Игра окончена
Шрифт:
Девушка ничего не ответила, чувствуя, как потихоньку опрокидывается на спину. Последнее, что она увидела перед тем, как сознание куда-то уплыло – это встревоженное лицо Гивена и его вопрос: «Чем ты разжигала костер?».
Мозг наполнился какофонией голосов, и девушка схватилась за голову, пытаясь просеять их и понять, о чем они говорят. Ава словно плыла в какой-то серой мути, которая ощутимо давила на грудь, не давая сделать полноценный вздох. Сознание полыхало от чувств отчаяния и безнадежности. А потом пришли они – те воспоминания, что приносили максимальную боль и были загнаны в самые дальние уголки ее души.
–
Родители возвращались в Бельгию, на родину папы. Лисса просила остаться хотя бы маму, но что мать, что отец были непреклонны. Сама же девушка не могла последовать за ними. Учеба на последнем курсе информационного университета требовала постоянного присутствия. И папа, и мама всегда отдавали приоритет Веронике, их младшей дочке и сестре Авы. Возможно, сказывалась большая разница в возрасте, ведь когда родилась Ника, Аве было уже 15 лет, практически самостоятельная девушка. А возможно, все дело было в том, что Лисса росла закрытым и замкнутым человеком, в то время как ее родители – экстраверты до мозга кости. Ника же всегда была открытой и радушной, поэтому сначала мама, а затем и папа махнули рукой на попытки сблизиться со старшей дочерью, всецело посвятив себя малышке. К тому же, уже в первом классе у младшей сестры открылась склонность к точным наукам. Ава же, хоть и отличалась аналитическим складом ума, все же чаще пребывала в мечтательности и "звезд с неба" не ловила. В общем, не оправдала старшая дочь ожидания своих родителей.
После этого разговора маму с папой Лисса больше не видела. Редкие звонки по видеосвязи не считались. У них всегда находились срочные дела, у Лиссы же всегда была работа. Ника пыталась наладить отношения, но Лиссе от этого легче не становилось. Девушка по-прежнему чувствовала себя брошенной и не нужной самым близким людям. Именно с этого момента, Ава возненавидела полную форму своего имени – так называли ее только родители.
Голос мамы и смутные образы рассеялись в дымке, и только Лисса почувствовала облегчение, как новая порция режущих воспоминаний вторглась в разум.
– Ава, сама подумай, где ты и где она? – раздался в голове чей-то злой голос, в котором Лисса все же узнала свою первую любовь, Артема. – Мы с тобой поиграли в отношения и ничего не получилось. Давай, бывай!
Артем оказался первоклассным скотом, но девушка была настолько в него влюблена, что закрывала глаза на все его выходки, пренебрежительное отношение к ней и откровенное издевательство. Сердце девушки разбило вдребезги лишь после измены парня с ее же подругой. Точнее так считала только Лисса, сама же Инга девушку просто-напросто использовала.
Минутное облегчение сменилось новой волной воспоминаний, не менее больной и обжигающей.
– Да что ты дуешься? Первый раз, что ли, тебя за бортом оставили? – чей-то беззаботный голос снова ворвался в ее сознание. – В следующий
Ира. Да это была она. Та, которую Лисса неохотно, но все же впустила в свой круг общения. Ира не была плохой, просто эгоисткой. Она вроде и тянулась к Лиссе, но в то же время с легкостью забывала про подругу, если наклевывалось что-то интересное.
В груди что-то больно сдавило, Лисса охнула и попыталась отогнать голоса усилием воли. Но тщетно, дальше воспоминания посыпались валом.
– Да оставьте эту убогую!
– Лисса? А кто это?
– Ты серьезно думала, что я обращу на тебя внимание?
– Брось, у тебя никогда не получится!
– Не надо, – пискнула Лисса и почувствовала накатывание нового воспоминания.
– Я тебе говорю, игра будет бомба! А мы с тобой приложим руку к ее величию! – услышала Лисса до боли родной голос. – Я завтра еду в офис за авансом, а на обратном пути заскочу к тебе. Покажешь мне, где застряла.
Алексей. Лучший и единственный друг, тот, кому она смогла довериться после стольких ошибок. Парень понимал ее с полуслова, разделял ее интересы и во всем поддерживал. Глубоко внутри себя девушка понимала, что испытывает к нему не просто дружеские чувства. Но отгоняла эти мысли, прекрасно помня, что может сделать с сердцем любовь. Алексей так и не пришел в тот день. Он вообще больше не появлялся, пропал без вести.
– Они все оставляют меня! – закричала девушка и заплакала. – Все бросили меня. Никому я не нужна.
Боль отчаяния и безысходности накатила на нее с такой силой, что девушка перестала дышать – лишь жадно открывала рот не в силах сделать вдох. В мозгу стучала мысль: «Ты всегда была и будешь одна. Ничтожная, ненужная, бесполезная, скучная, ненормальная!». Каждое слово отдавалось резкой болью во всем теле.
И внезапно окружающий мрак начал светлеть, Лисса почувствовала как что-то схватило ее и резко потянуло вверх. С каждым мгновением становилось легче, и измученное сознание благодарно ускользнуло в небытие.
[1] "Ничего ты не знаешь, Джон Сноу!" – отсылка к персонажу Дж. Р. Р. Мартина из "Игры Престолов"
Глава 4. Бессилье
Очнулась Лисса от мощного «леща», который Гивен, судя по всему, уже не первый раз ей «прописывал». Девушка взвизгнула и рванула от парня куда подальше. Оглядевшись, она поняла, что за время отключки Мастер успел перетащить ее к тому самому ручью, откуда она набирала воды для ужина.
– Больной что ли? – возмущенно заорала Лисса, потирая ушибленные щеки. – Тебя так учили обращаться с девушками?
– Нет, конечно, с игроками женского пола у меня были совсем другие отношения! – игриво ответил мастер, но Лисса заметила, насколько он был бледен и напуган.
– Так, давай без этих твоих похабных шуточек! Чего произошло-то? И почему я вся мокрая? – тараторила девушка, выжимая рубашку.
Вода в ручье была ледяная, и Лиссу начало потряхивать. Должно быть она долго провалялась в потоке.