Игра
Шрифт:
Мужской голос, раздавшийся за спиной, заставил меня отпрянуть от шкафа, больно ударившись лбом о расположенную над ним полку. Уже разворачиваясь к мужу, неслышно вошедшему в комнату, я почувствовала дыхание грозы, но не испугалась, а даже обрадовалась этому – накалившаяся за последние сутки духота должна была разрядиться, исчезнуть, дать мне возможность наконец-то вдохнуть полной грудью свежий воздух. Или хотя бы просто – вдохнуть.
Арнав.
Визг тормозов ударил по нервам, вырвав меня из затянувшегося оцепенения. Я с удивлением смотрел на небольшой уютный особняк, расположенный на огромной территории старого парка. Я снова приехал сюда... Заглушил мотор и вышел из машины,
Небольшой закуток заканчивавшейся тупиком шумной улицы ошибочно привёл меня сюда несколько дней назад, когда я искал офис фирмы, изготовившей приглашения на день рождения Паяль. Большая растяжка над воротами, теперь отсутствующая, сообщала всем желающим о том, что поместье продаётся. Сам не знаю почему, но я подошел к будке охраны с просьбой показать мне дом. Старичок-охранник, имевший ключи от дома, с удовольствием провёл меня на территорию ухоженного парка. Помимо двухэтажного дома, находившегося в прекрасном состоянии, на территории был большой открытый бассейн, окруженный невысокими цветущими кустарниками с одной стороны, и красивым деревянным настилом, на котором располагались уютные мягкие диванчики под натянутым тентом, с другой стороны. Небольшая беседка напоминала гостевой домик, состоя из двух комнаток – собственно беседки, обставленной крепкой деревянной мебелью, и примыкавшей к ней небольшой кухни со всем необходимым. Затейливо расположенные между высокими, с пышными кронами, создающими прохладную тень деревьями клумбы с яркими цветами, дополняли уютный пейзаж.
Я подошёл к кованому забору, увитому плющом, и задумчиво посмотрел на видневшийся в просветах между зеленью дом. Накрывшая Дели темнота скрадывала его очертания, но я хорошо помнил все нюансы того, что захотел с первого взгляда. Место, которое я почувствовал домом для нас с Кхуши.
Я хотел купить его. Я договорился о сделке. Но в последний момент приказал Аману приостановить её, не требуя обратно уже оплаченный аванс. Владелец поместья дал на раздумья неделю, пообещав не продавать поместье в течение этого срока.
– Что мне делать, мама? – я запрокинул голову, вглядываясь в ночное небо и вслушиваясь словно со стороны в невольно вырвавшиеся слова. Звёзды безмолвно мерцали, не давая ответа. Да я на него и не рассчитывал. Это Кхуши умела разговаривать со звёздами так, что они отвечали ей. Я же был до кончиков ногтей грубым материалистом. Решения принимаются людьми, не звёздами. Поэтому я принял решение. Но до чего же невообразимо трудно оно мне далось. И впервые в жизни я не был уверен, что у меня хватит моральных сил осуществить его. Стоит мне увидеть Кхуши, и…
Телефонный звонок прервал паузу тишины, мягко расслабляювшую мои напряжённые как перед рывком мышцы, заставив снова остро ощутить натянутые, как струна, нервы. Я достал телефон и чуть ли не впервые в жизни скривился, увидев абонента. Анджали звонит уже пятый раз за сегодня.
– Да, сестра, – приложил я телефон к уху, пытаясь не выдать раздражение, вызванное её настойчивостью. Ей нельзя волноваться. Мысль о Тришне внезапно смыла моё раздражение, оставив только усталость.
– Чоте, ты скоро? – напевный голос сестры звучал излишне требовательно. Удивившись пришедшей в голову мысли, я автоматически ответил:
– Да, сестра. Уже еду.
– Не забудь зайти ко мне после ужина, хорошо? – голос Анджали сквозь внезапно возникшие помехи создал иллюзию глухой угрозы.
