Игра воровки

МакКенна Джульет Энн

Перекатившись вбок, Казуел не сдержал тихий стон.

– Ага, вижу.

Камарл отошел, и Казуел услышал, как он требует помощь командным тоном тормалинского аристократа.

– Ты и ты, те люди – преступники, держите их! Ты, принеси мне веревку, да поживее. Капитан, найдите гонца, мне нужно связаться с патроном Д'Олбриотом!

– Пошли. – Дарни не мог скрыть беспокойства. – Каз совсем плох.

Они пошли, медленно, неуклюже, шаркающими шажками по неровным булыжникам.

– Ободритесь, – внезапно изрек мастер Туч, – наш юный Каз наконец-то ухитрился совершить

что-то полезное.

Одурелым взглядом Казуел уставился на старого мага и заморгал, качаясь между четверыми и глядя вверх на головокружительный рисунок спин, крыш и облаков. Встревоженные голоса эхом метались вокруг него, но обескровленный мозг не понимал их слов.

– О чем ты? – Раздражение в голосе Планира выдало мучившую его боль сострадания.

– Ты, кажется, спрашивал, как убедить Совет поддержать тебя? – отдуваясь на крутом подъеме, продолжал Отрик. – Теперь не будет никаких проблем. Эти люди напали на мага, и не какого-то тайного изготовителя любовных зелий, а на одного из наших, даже если это Казуел. Когда нечто подобное последний раз осталось безнаказанным? Ни разу со времен Хаоса, если я правильно помню мою историю!

Дряблые щеки Отрика побагровели от усилия, когда он посмотрел вниз, в серое, изможденное лицо Казуела.

– Надо же, Каз, ты сделал такое, чего не смог сделать даже Верховный маг. Теперь Совет пойдет за нами через любой океан и обратно, чтобы все зарубили у себя на носу – подобные вещи им с рук не сойдут. Мы сотрем этих ублюдков в порошок, не беспокойся.

– А как насчет корабля и команды? – угрюмо спросил Дарни. – Без них мы никуда не уйдем, а в данную минуту они выглядят весьма дерьмово. Что твой приятель-птицелов собирается с этим делать?

– Проклятие!

Ускользая под волны боли и головокружения, Казуел возмутился: неужели последнее, что он должен слышать, это как ругается Верховный маг – словно наемник с пятилетним стажем.

Океанские пределы, острова эльетиммов, 3-е предзимы

Лодка торопливо уходила в море, подгоняемая магией Шива. Возле берега мы неприятно подпрыгивали на пенящихся бурунах, но скоро оказались среди огромных катящихся валов открытого океана. Я с облегчением оглянулась и увидела, как исчезают позади черные пески и сухие пастбища. Только вершины серых гор долго оставались видны, то появляясь, то исчезая, когда наша лодка то поднималась на гребни, то снова опускалась к подошвам темно-зеленых волн. Это зрелище грозило вызвать у меня тошноту, и я поспешила отвернуться. Райшед, с опытным видом сидевший у руля, действовал на меня успокаивающе: он направлял лодку – а Шив стоял на коленях на носу, устремив все внимание вперед, и каждую крупицу своей силы использовал на то, чтобы мы ушли.

Впервые в жизни я была рада оказаться в лодке – вот до чего я страшилась повторного плена. Брызги с верхушек волн подхватывались ветром, и вскоре все мы вымокли и продрогли, но никто не жаловался. Я сидела позади Шива, и когда однообразный вид качающегося океана приелся, что случилось довольно скоро, я повернулась и увидела, как Айтен задумчиво тычет

ногой нашего пленника. Его бесцеремонно сбросили на дно лодки и, по мне, он мог оставаться там весь путь до дома.

– Он все еще вне игры?

Я не собиралась приближаться к Золотошеему, если могла избежать этого, не важно – без сознания он или нет.

– Совершенно снят с доски, – широко ухмыляясь, подтвердил Айтен. – А знаешь, цветик, я ведь не думал, что мы улизнем оттуда.

– Я тоже.

Я покачала головой, сама не веря в нашу удачу.

– Мы еще не ушли, – резонно напомнил Райшед, с хмурой сосредоточенностью направляя лодку через крутящиеся волны.

– Мы ушли с тех проклятых островов, и это уже хорошо, – заявил Айтен, и я обнаружила, что улыбаюсь.

– Знаешь, Раш, единственная убедительная вещь, которую я когда-либо слышала от рационалистов, это: «Наслаждайся моментом, когда он приходит». Этот момент кажется мне весьма приятным.

Райшед одарил меня сдержанной улыбкой, а когда Шив повернулся услышать, о чем мы говорим, я увидела, что и на его лице напряжение несколько уменьшилось.

Что бы он ни собирался сказать, оно потерялось бы во внезапном урчании из живота Айтена.

– Зубы Даста, я помираю с голоду!

Едва он это произнес, как я тоже ощутила зверский голод. Страх наполняет живот, пока вы боитесь, но чтобы одолеть океан, одного свежего воздуха нам явно не хватит.

Шив потер ладони, и лодка замедлила ход.

– В чем дело? – спросила я. В моем тоне проскользнуло больше тревоги, чем мне хотелось бы слышать.

– Я не могу толкать лодку, держать нашего друга без сознания и одновременно призывать рыбу, – объяснил Шив. – Я все еще не пришел в форму.

Райшед нахмурился.

– Сейчас главное – как можно быстрее двигаться. Если мы его свяжем, – он ткнул Золотошеего носком сапога – ты сможешь заткнуть ему пасть, чтобы он не смог околдовать нас?

У Шива оживились глаза.

– Я могу наложить воздушные ленты вокруг его рта. Если мне не придется держать его без сознания, мы поплывем намного быстрее.

Я потянулась за плетеной кожаной привязью.

– Что ж ты сразу не сказал?

Сложив веревку вдвое, я сделала посередине передвижную петлю, надела на шею пленника, а концами связала его руки и ноги. Чем больше он будет биться, тем скорее задушит себя и покончит с любой угрозой, которую захочет представлять.

Айтен восхищенно свистнул.

– А ты умеешь связывать зверей!

Я изо всех сил дернула за конец, чтобы затянуть узел.

– У меня талантов много.

Моя невозмутимость была немного поколеблена, когда жирная рыба шлепнулась возле меня на дно лодки, – я вздрогнула.

– Как ты насчет потрошения?

Я повернулась – Шив бросал через плечо еще одну мокрую добычу.

– Бесполезна. – Я с отвращением посмотрела на бьющееся существо. – А приготовить ее никак нельзя?

– Такую свежую рыбу? Это еще зачем?

Айтен вытащил кинжал, проверил лезвие и несколькими ловкими ударами очистил улов. Положил рыбу на среднее сиденье лодки и срезал с костей водянисто-тонкие ломтики мяса.