Игра
Шрифт:
– Да!
– на это короткое слово ушло слишком много сил и Ринемар тяжело опустился на каменный пол.
– Вам плохо.
– не спрашивала, а утверждала.
– Ты принесла новости.
– напомнил Тёмный принц.
Призрак молчал и её выцветшие глаза внимательно смотрели на того, кого она звала Повелителем. Её давно не бьющееся сердце болело. Не привыкла она видеть сильного повелителя теней таким. Но что она могла сделать? Ведь людей сковывает ужас, стоит ей появиться рядом.
– Все в порядке, Повелитель.
–
– Король развлекает свою королеву, а заодно и придворных. Сегодня только вернулись с охоты. Принесли тушу оленя и пару молодых кабанов. Королева мать к невестке добра и учтива.
И призрак пошел рябью. Слишком давно она в этом мире, где ей совсем не место. Того и гляди развеет ее порыв северного жестокого ветра. Но ничего. Он знает как дать ей сил. вот только самому бы их где набраться.
Ринемар верил каждому слову Норвинги. Правда, видела она не все. Не могла почувствовать лживости улыбок и ядовитости сладких речей. Не дано это тому кто переступил порог, оставив человеческую жизнь позади. Но говорить этого не станет. Не хотел он обижать её.
Потому только кивнул.
Несмелый стук в дверь был так же неожидан, как гром среди ясного неба. Потому не сразу отозвался Ринемар. Казалось, что не может такого быть. Не бывает людей в этой башне, принадлежащей только ему. Нора скользнула сквозь стену и тут же вернулась.
– Леди Миелисандра де Роад.
– сказала она так тихо, что даже Ринемару показалось, что это просто сквозняк, вечно хозяйничающий в его покоях.
Стук повторился. Громче и уверенней.
Ведомый интересом Тёмный принц Смелендера поднялся и, шатаясь, подошёл к двери.
На широкой площадке стояла рыжеволосая девушка, которую Ринемар запомнил ещё в Храме.
Странно, но сейчас она не казалась ему красивой. Она дрожала, кутаясь в теплую пуховую шаль и топая обутыми в тряпичные туфельки ногами.
– Чем обязан?
– несколько резко спросил Ринемар.
Девушка встрепенулась, как воробей и согнулась в низком реверансе.
– Ваше высочество.
– Леди Роад, если не ошибаюсь.
Она поднялась и улыбнулась. Так светло и открыто, что в груди скованной льдом потеплело. Треснул лед, тонкой коркой обнявший его сердце. И потому тёмный принц нахмурился. А улыбка, только что озарявшая это милое личико с россыпью веснушек, погасла. И от этого стало тоскливо.
Потому Ринемар постарался говорить мягче, чтобы не напугать девушку ещё больше.
– Чем обязан Вашему визиту?
Миелисандра де Роад вздернула острый подбородок и посмотрела прямо в глаза.
– Я хотела попросить прощения.
Ринемар снова нахмурился. На этот раз стараясь вспомнить за что следовало ему прощать эту девушку. Ах да... Это ведь её служанка была здесь в ту проклятую ночь.
Леди де Роад настроение принца растолковала по-своему.
– Я хотела извиниться сразу же утром, но вы не спустились ни к обеду ни к ужину. И на следующий день. И потом...
– девушка умолкла, опустив глаза, и тяжело вздохнула.
– Вы не подумайте, она ведь не хотела ничего дурного. Да, Тилайна простовата, но верна и дорога мне. Мы с ней росли как сёстры.
Миелисандра закусила губу.
Наверное, Ринемар должен был что-то ответить. Но грудь снова сдавил спазм и он зашелся надрывным клекочущим кашлем.
– Вам плохо? Позвать лекаря?
Ринемар мотнул головой и ему показалось, что взгляд этой милой девушки стал жёстким, оценивающий. Как нож разрезающим его тело. Острой иглой впивающимся в его лицо. И так он не вязался с образом милой девочки, что темный принц подумал, что зрение его подводит. Сознание играет злую шутку. На ее щеках заходили желваки, будто она сама с собой боролась в этот момент.
– Как давно это с вами.
Ответить он не мог. Просто хватал воздух ртом и не мог вымолвить ни слова.
– Уже неделю.
– сказала Нора и Ринемар подумал, что зря она это. Теперь ведь сбежит рыжеволосая красавица, оставив его умирать.
Но если бы он мог сейчас удивляться, то непременно бы так и сделал, увидев как она коротко кивнула призраку и подставив своё маленькое плечико довела его до кровати.
И только после этого начала деловито перебираться кубки и бутылки на столе. На мгновение она задержалась на кувшине из-под тягучего мёда. Понюхала. Потом лизнула. И кивнула каким-то своим мыслям.
Ринемар не мог оторвать от неё глаз. Как она быстрыми движениями снимает пояс, вынимает маленькую бутылочку и выливает в чистый бокал, точно отмеряя каждую каплю. Затем добавляет красного вина, которое Ринемар терпеть не мог, и размешивает пальцем.
Как садится рядом с ним на кровать. И, кажется, что от неё исходит тепло. Но оно не обжигает его, как то бывало, согревает. Ласкает.
– Вот. Выпейте это.
– Что это?
– Противоядие.
Значит ни при чем здесь духи...
Его просто банально отравили.
Норвинга тяжело вздохнула. Так как умеют вздыхать только неупокоенные души. С чувством, с подвыванием, от которого разошелся иней по каменным стенам.
Это Ринемару было привычно, а вот Миелисандра передернула хрупкими плечиками и лицо побелело. И веснушки стали темными, почти черными.
И колыхнулось что-то в груди того, кого духи звали повелителем. Захотелось обнять это маленькое создание, согреть. Непривычное и не правильное было это чувство. Он моргнул, прогоняя наваждение.