Идентификатор
Шрифт:
Я даже обрадовался ей, позабыв на миг обиду, вспыхнувшую после того, как она предпочла мне остроумного Виталика.
У нас целых две Венеры. Девушки почти одного роста, одна чуть старше и казавшаяся намного взрослее. Мы все называли ее «большая Венера», а вторую – «маленькая Венера».
Собирались мы у кого-нибудь из наших
С Ритой в этой компании я не появлялся, про нее там никто не знал. Нам и так было хорошо.
Тут за спиной Марины появился еще один мой приятель, серый и рыхлый, как весенний снег. Его борода, которой позавидовал бы Александр III, печально свисала, ясно говоря окружающим, что хозяин не в себе и ему нужно срочно поправить здоровье.
– Славик. Я. Болею. – с расстановкой произнес он кодовую фразу.
Это означало, что я тотчас должен налить ему спирта, которым, как «непьющий», распоряжался в нашей лаборатории. Заодно и себе немного.
Я вздохнул, сознавая, что отболтаться не удастся. Где этот чертов Женька? Да и Шуры что-то не видно. Сговорились они сегодня все, что ли?
Ладно, плесну, не так тоскливо будет идти к «большой Венере».
Глава 2. Танцы-шманцы-обжиманцы
У «большой Венеры» было на удивленье оживленно. Народ успел разбрестись по трехкомнатной квартире, сама же хозяйка доставала из печки, вернее, духовки, песочный пирог – ее коронный, а мой – самый любимый.
Полюбовавшись, как она намазывает крем, украшает именинный пирог ягодками из малинового варенья, и предприняв безуспешную попытку отщипнуть кусочек, я отправился к остальным.
Почему человек у нас – ничто, его мнение не имеет значения, учитываются только интересы коллектива? Даже если весь коллектив не стоит одного ногтя этого самого индивидуума!
Виталик уже сосватал им Чейза. По баснословной цене, в тощих книжонках на газетной бумаге, но в твердом переплете, и демонстрировал неизбалованной публике роскошные издания романов Теофиля Готье.
Маринкин поклонник – почти жених, бросив работу по специальности, с некоторого времени торговал книгами. Рядом стояла его избранница, не сменив обычного скепсиса на лице даже по случаю дня рождения. Своим высокомерием по отношению к окружающим они очень подходили друг другу.
Наконец включили музыку, и начались танцы.
Марина танцевала только с Виталиком, он тоже не отходил от нее ни на шаг. Поговорить сейчас не представлялось никакой возможности, и я переместился в другую комнату, где Анвар, со свойственным ему армейским юмором, развлекал публику. Честно говоря, когда он в первый раз появился в нашей компании, я был уверен, что он долго не продержится – разве может человек в здравом уме и твердой памяти произносить совершеннейшую галиматью, считая ее безумно забавной и смешной, а народ слушать, не пытаясь ничего предпринять, чтобы прекратить это безобразие. Дааа… видать, сильно сказывается нехватка лиц мужского пола в нашей стране, если наши девчонки рады даже такому солдафону!
В комнату впорхнула Юлька и увлекла Анвара выделывать невероятные па, называемые нынче в народе «ламбадой». Оставшиеся лица женского пола тоже встрепенулись, и вот уже паровозик из вихляющихся тел и неловко вскидываемых ног, пытаясь попасть в такт зажигательной музыке, переливается из комнаты в комнату. Присоединился и я, и вскоре в гостиной на ковре образовалась хохочущая куча мала – кто-то упал и увлек за собой всех следом.
Конец ознакомительного фрагмента.