Игра короля
Шрифт:
Я сделала паузу, взяв его за руку для собственного успокоения. Я не могла спокойно смотреть на лица людей, когда рассказывала им об этом; они всегда приходили в ужас от этого. Я ненавидела жалость, которая появлялась, когда люди понимали, что я никогда не знала своих родителей. Они думали, что я испорчена по своей природе из-за этого. Но я не могла тосковать по тому, чего у меня не было.
Эссос, словно чувствуя, что мне есть что сказать, терпеливо ждал. Возможно, Финн был прав, и терпение — признак хорошего правителя.
— Я была
— Звучит замечательно.
Эссос осторожно протянул руку и нежно вытер слезу большим пальцем, о которой я и не подозревала. Обычно я более сдержана в своих эмоциях и могу выдержать подобные разговоры без срыва. Двадцать лет закалили мои эмоции по этому поводу.
— Прости, я не знаю, почему плачу. — еще одна слеза скатилась, и он смахнул и ее.
Эссос отпустил мою руку и обхватил мое лицо, большим пальцем ловя каждую слезинку, скатившуюся с моих глаз. Я гордилась тем, что не являлась плаксой, но в этот момент я злилась на себя за эти слезы.
— Это потому, что ты умерла в прошлом месяце и чуть не умерла сегодня. Я бы сказал, что этого достаточно, чтобы выбить любого из колеи. В этом нет ничего плохого… горе — это нормальная эмоция. Я никогда не понимал, почему люди борются с этим. Ты можешь бороться с несправедливостью вселенной. Думаю, мне стоит отменить сегодняшний вечер… ты вряд ли будешь готова к танцам. Позволь мне сделать это для тебя. Сделай перерыв.
— Теперь ты просто бросаешь мне вызов, — сказала я и выдавила из себя смешок, который прозвучал фальшиво. Я отстранилась от него, вытерев слезы со своих щек. — Со мной все хорошо… пожалуйста, не отменяй сегодняшний вечер из-за меня. Твой брат все равно здесь. Разве ты не хочешь показать, какие мы все замечательные?
Его лицо помрачнело.
— Как насчет того, чтобы шеф-повар приготовил сегодня твое любимое блюдо? Что бы это ни было, это будет в меню.
— Ты спрашиваешь так, как будто не знаешь моих любимых блюд. Разве у тебя нет досье на каждую из нас? Кажется, ты знаешь о нас все, включая наши размеры одежды.
Его взгляд скользнул по моему телу. Уже второй раз за сегодня я почувствовала себя неловко из-за того, что на мне бикини.
— Знать что-то и довериться сокровенным — совершенно разные вещи.
Да, у меня не было никаких сомнений в том, что он просто раздевал меня глазами. Румянец разлился по моему телу, когда я подумала о том, как сильно хочу, чтобы он раздевал меня не только глазами. Если отбросить вопрос доверия, я бы не возражала, если бы Эссос взял меня с собой на прогулку.
— Макароны с сыром и с куриными наггетсами в форме динозавра.
Он рассмеялся, откинувшись назад и перекинув ногу
— Прости, тебе двадцать один или пять?
— Ты осуждаешь, даже не попробовав, в этих двух вещах нет ничего плохого, кроме того, когда они врозь. — я не сказала ему, что эти блюда готовила мне бабушка.
— Нет ничего плохого, когда тебе пять лет.
Я встала, скрестив руки, и он поднимается вслед за мной.
— Еще одна отметка в твоем постоянном послужном списке, — произнесла я, пытаясь побороть боль в лодыжках, которые теперь выдерживают мой полный вес.
Он наклонил голову ко мне.
— Прости, послужной список?
— Да. Ты признался, что храпишь, а теперь сказал, что мое любимое блюдо — для детей. Не успею я оглянуться, как ты скажешь мне, что ты не тянешь сыр за нитку… а просто откусываешь его, как язычник. Нет, я не думаю, что между нами может быть что-то большее. — я покачала головой, пожала плечами и драматично подняла руки.
— Думаю, я заслуживаю еще одной попытки, чтобы доказать обратное. — он наклонил голову и прижался лбом к моему лбу, затем закрыл глаза. Казалось, что это подходящий момент для поцелуя. — Пожалуйста, пожалуйста, будь осторожнее со своей жизнью. Я не переживу, если с тобой случится что-то плохое.
Я отстранилась от него, в голове у меня горел вопрос, а потенциальный поцелуй забылся.
— Что произойдет? — спросила я, думая о самом худшем. Его лицо помрачнело, а губы сжались, и я поняла, что права.
Казалось, он раздумывает над тем, как ответить мне, прежде чем отойти на несколько шагов.
— Я не знаю, — разочарование просочилось в его голос. — Со мной никогда не случалось такого раньше. Твоя душа могла потеряться навсегда, — прошептал он, словно не желая произносить это слишком громко.
Я фыркнула — единственная реакция, которую могу вынести.
— Ну, это было бы отстойно.
— Действительно. Думаю, тебе стоит подняться наверх и отдохнуть. Ты была в отключке почти два часа, и я думаю, что тебе очень нужен отдых. Особенно, если ты хочешь стать героем этой ночи. Дэйв пойдет с тобой. — при звуке своего имени Дэйв поднялся из-под шезлонга, где я сидела. Эссос подал кому-то сигнал, и я не удивилась, когда рядом с ним появилась Сибил. Он рассказал ей о том, что мы только что обсудили, и что мне разрешено пропустить остальные мероприятия.
Прежде чем уйти, я обратилась к Эссосу.
— Я немного устала от того, что мне приказывают. Я не та хрупкая девица, которая вот-вот развалится на куски. Если мне нужен отдых, я отдохну. Но перестань приказывать. Я сильнее, чем ты думаешь. — я сделала паузу. — Учитывая это, я собираюсь пойти отдохнуть.
Он слегка улыбнулся.
— Принято к сведению, — подтвердил он с кивком, и Сибил увела меня прочь. Она обняла меня за талию, поддерживая. Я доставляю ей хлопот больше, чем мне хотелось бы признать, поэтому я благодарна, что она рядом. Мы медленно поднялись по лестнице.