Игла
Шрифт:
— Я выжду яд. Будет больно, — предупредила она и зажмурилась.
Пламя вспыхнуло в крови, выжигая всё на своём пути. Игла сцепила зубы, чтобы не кричать, Дар сжал её ладони. Их лбы соприкоснулись, тела напряглись, окаменевшие от судороги, жар казался невыносимым, но туман в голове начал отступать. Пламя под кожей сияло красным, сквозь неё можно было разглядеть кости. Всё это продлилось лишь несколько мгновений, но казалось, боль растянулась на целую вечность. Игла выдохнула, выпуская Дара и упала на колени, он осел рядом, но тут же заставил себя подняться и потянул за собой Иглу. Та вытерла пот со лба и, пошатываясь,
С каждым шагом становилось всё легче. Яд сгорел, вытесненный магией, а боль от внутреннего огня отступала быстро. Они выбрались из комнаты в знакомый коридор и к лестнице уже бежали. Игла изо всех сил прислушивалась к магии, надеясь отыскать подвох или очередную ловушку, но вокруг было удивительно спокойно. Впрочем, на подобное спокойствие они уже один раз попались и едва не попрощались с жизнью. В дурмане Вьюн-Наявы всё казалось таким реальным... И об этого по коже начинали бегать мурашки страха. Игла мотнула головой, отгоняя туманный морок о жизни, которой у неё никогда не было. Ветер — вот, что сейчас важно. И у них почти не осталось времени — первые солнечные лучи уже прорезали горизонт.
Забава ждала их, вальяжно развалилась на каменном троне, достойном царицы. На коленях у неё сидел дрожащий Ветер и у горла его блестел нож. Едва Игла с Даром вслед за солнцем взобрались на галерею, она закричала:
— Хоть один звук сорвётся с ваших губ и мальчишке конец! Стойте, где стоите!
Они замерли, боясь пошевелиться. Игла с ужасом смотрела на Ветра, шея и одежда которого были покрыты кровью, но он был жив! Жив! Сердце Иглы взволнованно забилось: они успели!
— Прекрасно, — расплылась в улыбке Забава, видя их послушание. — А теперь я расскажу вам немного о правилах этой части нашей весёлой игры. Пока мы с мальчиком вас ждали, я немного над ним поколдовала. Смотрите внимательно. — Она наклонилась к уху Ветра и не отрывая довольного взгляда от Дара, сказала. — Яда.
Ветер дёрнулся, затрясся в судорогах. Из носа его хлынула кровь, глаза закатились и он начал заваливаться на бок. Забава не стала его удерживать, и Ветер упал на бок. Игла дёрнулась в его сторону, но Забава выставила перед собой нож.
— Я сказала, стойте, где стоите.
Игла замерла, с ужасом глядя, как корчится в судорогах Ветер. Забава поднялась с трона, брезгливо отряхнула платье и, небрежно переступив через Ветра, подошла ближе.
— Я уже вдоволь испытала эти чары, поэтому, боюсь, ещё одного звука моего имени мальчик попросту не выдержит. — Она облизала губы и обвела Иглу и Дара остриём ножа. — Надеюсь, теперь мы обойдёмся без глупостей? — Она приложила ладонь к уху. — Не слышу.
— Да, — кивнул Дар, стиснув зубы. — Без глупостей.
— Вот и отлично. Тогда, продолжаем! — Забава радостно хлопнула в ладоши, а потом раскинула руки и ослепительно улыбнулась. — Поздравляю! Вы прошли моё испытание и добрались до са-а-амой вершины башни до рассвета! — Она понизила голос и, прикрыв рот ладонью, снисходительно покачала головой. — На самом деле, вы совсем немножко опоздали, но мы никому не расскажем. — Она подмигнула Игле и вновь продолжила торжественно и громко. — И теперь мы с вами выясним, кто достоин покинуть эту башню живым!
— Что ты сделала с Ветром? — спросил Дар, пропуская мимо ушей её болтовню.
— Ты про моё чудесное маленькое заклинание?
— Я про рану на его горле.
—
Игла сжала кулаки от ярости. Нужно было что-то делать. Пусть они больше не могли использовать истинное имя Забавы, но у них был серп Морены. Нужно лишь отвлечь её от Ветра и подобраться ближе. Звучит просто, но как это провернуть? Краем глаза Игла заметила, как Дар медленно, почти незаметно продвигался вперёд.
— Забава, давай поговорим, — тут же привлекла к себе внимание Игла.
— Поговорим? — Белые глаза уставились на неё с издёвкой. — Мы не разговаривать сюда пришли, а поиграть.
— Я уверена, всё ещё можно решить мирным путём. — Игла подняла руки, демонстрируя пустые ладони. — Ты... ты отомстила, — она поджала губы, стараясь удержать слёзы. — Ты забрала у нас Ласку. Она была ни при чём, как и Ветер, поэтому, прошу, отпусти его и мы уйдём...
Заба прыснула.
— Нет. Нет-нет-нет-нет. Жизнь Баяна нельзя окупить парочкой ваших жалких друзей. Боль, которую я испытала от его потери, нельзя окупить смертью этих дворняжек! — взвизгнула она, указывая пальцем на Ветра, а потом перевела взгляд на Дара. — Я отниму у тебя всех, кто тебе дорог. Всех! И заставлю смотреть за их мучениями, как ты заставил смотреть меня!
Забава топнула ногой, и галерея изменилась. Всё вокруг заросло чёрной, лишённой листвы лозой: пол, колонны, широкие окна. Игла вскрикнула, пытаясь не дать лозам поймать себя, но те быстро обвивали лодыжки, взбираясь всё выше. Вспыхнуло пламя, Игла повела руками, отгоняя хищные лозы от себя и Дара, но вот Ветру помочь не успела. Ветви оплели его и скрыли под собой. Жечь их Игла не решалась, действуя в слепую, она могла сильно обжечь Ветра. Тем временем изменилась и сама Забава: изумрудное платье сменилось красной свадебной рубахой, на голове изогнулся венец из рябины и тёмных цветов льна. В одной руке она держала топор Баяна, а в другой крупное человеческое сердце.
— Всё, что осталось от моего любимого брата, — проворковала она и нежно поцеловала мёртвое, отливающее синевой сердце. Она оскалилась на Дара. — Всё, что ты мне оставил!
Развернувшись, она осторожно уложила сердце на трон.
— Оно с наслаждением будет наблюдать за тем, как я разделаюсь со всеми вами.
Дар времени не терял, бросился к ней, замахиваясь когтями. Но достать не успел. Забава развернулась, заслоняясь топором. Металл встретился с металлом, высекая искры. Дар напирал, надеясь продавить её защиту, но Забава не уступала. Она весело улыбнулась, глядя ему в глаза.
— Нет, милый братец. Играть мы будем по моим правилам, — облизнула губы и медленно произнесла. — Златея, подойти к окну и поднимись на парапет.
Тело Иглы свело судорогой, ноги сами понесли её к окну. Лицо Дара вытянулось от ужаса, и это развеселило Забаву ещё больше.
— Эти лозы взращены на моей крови, — громко зашептала она. — Я видела и слышала всё, что видели и слышали вы в своих жалких и до одури скучных грёзах. Дар. На колени!
Ноги подогнулись, и Дар со стоном упал. Забава наклонилась к нему, облизнулась и нежно погладила по щеке.