Играя с судьбой
Шрифт:
– Возможно, Эль-Эмрана против того, что бы суперпорт достался Иллнуанари, - я очень осторожно высказала это предположение.
Арвид вовсе не показался мне рассудочным, ищущим только выгоды, мерзавцем. Слить подобную информацию он мог бы и в качестве мести за пытки, которым его подвергли наемники Иллнуанари. Нет, уверенности в этом не было, но чем не вариант? Любовь, злость и подобные им эмоции часто толкают людей на нерациональные поступки. И я не исключение.
– На Раст-эн-Хейм не любят Анамгимара, - все так же осторожно пояснила я.
– Он слишком любит унижать, подчинять, угрожать. От Иллнуанари торговцы никогда не ждут
Усмехнувшись, Ордо покачал головой.
– Вот оно как, - протянул удивленно он.
– Я-то думал, до меня есть дело Стратегам. Лиге! А оказывается, ты снюхалась с торговцами и работаешь на них. Так с этого нужно было начинать...
Я безразлично пожала плечами, не став ничего отрицать. Если это объяснение Ордо подходило, как аргумент, который не дал бы выгнать меня в неизвестность, то тем более оно устраивало меня саму.
– Аторис, поговори с Арвидом. Пошли человека, назначь торговцу встречу, - проговорила я, принимая так вовремя подвернувшуюся роль, и не в силах отказаться от возможности напакостить Анамгимару Эльяна.
– Ты попытайся выяснить, что еще Арвид может тебе предложить. Подарить Рэну Анамгимару ты ведь всегда успеешь. Разве не так?
Заложив руки за спину, Ордо медленно прошелся по кабинету. Остановившись напротив меня, почти беззвучно рассмеялся.
– Хорошо - согласился он.
– Но только попробуй играть на стороне торговцев. Ты будешь присутствовать на этих переговорах как мой советник, и если потребуется на переговорах с Иллнуанари - тоже! Посмотрим, что из этого выйдет. Но учти, если все станет хуже, чем сейчас, ты за это ответишь.
Глава 12
В какой момент я отключилась и как оказалась в постели, я не помнила, а ко всему - не имела ни малейшего понятия, где нахожусь. Несколько минут я в изумлении рассматривала просторную светлую комнату, в которой очнулась. Затейливая лепнина в виде цветов украшала нежно-голубые стены и потолок. Солнечные лучи, проникавшие через распахнутое окно, превращали наборный паркет с причудливым рисунком в янтарную патоку.
Ветер шаловливо качнул белоснежные занавеси и принес собой сладковатые нотки аромата диких роз и горьковатые - перестоявшей, пожухлой травы. С детства я любила этот запах.
То ли от воспоминаний, то ли от осознания, что жива, слезы навернулись на глаза. Глубоко вздохнув, я постаралась их сдержать. Попыталась слегка приподняться и повернуться, чтобы прижаться щекой к подушке, но тотчас ощутила резкую боль в боку, а следом закружилась голова, от усилия на висках выступил пот. Упав назад, я прикрыла глаза. Бездна! Сил едва хватало, чтобы приподнять голову. Так отвратительно я себя никогда не чувствовала. Но до сих пор ни разу не подводившее меня тело, решительно отказывалось повиноваться.
Никогда раньше я не болела. Ощущение беспомощности было внове
В комнате царил полумрак, рассеиваемый парой светильников, а окном - темнота. Теплый воздух был наполнен запахами трав и цветов, как бывало только перед закатом или недолгое время после него. До моего слуха доносился стрекот насекомых и звук чьих-то осторожных шагов.
– Допрыгалась?
– язвительно прозвучал знакомый голос откуда-то сбоку.
Я мгновенно узнала его обладателя и... невольно улыбнулась. Несмотря на непростые отношения, я была безумно рада увидеть свекра. Пусть он меня никогда не любил. Пусть тон его голоса часто был ехиден, а чаще откровенно ядовит, пусть я никогда не стремилась попасть в число его пациентов, считая это самым худшим, из того что вообще может произойти, но я искренне была рада узнать, что Вероэс жив.
Пусть морщины еще сильнее изрезали покрытое бронзовым загаром лицо, пусть его волосы из черных, присыпанных снегом седины на висках, стали похожи на смесь соли и перца, пусть его взгляд потерял присущее ему лукавство и потух - медик был жив, и это неожиданно отогрело мне душу.
– Вероэс, - прошептала я, глядя на то, как мужчина подошел к кровати.
Остановившись, он несколько долгих секунд хмуро смотрел на меня сверху вниз, и под этим, лишенным всяческого тепла взглядом, я почувствовала, как бесследно тает мое хорошее настроение.
В первые несколько мгновений, обрадовавшись, я сумела забыть, насколько сильно свекор меня не любил. Что для него я всегда был ненормальной, одержимой фанатичкой, и что совсем не такую женщину он хотел видеть рядом со своим сыном. Да, у него хватало порядочности и ума не пытаться нас ссорить. Но на каждый из моих визитов вежливости он лишь морщился. Я, после того как догадалась об его истинном отношении, старалась ему не навязываться. Для окружающих мы казались слишком заняты каждый своим делом, и в наших редких встречах не было ничего необычного. И только мы сами знали, что на самом деле скрывается за видимостью ровных и редких отношений.
Но сейчас никого обмануть не получится, саму себя - в первую очередь. Да и нет необходимой дистанции для маневра.
– С возвращением, мадам Арима, - произнес старик. И ледяным тоном добавил.
– Что-то вы сегодня неважненько выглядите.
Я отвела взгляд, интуитивно чувствуя, что ссоры не избежать, и потому постаралась не ввязываться в спор: сил подобные диспуты отнимают много, а их и так было немного. Но и признавать справедливость упреков мне не хотелось. Поэтому я постаралась сделать то, что было мне все же по силам: старательно пропуская мимо ушей слова свекра, я делала вид, что внимательно в них вслушиваюсь.
Видимо, разгадав этот трюк, Вероэс усмехнулся, и, наклонившись, заглянул мне в глаза.
– Ну, рассказывай, как тебя лечили, - произнес он, не сводя с меня внимательного взгляда.
– Как нарвалась, заметь, я не спрашиваю.
Он взял меня за запястье, пощупал пульс, усмехнулся и, уложив мою руку на кровать, отступил на пару шагов.
Под его неприязненным взглядом я чувствовала себя едва одетой, и было непонятно, отчего вдруг он перестал скрывать свое истинное отношение. От обиды дрогнули губы, и слезы едва не покатились по щекам.