– Обязательно зайду, сестра. Ты мне пятый раз об этом напоминаешь, – не удержался я от маленькой шпильки. Сестра переливчато рассмеялась и покаялась:
– Прости, Арнав. Я стала такая
– Буду через полчаса. – Отключив телефон, я в последний раз взглянул на паривший в тишине и уюте дом, и отвернулся, игнорируя непонятные эмоции, пробивающиеся сквозь толщу решимости в правильности своего поступка. Я не буду покупать дом нам с Кхуши. Нас больше нет.
Я поднимался по лестнице, вслушиваясь в привычные звуки Шантивана – поскрипывание рассыхающейся местами мебели, шелест тюля на окнах, движение воздуха из-за внезапного порыва сквозняка, напоминающее вдохи непонятного существа. Шантиван казался живым, но слишком пустым. Из всех обитателей этого дома по дороге в комнату мне попалась только Лакшми, мирно жевавшая лист зелени, в очередной раз украденный с кухонного стола. Я зачем-то остановился, глядя на бесполезное создание, делавшее исправно только две вещи, одной из которых она сейчас и занималась, мерно прядая ушами. Осознание нежелания идти в комнату и озвучивать принятое решение вызвало всплеск ярости, и я взбежал по лестнице, входя в открытые настежь двери, тут же запирая их за собой.
– Что за? – я с трудом сдержался, чтобы не швырнуть дипломат на столик, аккуратно поставив его рядом с креслом. – Что ты делаешь? – я впился взглядом в ничуть не смутившуюся жену, с вызовом глядящую мне в глаза.
– Я ищу контракт, – ударила она меня тихими, но решительными словами.
– Какой контракт? – вырвалось у меня прежде, чем я смог удержать ненужные эмоции, выскользнувшие в неоправданно жалких словах.
– Брачный. Наш брачный контракт, – ещё тише ответила Кхуши, всё-таки отведя взгляд. «Значит, сегодня» – рухнуло сердце, до того всё ещё державшееся на хрупком постаменте из иллюзии и надежды, в тёмную яму. Ей так не терпится избавиться от меня? Я не обращал внимания на ноющую боль в груди, внутренне собравшись для не самого простого разговора.
– Отойди, – прошёл я к сейфу и набрал длинную комбинацию, состоящую из переплетённых дат рождений членов семьи. Достал документы и прошёл с ними к столу, усаживаясь на кресло. – Подай мне, пожалуйста, ручку, – попросил я замершую в недоумении девушку, явно не ожидавшую, что я так просто выполню её желание – получить свой экземпляр контракта. Всё сложное – просто. Приняв решение, я не давал себе возможности изменить его, никогда.
– Зачем? – Кхуши не торопилась выполнять мою просьбу. Она выглядела бы вполне спокойной, если бы не руки, комкающие ткань сари нервными движениями, которые означали у неё высшую степень эмоционального напряжения. И глаза, в которых нарастала тревога, сменив светившийся в них ранее вызов. Не давая себе возможности задуматься над тем, насколько хорошо я её узнал за недолгий срок нашего брака, не отвечая на ненужный вопрос, я достал из дипломата ручку и открыл первый экземпляр контракта. «Не думай, Арнав» – убеждал я себя, стараясь всё делать размеренно, монотонно, чтобы не выдать мучительного напряжения. Пролистал документ до нужного параграфа. Занёс руку со стиснутой в ней ручкой. Простые жесты, сложный выбор.
– Арнав? – шёпот Кхуши почти остановил меня. Почти – потому что она замолчала. Мне кажется, или она догадывалась, что я делаю? Я вслушался в её молчание и… вписал дату будущего конца. Не стоит. Не нужно думать, чему я подводил черту, подписывая второй экземпляр. Я слушал своё дыхание, слушал биение своего сердца, бившегося медленно, затухающе. Только чтобы не слышать тишину, опускавшуюся на меня привычным ранее, но таким забытым одиночеством, снова отгораживая меня от эмоций, возвращая господство разуму, который чётко знал алгоритм всех действий, ведущих к исполнению принятого решения.