Играя роль
Шрифт:
Желание спросить, гордиться ли девушка своим старшим братом, удалось подавить волевым усилием, так как это выглядело бы откровенным издевательством. Вместо этого, взмахом волшебной палочки трансфигурирую из воздуха граненый стакан, затем заклинанием «агуаменти» наполняю его чистой водой и при помощи телекинеза, переношу в руки собеседницы.
Элион без возражений и лишних слов приняла стакан и начала жадно пить, даже не подумав обвинить меня в попытке отравления, (видимо понимала свое положение, и то что мне ее смерть не нужна). Опустошив сосуд, бывшая королева собралась с мыслями и решительно произнесла:
–
Жестом левой руки останавливаю начавшуюся речь, а после короткой паузы начинаю говорить сам:
– Пойми, сестра, тебе нечего мне предложить. Власть на Меридиане уже у меня, «сердце» нашего мира отобрано силой у воровки… а больше у тебя ничего нет. Что же касается твоих подруг: Корнелию выкупила ее младшая сестренка, отдав мне «сердце» Земли, остальные же останутся со мной, для начала в качестве учениц.
– Что значит «для начала»? – Нахмурившись, уцепилась за мою оговорку девушка.
«Она не безнадежна, возможно даже сможет стать неплохим правителем, когда подрастет и наберется знаний с опытом».
– Род Эсканоров мал, на сегодняшний день состоит лишь из нас двоих. – Пожимаю плечами, словно бы говорю нечто очевидное. – Бывшие стражницы достаточно сильны в магическом плане, и у них будут сильные дети.
Пальцы Элион нервно вцепились в подлокотники, взгляд снова стал шокированным и испуганным, а в голосе зазвучали нотки неверия:
– Ты не посмеешь.
– А вот это решать не тебе. – Без намека на веселье, припечатываю собеседницу жестким взглядом. – Игры закончились, сестра, пришло время решать скопившиеся проблемы. У тебя есть выбор: помочь мне, заняв полагающееся место в обществе, или же мирно уйти с политической сцены, дав магическую клятву об отречении от прав на престол. Я же в свою очередь могу гарантировать, что не буду казнить всех повстанцев, (только некоторых особенно отличившихся и влиятельных).
Девушка сидевшая в кресле напротив меня опустила взгляд, глубоко задышала… и начала тихо плакать.
«М-да. Это уже вторая вызванная мной истерика за последние несколько дней».
Усилием воли не позволяю себе начать растирать лицо ладонью. Взявшись за волшебную палочку снова применяю «агуаменти», но на этот раз вливая в заклинание больше силы, из-за чего струя воды под высоким давлением, окатила с ног до головы испуганно взвизгнувшую бывшую королеву.
Насладившись видом картины «хмурый мокрый котенок», применяю несколько бытовых заклинаний, снова приводя Элион и пространство вокруг нее, в пристойный вид.
– Фобос! – Возмущенный возглас прозвучал настолько громко, что если бы в комнате были окна, стекла начали бы звенеть. – Зачем ты это сделал?
– Зато теперь ты меня не боишься, да и истерика прекратилась. – Усмехаюсь глядя на то, как бывшая королева открывает и закрывает рот, не находя слов для ответа. – Раз мы с этим закончили, то может быть перейдем к обсуждению взаимовыгодного сотрудничества?
«Если бы сестренка умела убивать взглядом, боюсь меня не спасли бы никакие щиты, несмотря на целых пять «сердец»».
***
Элион была подростком, росла в практически тепличных условиях технологичного мира с множеством законов и правил защищающих права и свободы людей, что объясняет некоторую наивность. Ее образование заканчивается на детском саду и школе, в то время как правителю
Наша беседа у камина продлилась несколько часов, за которые мы успели обсудить основные вопросы и пункты договора о сотрудничестве. Друзьями конечно же ни я, ни она стать не стремились, все же обиды и уже составленное мнение друг о друге, так просто никуда не исчезают, а изменять всем память слишком сложно, долго и аморально.
«Как говорил Фламель: «Стирая человеку память, меняя воспоминания или корректируя при помощи магии мировоззрение, ты калечишь или убиваешь старую личность»».
Каждый раз используя ментальную магию для того что бы поменять что-то в разуме жертвы, я вспоминаю эти слова. К примеру: если человек не переносит красный цвет из-за какого-то случая в детстве, а волшебник вылечил эту фобию при помощи удаления воспоминания, личность жертвы меняется. С одной стороны это все тот же разумный, с прежними ценностями и знаниями, и старой внешностью, но в ситуации где будет фигурировать красный цвет, он поступит иначе, нежели сделал бы его предшественник.
Вероятно новый человек будет смелее, лучше, решительнее… но это не отменяет того факта, что он другой. Даже гипноз, использованный ради того, что бы внушить отсутствие прежнего страха, хоть и не убивает старую личность ради появления новой, но наносит травму сознанию. По этим причинам, ментальная магия считается одним из самых опасных искусств, которому полноценно учат только уже взрослых и осознающих весь вред необдуманных поступков волшебников.
К чему я веду? Просто в иных обстоятельствах, без наличия моральных ограничителей, я бы мог «промыть мозги» своей сестре, сделав из нее вернейшего сподвижника, после чего той же процедуре подверглись бы оставшиеся в моем замке бывшие стражницы.
В моей прошлой жизни у магического сообщества имелись три запрещенных заклинания: «авада кедавра», (убивающие чары, легко проходящие энергетические щиты), «империус», (позволяет временно подчинить волю жертвы, превращая ее в мыслящую куклу) «круциатус», (пыточное проклятье, при помощи которого можно сломить даже самую сильную волю, при этом нанося минимум вреда телу и энергетике). Лично я добавил бы к списку еще и «обливиэйт», при помощи которого можно стереть либо отдельный участок памяти, либо стереть ее полностью, практически без шансов на восстановление, (редко кто обладает достаточными навыками в менталистике, для самолечения… да и знания об этом навыке тоже можно удалить).
Не буду заявлять, что ментальную магию нельзя применять вовсе, и даже не стану обещать не переписывать чужие личности… все же в жизни случаются разные ситуации. Однако же, использовать подобные методы на сестре, при условии что можно ограничиться более честными и менее вредными способами контроля, слишком жестоко.
«Стоит признать, что «авада кедавра», «империус», «круциатус» и «обливиэйт», делают любую задачу намного проще, давая ложное ощущение собственного всемогущества. Часто применяя эти заклинания, волшебник перестает стремиться к большему и развиваться, а затем вовсе деградирует до магла с палочкой. Так что выходит что непростительные чары, опасны нетолько для жертв, но и для самого применяющего их разумного».