Игра вслепую
Шрифт:
– …Ивашин, Груздин, Стоцкий… – Роман быстро считал пристегивающих ремни безопасности бойцов. – Где Громов?
– Я здесь, товарищ сержант! – крикнул боец, вскочивший в отсек последним, и захлопнул за собой дверцы.
– Все, поехали! – скомандовал, обернувшись на водителя, Нестеров и схватился за поручень.
БТР вздрогнул и, взревев моторами, выехал из разведенных в стороны громоздких ворот ангара на мокрый от дождя плац.
– Что там, Паша? – осведомился, наклонившись в кабину, Роман.
Тот сидел, прикрыв глаза и продолжая искать нужную частоту.
– Пока глухо,
Бронетранспортеры к этому моменту уже выстроились снаружи в ожидании приказов. Судя по переговорам в эфире, экипажи других боевых машин также безуспешно пытались связаться с начальством.
Павел вздрогнул.
– Есть! – крикнул он, сжав кулак. – Есть! Аварийная частота на случай потери столицы!
– Выводи на громкую связь! – приказал Нестеров.
Тот кивнул и щелкнул парой клавиш. Сквозь треск статических помех из динамиков пробился голос. Не президента. Не главы правительства. Не министра обороны. Это был растерянный и испуганный голос какого-то генерала, внезапно оказавшегося главным.
– Внимание всем подразделениям Московского военного округа… – проговорил он. – Я в-временно исполняющий обязанности г-главнокомандующего генерал-майор Озерский. Москва подверглась атаке неизвестного противника, двадцать минут назад вошедшего в наше воздушное пространство. Я приказываю всему личному составу немедленно прибыть в город для оказания помощи в эвакуации гражданского населения. По возможности избегайте контакта с противником. Мы не знаем, кто это и на что они способны…
Роман молча встретился взглядом с водителем. Тот только кивнул и, сжав рукоятку коробки передач, вдавил педаль газа в пол. Утробно взревев двигателями, бронетранспортер сорвался с места и, набирая скорость, помчался к выезду с базы.
Проскочив между створками выкрашенных синей краской ворот, боевая машина загрохотала по разбитой бетонке, превратившейся из-за дождя в грязное месиво. Роман, чтобы не упасть, был вынужден схватиться за поручень и, наклонившись в кабину, посмотрел на приборы.
– До города семь километров, товарищ сержант, – рапортовал водитель, дернув один из рычагов управления. – Домчим минут за двадцать, как только вырвемся на шоссе.
Нестеров кивнул и перевел взгляд на брата. Павел в этот момент включил резервный комплекс дальней радиосвязи и, щелкая реле, пытался поймать хоть какие-нибудь частоты. Через пару секунд его лицо резко переменилось. Младший Нестеров нахмурился и, закусив губу, прижал тяжелые наушники поплотнее к ушам.
– Товарищ сержант… – пробормотал он. – Думаю, вам стоит это услышать… но оно вам не понравится.
Павел обернулся и посмотрел на Романа. Его глаза расширились от страха, правое веко слегка подрагивало.
– Что такое? – Старший брат принял гарнитуру и надел на голову.
Сквозь треск помех пробивались обрывки фраз на английском.
– Distortion of time and sequence… in the sky… Europe… Russia… hina… royal military force take heavy damage in small town called Birmonte…
– Пространственно-временные искажения? – Нестеров недоверчиво посмотрел на брата. – В Европе? Королевские
Павел помотал головой. Бронетранспортер сильно тряхнуло, когда он выехал с древней бетонки на федеральную автостраду. Водитель сжал рычаги управления, и машина, взревев двигателем, начала разгоняться.
– Я только что поймал радиопередачу из Америки. В Штатах, похоже, тоже творится что-то подобное… Проклятье!
Он ударил кулаком по металлической стенке салона.
– Похоже, Герман Рерих был прав и Зона пришла за сталкерами, сбежавшими от нее!
Роман ничего не ответил. Случившееся никак не могло уложиться в его голове. Несмотря на то что Павел был активным членом Всероссийской Академии Исследования Вопросов Формирования Аномальных Зон, даже пару раз участвовал в экспедициях на территорию Первой Зоны и привозил оттуда фотографии различных запечатленных поисковыми партиями НЛО и прочих малопонятных явлений, старший из братьев, хоть и не был по натуре скептиком, старался думать, что все это если и происходит, то где-то очень далеко. Желательно на другом конце земного шара. А здесь, в Москве… В городе, где он прожил всю свою жизнь… Такого просто не могло быть!
Из оцепенения Нестерова вывел неожиданный крик водителя.
– Есть визуальный контакт! – объявил солдат, прильнувший к узкой смотровой щели.
Недолго думая Роман выскочил в десантный отсек и, забравшись по узкой металлической лесенке в кресло борт-стрелка, откинул крышку люка. В лицо ударил порыв холодного ветра с каплями дождя. Потоки воды моментально заструились по плечам, затекая под воротник и падая в салон. Широко распахнув глаза, Нестеров прикрыл рот ладонью.
– Господи… – тихо пробормотал молодой человек.
Москва горела. Причем пылал не сам город, а небо над ним. Огромное оранжевое зарево раскинулось над столицей от горизонта до горизонта. Яркие световые всполохи метались между домами, кое-где из земли били молнии. Причудливые оптические искажения парили между высотками спальных районов, создавая иллюзию брешей в стенах домов. Периодически от облаков отражались огненные вспышки, и раздавался грохот, отдаленно напоминающий раскаты грома. Все это отбрасывало на окружающий мир неестественно вывернутые тени, которые трепетали в потоках дождевой воды, льющейся с неба.
У обочины шоссе стояли пустые автомобили. Их пассажиры, выбравшись наружу, в ужасе наблюдали за происходящим.
Роман почему-то отчетливо различил мужчину, прикрывшего рот ладонями, сложенными лодочкой. Через мгновение его фигура исчезла далеко позади, а колонна бронемашин, промчавшись мимо какого-то поселка, жители которого высыпали из своих домов, вырвалась на МКАД.
При виде военного кордона сержант облегченно выдохнул. По крайней мере они были не в полном одиночестве. Десятки бронетранспортеров урчали моторами, перегородив выезд из города. Солдаты в противогазах наспех выставляли заградительные щиты и растягивали тенты, под которыми размещались серые коробки дезактивационных душей. Врачи в костюмах химической защиты то появлялись, то исчезали в палатках с красными крестами на крышах.