Иди на фиг!
Шрифт:
Встав на носочки, достала её, а потом снова почувствовала холодок и чей-то рык. Медленно обернулась и вовсе глаза уставилась на силуэт из сна, который собирался проделать тот же манёвр, что и при первой нашей встрече около океана, когда замок только начал подниматься из воды. Успела защитить живот волшебной книгой, которая обожгла руку странного существа. Оно с жутким шипением отдернуло руку и посмотрело на меня маленькими черными глазами, начиная растворяться прямо на глазах.
— Не дай проклятому убить себя, в этой книге есть ответы на твои вопросы... — прошелестело оно прежде, чем полностью исчезнуть.
Глава 12
Только
Хищный оскал не предвещал ничего хорошего, но ничего сделать не успела. Всего мгновение, и меня вжало в стену, а горло сжимала сильная рука психа. В глазах бешеный огонек, на лице все тот же оскал. Опять что-то задумал этот гад. Как же он достал со своими выходками. Лицо Тая находилось слишком близко к моему, лицом чувствовала его горячее дыхание, а вот взгляд, честно, пугал. Об усталости уже давно никакой речи не идёт. Стоило только появиться нити, как её как рукой смело.
— Отпусти, идиот! — прошипела ему в лицо, пытаясь отодрать его пальцы от своей шеи. Тщетно. — Совсем крыша поехала? Могу поправить. Лопатой.
Хватка немного ослабла, но руку мужчина так и не убрал. Взгляд принца немного прояснился, и сейчас я видела плохо скрываемую злость. Что за неуравновешенный тип? И как только я с ним целовалась? Вот только снова мое тело странно реагирует на него: хочется прильнуть к крепкой груди всем телом, почувствовать его пресс под своей рукой, целовать эти тонкие губы, пока не закончится кислород и одновременно оттолкнуть от себя, зарядить звонкую пощёчину, сказать, чтобы не приближался, а потом уйти. Два желания разрывают меня на части. И как это понимать?
— Как ты это делаешь? — зарываясь носом в мои волосы, сквозь зубы прорычал южный демон, начав большим пальцем поглаживать участок кожи на шее. — Что ты за магию на мне используешь? Почему хочется одновременно и убить тебя, и запереть в какой-нибудь богом забытой высокой башне, где смогу видеть тебя только я и делать всё, что пожелаю? — он убрал руку, чтобы в следующую секунду опереть две руки об стену, отрезая все пути к отступлению, и больно укусил меня за правое плечо, а после по следу прошелся языком.
И снова я себя не понимаю. Вроде и не испытываю к нему ничего, но буквально таю от каждой ласки и хочу большего. И кто из нас использует магию? Уж точно не я. Сам, небось, нацепил какой-нибудь странный артефакт, а теперь пытается перекинуть всю вину на меня. Я бы ни за что не стала использовать подобного рода заклинания, чтобы быть вот так зажатой к стене и не иметь возможности отстраниться. Тело не хочет подчиняться разуму, оно уже таит от всех ласк, которые со мной творит принц.
Его губы целуют всё, до чего только достают: лицо, шея, ключицы, грудь. Книга, к которой меня привела нить, была отфутболена к дальнему
— Остановись, — удалось прохрипеть, когда он оторвался от моих губ. — Ты же понимаешь, что мы, — снова стон от укуса в шею с другой стороны, — оба этого не хотим...
В какой-то миг обнаружила себя обнажённую по пояс повисшей на Тае. Мои ноги обнимали его торс, руки зарыты в тёмные полосы и сильнее притягивают, когда он снова, обжигая, целует мою шею. Его руки скользили по моей оголённой спине, в то время как губы безжалостно терзали пульсирующую грудь. В моё бедро упиралось мужское естество, показывая, как сильно демон сейчас возбужден. Мои мозг, не в силах что-либо сделать в такой ситуации, решил вообще отключить, дав волю чувствам.
— Ты, — прорычал он, до боли и головокружения впиваясь в мои губы, чтобы через несколько секунд продолжить: — меня, — укус в плечо, скольжение языком от того места к ключицам, а потом дорожка поцелуев до шеи, — чуть не убила! — снова рык, и я оказываюсь на неведомо откуда взявшейся жесткой кровати, а он с безумным взглядом нависает сверху.
Где-то на грани сознания до мозга пытается достучаться мысль, что все это неправильно, так не должно происходить на самом деле, но тот уже не откликается. Меня продолжало тянуть к нему, словно мы единое целое, разделенное когда-то давно. Сейчас меня тянуло к нему еще сильнее, чем прежде и я не могла ничего с этим поделать. Больше не было никакого отторжения, которое, возможно, смогло бы заставить нас оторваться друг от друга.
Это уже второй раз, когда чувствую, что моя свобода больше мне не принадлежал. То чувство безысходности, когда больше не можешь сам себе быть хозяином и управлять эмоциями, желаниями. Что-то сильное и непобедимое берет над тобой контроль и не выпускает из своих цепких лап. Нас словно прокляли этой непонятной связью, что возникла между нами. Мы словно два зверя, которые поскорее желают утолить свой голод, цепляемся друг за друга, не в силах оторваться даже на секунду.
Наши руки, губы постоянно исследуют тела друг друга. И совсем не волнует тот факт, что выход сильно завалило, как и саму пещеру. Только небольшой участок вокруг кровати радиусом три-четыре метра остался не тронут. Меня не заботило, что книга, в которой, возможно, были ответы на все мои вопросы, погребена под глыбой камней, а там, на улице, остались Сапфир и Тенрольс, которые сейчас, наверняка, пытаются освободить выход от завала, даже не догадываясь, чем мы здесь занимаемся.
Я чувствовала бедром его твёрдое возбуждение, что неуловимо заставляло меня трепетать. Мы оба хотели. Возможно, потом об этом пожалеем, но сейчас мы не вольны управлять собой. Слишком невыносимое притяжение, слишком сильное и яркое. Кто-то из нас должен был вернуть себе контроль, чтобы с трезвой головой остановить все это, но мы были слишком пьяны друг другом. Физически невыносимая тяга, необходимость касаться друг друга и близость кружили голову, но это безумие уже поздно было останавливать.