорить было просто нереально. Я называю его «голос не терпящим возражений»). Конечно, все были согласны. Еще бы!
– В таком случае, я считаю, что все правила приняли и игра начинается. Жду вас завтра утром в этом же зале. Спокойной ночи.
На этом месте запись прерывается – после ужина все разошлись кто куда. Часть гостей отправилась в комнаты на втором этаже, часть в бильярдную, которая находилась недалеко от столовой. Помню, что очень устала в тот день, так бывает, когда ведешь тренинг – столько энергии отдаешь группе, целый день находишься в напряжении, «держишь группу», контролируешь все, что происходит, вплоть до эмоций участников, чтобы не было отклонений от сценария. В такие дни мне обычно хочется побыть одной. Поэтому я пошла в зимний сад в другом крыле замка, чтобы избежать встречи с кем бы то ни было.
Сад произвел на меня необыкновенное впечатление. Это был настоящий шедевр. Как будто я очутилась в джунглях Амазонки. Я там не была никогда, но думаю, что они выглядят именно так. В середине сада располагался искусственный водоем. Помню, поймала себя на мысли, что не удивлюсь, если из водоема вылезет пара другая крокодилов. В саду в изобилии и благоденствии произрастали разные виды экзотических растений. По стенам и потолку вились лианы, за которые цеплялись орхидеи. Абсолютно точно могу сказать, что стоимость этой коллекции орхидей потянет на пару элитных ахалтекинцев 2 . А уж я-то в орхидеях разбираюсь! Коллекция же этих редких видов потрясла меня настолько, что я не сразу заметила, что нахожусь не одна.
2
Лошадь
Мое одиночество внезапно нарушили два негромких голоса. Один женский, другой мужской. Видимо, они шли по параллельной дорожке, поэтому до меня доносились лишь обрывки сказанных ими фраз. В основном говорила женщина. Она говорила быстро, порывисто и горячо, как ветер в раскаленном воздухе пустыни перебирает песок. А мужчина повторял одно и то же слово, вяло, как по каплям дождя на эту саму пустыню. Пустыня, ветер, сухой песок, слова как холодные капли дождя, все это уже было со мной, в прошлой жизни…
– Зачем?
– Я не могла поступить иначе, я…
– Зачем?
– Я готова на все ради тебя, ты нужен мне…
– Почему я?
– Я люблю тебя…
– Зачем?
Шаги стихли, а вместе с ними исчезли голоса. Вспомнила, что хотела покурить. Щелкнула зажигалкой… Затянулась. Сигарета почему-то горчила.
Н-да… Курить совсем расхотелось.
Странно. Как не старалась, так и не смогла я понять, кому принадлежат эти голоса. Они говорили, как будто знали друг друга давно. Но это было невозможно. Участники тренинга познакомились только что. Кроме нас со Змеей, и тех троих…
…Она недавно рассталась с мужем, с которым прожила десять лет и собралась связать свою жизнь с приятелем Змеи. Этот приятель был крайне богат, и добивался ее любви упорно и настойчиво на протяжении нескольких лет. Сначала он был просто поклонником (в артистическом мире это в порядке вещей). Он заваливал ее подарками, делал милые романтические глупости, заказывал ее портреты у лучших художников… В общем, у нее возникло ощущение, что вот она – настоящая жизнь рядом с мужчиной. который так надежен и столь любит ее.
Тогда ей казалось неважным, что она не испытывает к нему и малой части той любви, которой она любила своего мужа. Муж был не так богат, обеспечен, беспечен, ненадежен, постоянно занят чем-то своим, мало занят ею самой, а возраст 45 для актрисы критический… Достаточно распространенная история, если бы не одно но…
Когда она пришла ко мне, она хотела перевернуть- вернуть все обратно.
Муж очень страдал, ждал, умолял, просил, звонил, жизни без тебя не мыслю, смысл, нет смысла, без тебя нет смысла… И вдруг она поняла, что тоже любит именно его, больше никого, он, он, и только он, а то другое было ошибкой, опиской, помаркой…
Дорогой, это совсем не то, что ты думаешь, но я не могу оставить его… Но другой (что бы не запутаться я называла его богатый жених) уже построил для играющей Цветок шикарный дом и не собирался сдаваться за так, не такая у него была натура, а поставил ей условие типа как в русских народных сказках:
– Я отпущу тебя, милая, и даже совсем не буду сердиться, но только в том случае, если ты пройдешь консультацию у психолога (как принято в цивилизованных странах). И если после этого ты не передумаешь, дорогая, я смирюсь с тем, что проиграл.