Иерархия

Монтегю Маделайн

Она уже начала бояться, что какие-то бандиты похитили ее в целях, о которых женщина просто не хотела даже думать, когда поездка закончилась, двое мужчин подхватив ее, вынесли из фургона и затащили в помещение. Ей казалось, что они проходят мимо других людей, но не слышала никакой музыки, указывающей, что ее притащили в клуб.

Наконец, Бронвин почувствовала, что ее опустили, ощутив, как под ней прогнулся матрас. Ее охватило облегчение, по крайней мере, на мгновение, когда она услышала голос Константина.

— Что за

чертовщина?

С ее головы стянули мешок, вырвав при этом несколько выбившихся волосков. Она зажмурилась от внезапного света и боли.

— Вы… идиоты! — взревел Константин. — Если вы причинили ей боль, то будете умолять меня о смерти прежде, чем я сделаю это!

Он сел рядом с ней на кровать, развязал и вынул кляп с таким минимум усилий, что женщина поняла — вампир использовал свои силы, а потом осторожно ощупал ее руками.

— Я не ранена, — сумела сказать она. — Не убивай их. Позволь мне!

На мгновение в глазах Константина промелькнуло веселье, но почти также быстро исчезло. Он обернулся, чтобы взглянуть на двух мужчин, съежившихся сейчас у двери и пытающихся набраться смелости, чтобы рискнуть спастись.

— Вон! Я разберусь с вами двумя позже!

Бронвин села, потирая запястья.

— Ты послал их похитить меня? — спросила она, возмущенно.

Его гнев был оборонительным.

— Я не сделал бы этого, если бы ты была более благоразумна, — сказал он холодно, — хотя ты никогда такой не была!

Бронвин смерила его взглядом.

— Я абсолютно разумна!

— Да! Я видел, как ты отсиживалась в своем проклятом заколдованном пансионате в течение многих недель, отказываясь даже поговорить со мной!

Бронвин фыркнула.

— Это не потому, что я не хотела с тобой разговаривать. Кроме того, кругом шныряло проклятое ФБР… и Люк.

— Я заметил, что ты не упомянула Раджу, — сказал он сухо. — Или вы просто скрываетесь от нас?

— Я не пряталась, черт побери!

— Тогда как ты это назовешь?

Она, надувшись, задумалась.

— Усталость от борьбы, — сказала, наконец, Бронвин, опустив плечи.

Несколько секунд он молча рассматривал ее, а потом схватил за плечи и уложил на матрас, навалившись сверху.

— Ты всегда можешь сдаться, — прошептал мужчина, опуская голову, чтобы покрыть быстрыми поцелуями ее шею.

По ней прокатилась дрожь.

— Я хочу…

— Но?

Она серьезно посмотрела ему в глаза, когда он поднял голову.

— Я вообще тебе нравлюсь? — спросила женщина немного грустно.

Константин скользнул взглядом по ее лицу.

— Иначе, зачем бы я терпел выходки этого Люка-ликана? — сухо спросил он, а затем добавил мягче: — Я тебя обожаю. Ты вскоре станешь матерью моего ребенка.

Бронвин закатила глаза и раздраженно фыркнула, но в горле собрался горький комок, который не удавалось проглотить.

— Почему я не удивлен? — проворчал он. — Ты никогда не верила

ни одному комплименту, что я тебе говорил. И почему я надеялся, что ты поверишь этому? Какой у меня может быть мотив лгать?

Бронвин с сомнением посмотрела на него.

— Соблазнение?

На мгновение мужчина задумчиво нахмурился.

— Я понял твою мысль. Это то, к чему ты привыкла, или, по крайней мере, с чем сталкивалась, — сказал он сухо. — Я всегда полагался на свои силы очаровывать, хотя, в редких случаях… гмм… было нужно проявить изобретательность. Я никогда не считал ложь необходимой для соблазнения. Подумай над этим.

Константин слез с нее. Захватив в плен ее взор, он, став рядом с кроватью, снял одежду, отбрасывая ту в сторону. Оставшись голым, мужчина снова оказался около нее и лег на спину, подложив руки под голову.

— Вот, я полностью в твоей власти, — прошептал Константин.

На мгновение Бронвин непонимающе уставилась на него, прежде чем вспомнила их последний разговор.

Она позволила взгляду пройтись по его длине. Она обещала.

Решительно сев, женщина сняла одежду. Сбросив туфли и джинсы, она оседлала его бедра, а затем, избавилась от блузки и лифчика. В животе запорхали бабочки, когда Бронвин посмотрела на его тело. Мужчину никак нельзя было назвать худощавым, скорее стройным и поджарым. Она легонько погладила рельефный пресс, рассматривая член, поднявшийся от первого же прикосновения и потянувшийся к ней. Женщина подумала, что он, наверное, был самым красивым, какой ей доводилось видеть, не то, чтобы у нее накопился достаточный опыт, но этим определенно хотелось любоваться — толстый и гладкий, увенчанный округлой головкой, идеально гармонирующей со стволом.

Она охватила члена обеими руками, несколько секунд медленно поглаживая вверх и вниз, прежде чем убрать одну ладонь, чтобы слегка помассировать мошонку. Когда Бронвин посмотрела на лицо мужчины, его глаза были полуприкрыты, сверкая от переполнявшего их желания.

Отпустив член, она наклонилась, опираясь на руки, чтобы поцеловать мускулистую грудь, слегка прикусывая кожу зубами. Женщина нигде надолго не задерживалась, а прокладывала дорожку вниз, медленно двигая бедрами по его бедрам, пока снова не достигла своей цели. Член дернулся, толкнувшись в ее подбородок, как бы прося внимания.

Она улыбнулась про себя и, решив подразнить мужчину еще немного, слегка прикусила его живот, прежде чем взять напряженную плоть в рот. Его бедра поднялись с постели, когда ее губы сомкнулись на головке члена. В течение нескольких мгновений Бронвин посасывала только вершинку, удерживая ствол одной рукой, подразнивая головку языком.

До того, как он вспомнил, что предложил сдаться не ее милость, его ладони легли ей на голову, а пальцы мгновенно запутались в волосах. Константин опустил руки на кровать по обе стороны от бедер.