Игра
Шрифт:
Взгляд упал на браслет, который забыла Лилу. Покрутив в руках изящное украшение, я надела его себе на руку – так не забуду его отдать ещё более чем я рассеянной девушке.
Так вот, именно тогда, на презентации, и познакомились будущие супруги – Лилу и Нанке. Кейт и Вишал входили в число приглашённых, а Лилу упросила их взять её с собой – девушка бредила модельным бизнесом, хотя и работала скромным инженером. А Нанке в это время гостил во Фьезоле и, естественно, также был приглашён на это событие. На торжестве в честь выхода коллекции они и познакомились. Стесняясь и краснея, Нанке по скайпу пел дифирамбы новой знакомой, влюбившись – это было видно – по уши в белокурую красавицу. Да так, что поехал в Лондон вслед за девушкой и прожил там полгода, ухаживая за весьма строптивой на характер девчонкой. Я подозревала, что и Лилу сразу приглянулся весёлый парень,
– Как бы тётя Манорама не пригласила на праздник какую-нибудь девушку на роль невесты Нанке, – пробормотала я вслух. На что-то такое та намекала на последнем семейном ужине в Шантиване, где мы присутствовали всей семьёй. – Боюсь, если так случиться, и Лилу это поймёт, отдирать от предполагаемой невесты это неуправляемое создание Богини я не возьмусь, – смешок вышел неуверенным, но я точно знала, что за нежной внешностью и показным равнодушием к Нанке скрывалась по уши влюбленная в своего супруга девушка. Причём девушка с совершенно иным менталитетом. Для неё не было зазорным отстаивать права на своего мужчину даже физическими методами. Увидев меня впервые, она уже через полчаса нашего с Нанке дружеского общения увела меня «на разговор» в беседку, где прямым текстом заявила свои права на моего почти брата. Я только недоуменно хлопала ресницами, пока всё более заводившаяся девушка раскрашивала новыми и новыми эпитетами сцену того, что она сделает с посягнувшей на её мужчину. Меня спас Арнав, сразу почуявший неладное, когда Лилу попросила меня прогуляться с ней. Внезапно выросший на пороге беседки муж показался мне истинным спасением. Он увёл Лилу в сад, а когда спустя полчаса они вернулись, выглядевшая пристыженной девушка искренне попросила у меня прощения. Надо сказать, что я охотно ей дала его, потому что её видная невооруженным взглядом любовь к Нанке покорила моё сердце, а не сводящий с неё горящего взгляда друг вызывал в памяти только одну такую же беззаветно влюблённую пару. Я вспомнила, как перевела взгляд с сумасшедшей парочки на Арнава и натолкнулась на понимающий взгляд мужа. «Навсегда?» – спрашивал его взгляд. «Навсегда», – отвечал мой…
…громко хлопнула входная дверь и я, бросив взгляд на часы, заметалась по комнате, – Арнав приехал за мной. Удостоверившись, что я ничего не забыла, я почти выбежала из комнаты, и легко сбежала вниз по лестнице, влетая с размаху в раскрытые объятия своего мужа…
Арнав.
Я смотрел на бегущую вниз по ступеням изящную девушку, сиявшую солнечной улыбкой, и снова чувствовал это. Сердце замирало, в очередной раз подтверждая осознание своего бесконечного счастья, и снова начинало ровно биться, словно убедившись – реальность не изменилась. Не стала призраком, не исчезла сладким утренним сном, а продолжала одаривать меня лучистым светом любимых глаз. Кхуши расцветала всё больше и больше. Несмотря на то, что у нас уже два собственных солнышка, она в чём-то до сих пор оставалась беззаботным ребёнком, искренним и чистым, влюблённым в мир, от изнанки которого я уберегал её всеми силами. В обращённых на меня глазах не было видно и следа усталой житейской мудрости, которая старила раньше времени столкнувшихся в одиночку с миром невинных девчонок. Значит, у меня получалось... Я улыбнулся, подхватывая в объятия любимую девушку.
– Готова? – спросил я совсем не то, что хотел спросить, вглядываясь в сияющие глаза.
– Я люблю тебя, – ответила она мой незаданный вопрос. Я уже давно не удивлялся тому, как Кхуши чувствовала меня. Возможно, потому, что я никогда больше не закрывал от неё своих чувств. Иногда бы и хотелось не дать ей увидеть что-либо, например, проснувшуюся на одной из вечеринок ревность, когда молодой красавец, глядя на неё влюблённым взглядом, достаточно вольно вёл мою жену в танце. Но даже на расстоянии она оставалась моей половинкой. Едва я почувствовал злой укол неприятного чувства, Кхуши, не обращая внимания на этикет, прервала танец, и, найдя меня взглядом, подошла ко мне с предложением
– Идём, – поспешно взял её за руку и направился к выходу из дома, одёргивая себя от желания подхватить жену на руки, и отправится совсем иным маршрутом.
