Игра вслепую
Шрифт:
– А? – Вдовиченко моргнул. – Что-что?
– Заткнись, балабол! Вот что! – объявил Гольф и со всего размаху вогнал мачете майору в грудь.
Сидящий на водительском сиденье солдат выкрутил руль, и тяжелый камуфлированный джип, повернув на перекрестке, проехал мимо поднимающегося из темноты храма.
Автоколонна из четырех «Тигров» на полной скорости двигалась в сторону широкой аллеи перед входом в парк. Дмитрий Суздальский подтянул манжеты зеленой полевой униформы Дивизии Охраны Периметра и посмотрел в окно. Снаружи
Дмитрий поежился, глядя на мутные грязные стекла, за многими из которых, скорее всего, еще лежали тела владельцев квартир. Опущенные металлические ставни на витринах расположенных на первых этажах магазинов лишь дополняли мрачный пейзаж.
– Жутко тут, – пробормотал Суздальский.
Сидящий слева от него на широком заднем сиденье солдат коротко кивнул.
Лейтенант, только что закончивший докладывать Вдовиченко об их местоположении, опустил рацию и, выдохнув, пробормотал какое-то ругательство. Дмитрий обернулся. На какое-то мгновение ему показалось, что на крыше высокого здания гостиницы, возвышающемся на другой стороне площади, промелькнул неясный силуэт.
Солдат моргнул и, схватив висящий на груди бинокль, вгляделся в нагромождение стальных коробок кондиционеров и воздуховодов на фоне темного неба.
– Проклятая Зона… – поморщился, опуская устройство, Суздальский. – Хрень уже всякая мерещится… Долго нам еще ехать?
– Две минуты, – откликнулся водитель, повернул руль и направил автомобиль вдоль аллеи, ведущей ко входу в парк.
Впереди уже стали различимы выступающие из мрака темные заросли «дебрей». Лейтенант развернулся в кресле, насколько позволял ремень безопасности, и быстро окинул взглядом сидящих на заднем сиденье.
– Значит, так… – начал он. – Работаем четко и быстро. Вошли, вышли. Дмитрий, на тебе прикрытие правого фла…
С громким грохотом идущий первым джип подлетел в воздух. Правое переднее колесо, несмотря на разорванную покрышку, продолжало вращаться. «Тигр» перевернулся и, упав на крышу, помчался вперед по инерции, высекая из асфальта фонтаны искр.
– Твою мать! – завопил водитель, схватившись за рычаг ручного тормоза.
Поврежденная машина со скрежетом вылетела с трассы и, пронесшись по площадке перед парком, врезалась в его ограду. Из стены посыпались куски красного кирпича. Солдат, вывернув руль, попытался резко остановиться, от чего «Тигр», в котором ехал Дмитрий, занесло на повороте, и тот, оторвав от земли правые колеса, опасно накренился.
– Вытаскивай нас отсюда! – приказал лейтенант, снимая автомат с предохранителя. – «Топаз»! Мы под обстре…
Со звоном боковое окно разлетелось вдребезги, и офицер, дернувшись, обмяк в кресле. На лобовое стекло брызнула кровь.
– Проклятье! – Водитель ударил по тормозам, и в следующее мгновение джип на полной скорости врезался в один из неработающих светофоров возле пешеходного перехода.
Дмитрия швырнуло вперед, и он ударился лицом о
Моргая, Суздальский поднял голову. Водитель лежал на руле, от чего зажатый клаксон продолжал гудеть. Из-под тканевого подшлемника текла кровь, и серая маска быстро становилась темно-красной.
Рядовой нащупал застежку ремня безопасности. Не очень отдавая себе отчет в своих действиях, Дмитрий щелкнул пряжкой и, освободившись из плена тугого черного жгута, распахнул дверцу джипа.
В ноздри ударил запах бензина, крови и горящего пластика. Суздальский вывалился из «Тигра» на асфальт и, перекатившись по дороге, поднял голову. Вокруг стоял пылающий ад.
Машины конвоя горели, криво затормозив посреди дороги. В ближайшем джипе бился в огне, пытаясь выдавить стекло, солдат Дивизии Охраны Периметра, с которым Суздальский еще вчера дежурил в патруле. Мгновение спустя перекошенное от боли лицо скрылось в пламени.
Дмитрий обернулся. Его товарищи, сидевшие в автомобиле, были мертвы. Суздальский зашарил по поясу в поисках пистолета. Метрах в двадцати от него из опрокинувшегося «Тигра» вышел пошатывающийся боец ДОПа. Дмитрий окликнул его. Рядовой поднял взгляд.
А затем повалился на землю. Суздальский отчетливо видел, как в его тело, пробив зеленую камуфляжную куртку, впились пули, выбив наружу фонтанчики крови.
Дмитрий услышал рев моторов. Из черных клубов дыма, заволокших площадку перед входом в парк, вынырнули человеческие силуэты.
Неизвестные бойцы шли цепочкой, держа наготове штурмовые винтовки F2000. На их обсидианово-черной униформе отражались отблески пламени. Лица солдат противника скрывали тяжелые шлемы и тонированные защитные очки. С ревом следом за ним появились тяжелые джипы и громоздкие вездеходы на гусеничном ходу.
Суздальский поднял пистолет и, прицелившись, попытался спустить курок. Сухо щелкнула осечка.
– А, чтоб тебя… – протянул Дмитрий, поняв, что больше ничего не может сделать.
Один из бойцов склонился над рядовым. Его товарищи в этот момент проверяли тела других солдат Дивизии Охраны Периметра. Периодически мелькали вспышки дульного пламени.
– Верующий? – глухо осведомился человек в черной униформе из-под ничего не выражающей тканевой маски.
В глаза Суздальскому бросилась эмблема на наплечнике – обсидиановый прямоугольник на фоне земного шара.
Дмитрий, сглотнув, кивнул.
– Хорошо. Надеюсь, ты не ошибся с выбором, – усмехнулся неизвестный и спустил курок.
Раздался треск разрываемой ткани, и с влажным противным хрустом лезвие мачете вышло из спины Вдовиченко. Алексей кашлянул. На его губах выступила кровь. Удивленный взгляд скользнул по лицу Владимира. Бойцы ДОПа, изумленно вскрикивая, поднимали оружие.
– Почему? – прошептал майор.
– Потому что Василевский платит вдвое больше и не просит предавать своих друзей, – откликнулся Свистунов. – Давай, Эхо!