Играем в ГП
Шрифт:
Девочки захихикали, а Драко покраснел, не зная, как отнестись к моим словам. Спутницы же явно неплохо знали блондина. Продолжаю представление:
– Это его эсквайры Крэбб и Гойл. Пока точно не знаю, кто из них Крэбб, а кто Гойл, но ребята крепкие, – наношу им по паре быстрых ударов с обеих рук мизинцами в живот, в стиле китайского бокса. – Как-нибудь смахнёмся пацаны?!
Ребята довольно заулыбались.
– Но вы будьте поаккуратней с Милли. Меня не проведёшь, я чувствую, она занималась борьбой. Не знаю точно джиу-джитсу или айкидо, но хватка чувствуется.
Милисента покраснела
– Последнее время французской борьбой.
– Саватом?! О, Мерлин! Я тоже! Фехтование на тростях?
– Нет, бой ногами.
– Тоже неплохо. Однако на всякий случай шепну – у меня в чемодане лежат две тренировочные трости. Пацаны, я ничего не предлагаю, но вы меня поняли.
Крэбб и Гойл заинтересованно переглянулись и кивнули. Один из них заметил:
– Мы-то всё больше просто на кулачках пробавляемся.
– Мальчики! Поговорим на эту тему. Кузена и его друзей я обеспечивал всякими интересными штучками. – В моих руках мелькнул кастет. – Но сам-то я лёгкий, как пёрышко, предпочитаю вот такую палочку.
Стремительно выхватываю свою дубинку, делаю пару финтов и столь же быстро закидываю её в хранилище на рукаве. Драко не слишком доволен, что разговор ушёл в сторону от него, потому стал прощаться:
– Поезд скоро прибывает в Хогвартс, нам пора переодеваться. Увидимся в школе.
Девочки закрылись в купе, и, пока я делал свои дела, надели школьную форму. Затем вышли, дав переодеться мне. Помимо мантии и остроконечной шляпы в школьный наряд мальчиков входит белая рубашка, галстук, тёмные брюки и джемпер.
По поезду разнеслось объявление: «Мы подъезжаем к Хогвартсу через пять минут. Пожалуйста, оставьте ваш багаж в поезде, его доставят в школу отдельно.»
Остатки сладостей со стола девочки по-честному разделили на четыре кучки, и, не слушая возражений, одну вручили мне в скрученном из обёрточной бумаги кульке. В коридоре творилось столпотворение, потому пришлось переждать, пока на перрон выплеснутся самые нетерпеливые. Когда мимо нашего купе проходила троица новых знакомых, во главе с энергичной кудряшкой, мы услышали громкое наставление:
– Рон! Я же два раза говорила, что у тебя грязь на носу. Почему ты её до сих пор не вытер? У тебя разве нет носового платка? И не надо плевать на свой палец! Ох уж эти мальчишки! Даже до Хогвартса ещё не доехали, а у него уже грязный нос!
Хогвартс
На улице было прохладно. Тьму вечера с неуверенным успехом пытались развеять платформенные керосиновые фонари. Ещё один, самый яркий, держал в руке Хагрид и, размахивая им, громко созывал младших:
– Эта… Первокурсники! Все подходим ко мне! – а увидев Поттера заулыбался и спросил, – Гарри у тебя всё в порядке? – Не ожидая ответа, продолжил сбивать в кучу перваков. – Все собрались? Тогда идём за мной к лодкам. Не отставайте!
Узкая, глинистая дорожка вела круто вниз. Скользя и спотыкаясь, ребята шли по ней при свете звёзд. Казалось, почему бы не зажечь фонари, но через несколько минут это объяснилось. Дорожка резко свернула, и дети оказались на берегу огромного озера. На другой его стороне, на вершине скалы стоял сказочный замок с множеством башенок, подсвеченных
При виде такого великолепия дети не смогли сдержать восторженных возгласов. Судя по горделивому виду проводника, тот рассчитывал именно на такой эффект, вот и вёл детей в темноте, чтобы они насладились открывшимся видом.
– По четыре человека в одну лодку не больше! Рассаживайтесь и вперёд!
У берега стояли небольшие челны, и их хватило на всех. В первую поместился сам Хагрид, остальные заняли дети. Гарри оказался вместе с новыми подружками. Рон попытался отстать от кудрявой девочки, но был пойман за локоть и отправлен помогать Невиллу, так что и эта троица осталась вместе.
В каждой лодке на палке, укреплённой в середине на манер мачты, оказался фонарь, который зажёгся по команде великана. Большинство детей разглядывало замок, но некоторые пытались раскачивать посудину или плескать водой в соседей, однако зачарованные ялики надёжно противостояли таким шалостям.
Через увитую плющом расселину кавалькада попала в тёмный туннель, по нему добрались до подземной пристани, где дети благополучно высадились. Каждую опустевшую лодку внимательно осмотрел проводник, около одной он остановился и громко спросил:
– Кто забыл жабу?
– Ой! Это моя! – признался Невилл и получил пропажу из рук великана.
Убедившись, что ничего и никого больше не забыли, Хагрид повёл детей вверх по лестнице до огромной дубовой двери и, несколько красуясь, трижды тожественно ударил в створку. Та распахнулась, и за ней обнаружилась высокая черноволосая женщина очень строгого вида.
– Профессор Макгонагалл, первокурсники доставлены!
– Я их забираю, – похоже, соблюдая какой-то местный ритуал, сказала женщина.
Через огромное фойе с величественной лестницей она провела детей в небольшой зальчик и поприветствовала их:
– Добро пожаловать в Хогвартс!
Далее последовала приветственная речь с рекомендацией собраться с мыслями, а затем Макгонагалл на минуту вышла.
Легко сказать «соберитесь с мыслями»! В одиннадцать лет дети, даже слышавшие рассказы о Хогвартсе, даже из самых чистокровных семей, были возбуждены обилием впечатлений и мыслями о предстоящем отборе. Так что, ребята после речи не успокоились, а скорее разволновались сильнее. Кто-то распускал панический слух о тяжком испытании, кажется, драке с троллем. Те, у кого родственники уже учились здесь, опровергали эту байку, рассказывали, что распределяет старая шляпа, и давали рецепты, как упросить её, отправить тебя на конкретный факультет.
Одна девочка призналась, что знает способ уговорить древний головной убор – всего-навсего надо попрыскать на макушку травяной сбор, нравящийся Распределяющей Шляпе. Одна беда – уже давно неизвестно какой, рецепт затерялся во мраке былых веков. Впрочем, ей мама утром вымыла голову отваром свежей крапивы и мать-и-мачехи.
Девочки начали было обсуждать действенность разных трав, но тут через стену начали просачиваться жемчужно-белые фигуры, бурно обсуждающие что-то, а потому почти не интересующиеся присутствующими. Только один призрак, а это были они, спросил: