Идея

Маханенко Василий Михайлович

— А, я и забыл, что ты новенький, — вздохнул Нильс. — Ну воруют наёмники людей, и что? Вот конкретно для тебя что изменилось? Как сидел целыми сутками в лаборатории, так и продолжаешь сидеть. Даже плюс есть — не нужно тратить по два-три часа на дорогу. О тебе заботятся, готовят еду, стирают, обслуживают, оставляя лишь любимое занятие. Сдашь экзамен — получишь свою кафедру. Будешь учить неокрепшие умы и передавать им здания. Решать задачи, равных которым нет на целом свете. Разве это не то, о чем ты мечтал?

Артём замешкался — то, о чем говорил руководитель, действительно звучало заманчиво. Вот только здесь не было той малости, что делала человека по настоящему свободным.

— Нет,

не об этом. Раньше у меня был выбор, сейчас его забрали, — ответил Артём и на него накатила злоба. — Пусть я им никогда бы не воспользовался, но знал, что выбор есть. Здесь же его попросту не существует. Только работа.

— Все верно, — подтвердил руководитель лаборатории. — Это очищает мозги, позволяя сконцентрироваться на самом важном. Знаешь, Физик, избавь меня от этих эмоций. Хочешь обсудить своё незавидное положение — возле столовой есть кабинет психолога. Сходи, выговорись, послушай дельный совет. Но не смей переваливать свои комплексы на коллег. Каждый должен работать и приносить пользу.

— Пользу? Кому? Тому козлу, что нас сюда заточил?

С вашего счета списано 2 кванта. Причина: повторное неуважение к хозяину.

Баланс: 40 квантов.

— Хозяину, — поправил Нильс. — Человеку, сумевшему создать идеальные условия для учёного сообщества. Самого передового на всей планете. Так что тебе остаётся два пути — либо смириться и начать приносить пользу, либо прыгать в утилизатор. Третьего здесь не дано. Все, эту тему закрыли и к ней больше не возвращаемся. Что у тебя за проблема с изучением?

Артёму хотелось встрянуть Нильса, чтобы вернуть его в реальность, но боевые дроны у потолка лишали такой возможности. Несколько раз глубоко вздохнув, успокаивая нервы, Кучаев в очередной раз дал себе зарок сбежать из этого богом забытого места. Но для этого нужно подготовиться и начинать лучше прямо сейчас:

— Проблема не с изучением, а со сроками. У меня на балансе сорок квантов. Ещё квант я получу за знакомство с инструкцией. Итого сорок один. Этого хватит лишь на то, чтобы полтора месяца питаться в столовой. Изучить материал я должен за девяносто дней, значит, мне не хватит пятьдесят квантов. Где я их достану?

— А, вот ты о чем. Так учи быстрее, — на лице Нильса появилась неприятная ухмылка.

— А если без сарказма? И ежу понятно, что Система назначила минимально возможный срок на изучение, — Артём готов был поклясться, что Нильс Бор над ним насмехается и что-то недоговаривает.

— Если без сарказма — нужно работать. И то, что ты озаботился этим вопросом сейчас, а не через сорок дней, демонстрирует в тебе ответственного и дальновидного учёного. Не буду томить и нагонять интригу. Тебя брали в мою лабораторию с вполне конкретной целью — изучить энергон. Если ты к двадцати пяти годам смог найти левитацию без наших наработок, наверняка чего-то, да стоишь. Но пока ты не сдашь экзамен, заполучить свою кафедру не сможешь и мясо под неё набрать не получится. Значит, придётся работать самостоятельно. Единственное место, где гарантированно можно заработать кванты — наша подземка. Место, где мы ищем энергон. Следующая экспедиция отправляется через два дня и теперь ты в неё записан. Можешь готовиться. Обязательно изучи все, что у нас есть по добыче, это поможет. Если у тебя нет ничего важного — покинь мой кабинет и займись, наконец, делами. Простаивать в нашем институте не принято.

Артёму и самому не хотелось оставаться в обществе руководителя лаборатории. Выйдя в коридор, Кучаев нажал на кнопку «Дом», создавая путеводную линию. Настроение после разговора с Нильсом ушло так низко, что даже в столовую идти не хотелось. Жилые помещения располагались на девятом и восьмом этажах здания, причём

на дверях не было никаких указательных знаков или номеров. Линия довела Кучаева до одного из множества безымянных проходов. Щёлкнул замок, панель ушла в сторону, позволяя хозяину помещения войти внутрь.

Комната совершенно не походила на тюремные нары, что часто показывали в дешёвых фильмах. Скорее они смахивали на номер-люкс какого-нибудь фешенебельного отеля. Отдельная ванная, две просторные комнаты, широкая двуспальная кровать, практичная и удобная мебель, удобное рабочее пространство, два шкафа с одеждой и теми самыми белоснежными халатами, один из которых Артём сразу же примерил. Подошёл идеально, словно был сшит именно под него. Здесь имелась даже своя кофемашина с ароматно пахнущими зёрнами. Артём являлся большим фанатом хорошего кофе — в любой поездке, а их у физика случалось немало за последние несколько лет, он в обязательном порядке посещал несколько десяток кофеен в надежде найти «тот самый» кофе. Повезло Кучаеву лишь несколько раз — в Амстердаме и, как это не странно, в одном из провинциальных городков России. Всю остальную бурду назвать «кофе» можно было лишь с огромной натяжкой.

Рука сама потянулась к аппарату, но Артём усилием воли заставил себя отойти в сторону. Физик уже понял, что все действия внутри института выполняются через глазной протез. Если не практиковаться, то можно прослыть за неандертальца. Конечно, Артёму на это было наплевать, но для того, чтобы сбежать, нужно стать «невидимым». Те, над кем насмехаются, постоянно мелькают перед глазами. Ещё раз нажав на кнопку «Дом», Кучаев открыл достаточно большую панель настроек. Здесь, в том числе, оказалось возможным включать телевизор — трансляция велась напрямую в протез, минуя ненужных посредников. Каналов было немного, но они были, что позволяло не полностью быть оторванным от мира. Стоило такое удовольствие один квант в месяц и Артём без вопросов согласовал списание. Без «окна» наружу жить не хотелось.

Найдя кофемашину, Артём задал программу и комнаты заполнил ошеломительный аромат свежего кофе. Кучаев отпил глоток и мир на несколько секунд замер, уступив место чувству неземного счастья. Приготовленный кофе был идеальным. Впервые за все время похищения мелькнула предательская мысль о том, что здесь не так и плохо. Помотав головой, отгоняя наваждение, Артём отложил опустевшую чашку и крыл учебники. Ему дали два дня, чтобы приготовиться к походу в неизвестность, нельзя их терять…

Физик-11837, вам надлежит явится в исследовательский центр.

Сообщение сумело продраться даже в виртуальную среду, затмив раскрытую книгу. Артём недовольно вздохнул — он только приблизился к понимаю принципа формирования энергетического купола и поражался, почему в большом мире никто не додумался до столь элегантного решения, плавающего на поверхности. Если бы не таймер, привычно запустивший отсчёт в 300 секунд, Кучаев проигнорировал бы требования и продолжил чтение. Но лишаться головы не хотелось, поэтому пришлось подчиниться. Артём поднялся с кровати и потянулся — два дня он не покидал своей комнаты, сосредоточившись на поглощении информации. Еду доставляли прямо в номер, а обязательные физические процедуры Артём выполнял в соседней комнате — там, кроме всего прочего, имелись и тренажёры. Оказалось, что ежедневно каждый учёный обязан потратить от тридцати до шестидесяти минут на совершенствование собственного тела. Причём все контролировалось Системой, ставящей зелёные галочки напротив очередного упражнения. Как только начинаешь халтурить и работать вполсилы, виртуальный цербер тут же бил по самому больному — по наличным. Артём снизил свой баланс до 35 квантов, прежде чем покорился и решил следовать инструкциям.