– А Нанке с Лилу? – Кхуши издала сдавленный смешок, явно поняв причину моей торопливости.
– Сами доберутся, – буркнул я, – водитель их ждёт.
Обхватив мою руку своими пальчиками, жена только согласно качнула головой, спрятав улыбку в уголках глаз. «Ничего, сегодня вечером ты будешь только моя…». Я усмехнулся, не став сообщать жене о сюрпризе – я договорился с Акашем и Паяль, что сегодня дети переночуют у них. Собственно, Шаан и Эша давно просились к Шанти и тёте Паяль – они были покорены детским бассейном, который устроил для своей дочки безумно любящий её Акаш. Рабочие только приступили к установке аналогичного бассейна у нас, а мои дети не знают слова «подождите», явно унаследовав мамину нетерпеливость. Мои дети… я до сих пор не верил, что бегающие по дому солнышки, как две капли воды похожие на меня в детстве, принадлежат только нам. Я и не думал, что в моём сердце может вместиться столько любви… К горлу подступил комок и я торопливо сел за руль, старательно пытаясь спрятать поглубже некстати напомнившую о себе сентиментальность.
«Всё-таки Иша молодец» – удовлетворённо подумал я, оглядев закрытую часть парка. Огромный тент создавал освещённую нежно-желтым, проходившим через плотную золотистую ткань, светом, тень. Множество пледов, на которых были прихотливо разбросаны цветные подушки, разложены корзины с едой и стояли мини-холодильники с напитками, позволяли устроиться со всеми удобствами. Лёгкая, весёлая мелодия вместе с композициями из ярких воздушных шаров и флагами создавали праздничную атмосферу. Пока Кхуши радостно здоровалась с Анджали и Ишей, целовала в румяные щёчки Тришну и дарила ей гору привезённых подарков, я подошёл к позвавшему меня Акашу.
– Брат, – заговорщицки прошептал он мне, увлекая в сторону от почему-то покрасневшей Паяль, – у меня к тебе просьба.
– Говори, – усмехнулся я, начиная подозревать, в чём дело.
– Через пару дней мы с Паяль хотим съездить на неделю в Мумбаи, – чуть помявшись, сообщил брат.
– Опять Мумбаи? – перебил я его. – Да ты совсем не романтичен, друг мой, – я развеселился, взглянув на обиженное лицо Акаша.
– Ты не понимаешь, – пробурчал тот. – Паяль очень понравилось там тогда…
– И ты хочешь повторить те мгновения, – снова перебил я его, став серьёзным. Мы много где были с Кхуши, особенно в последние два года, но самым любимым местом для нас оставался наш английский домик. И раз за разом при выборе места, куда ехать, мы с трудом отказывались от желания в очередной раз навестить наше поместье в туманной Англии. Вот когда дети подрастут, тогда мы вместе с ними поедем в Лондон, я ведь так и не показал Кхуши вид на город с известного London eye. А Арнав Сингх Райзада держит свои обещания...
– Да, – подтвердил мою мысль Акаш, – и я хотел попросить тебя…
– Шанти поживёт у нас, – махнул я рукой. Собственно, наши дети уже давно жили на три дома – редко в Шантиване, но зато часто друг у друга. – Даже не переживай, она и не заметит вашего отсутствия, сосредоточившись на любимой тёте Кхуши. Но имей в виду, ты мне будешь должен, – сдвинул я брови, притворно хмурясь, – потому что в эту неделю я жену не увижу. – Шанти была по характеру копией Кхуши и безмерно обожала её, следуя за ней хвостиком, куда бы она ни направлялась. Так что остаться наедине с женой в это время можно будет только мечтать.
– Не вопрос, брат, – широко улыбнулся Акаш, – у вас скоро годовщина с Кхуши, так ведь? Вот и… – он подмигнул, не договорив, и я расхохотался, ударяя ладонью по раскрытой навстречу моей ладони брата. Став отцами, мы научились выкраивать любую возможность побыть наедине с жёнами, и немало помогало нам в этом то, что наши дети обожали друг друга, и им было неважно, в чьём доме играть и спать – у нас с Кхуши, или у Паяль с Акашем. Брат, напоследок заговорщицки улыбнувшись, вернулся к Паяль, которая раскладывала закуски на огромном блюде, присматривая одним глазом за весело копошившейся на соседнем пледе среди гор игрушек ребятнёй.