Идеальный убийца
Шрифт:
– Бард я.
– Кто?!
– поперхнулся орк.
– Как вы вообще выжил среди эльфов?!
Ответный взгляд был таким тяжелым и темным, что даже бесстрашный орк поежился.
– Не. Твоего. Ума. Дело, - процедил бард.
– Эй, - рядом с Уриком поднялся еще один орк.
– Если ты бард, почему не споешь и не освободишься? Барды же владеют магией песни.
– Ты совсем идиот?
– осведомились в ответ.
– Где ты видел, чтобы паладин Доэра песне поддавался?
–
– А раньше?
– ничуть не смутившись, поинтересовался тот.
Темные глаза опять вспыхнули яростным пламенем и тут же погасли:
– А раньше я в отключке был, - язвительно прошипел в ответ явно раздраженный полукровка.
– Я в себя пришел, когда уже ваша 'теплая' компания присоединилась.
– Приятно сознавать, что ты столь разумно оцениваешь ситуацию, Ран.
Пленники повернули голову, взглянув на подъехавшего к клеткам человека.
– Еще бы я её не оценивал, старый извращенец, - внезапно взбесился бард. И под всем слоем грязи внезапно стало видно насколько он молод, - ты чего наплел паладинам?! Я - поклоняющийся Рою! Ублюдок, что по недоразумению явился миру?! Или ты поведал ему правду о своих истинных намерениях?!
– И что это за намерения, по твоему мнению?
– Урик проявил очередную порцию любопытства.
Вопрос орка словно послужил катализатором, который полностью сорвал печати на самообладании полукровки:
– А ты взгляни в его похотливые бегающие глазки, - яростно прошипел бард, извиваясь в своих путах.
– Смотри внимательно, орк! Потому что в этих глазах судьба слишком многих полукровок и вашего народа и эльфов! Одно что слюну не пускают!
Орки недоверчиво окинули взглядами сухую фигуру колдуна, узкое лицо со змеиными губами и дряблой кожей. Тяжелый сомневающийся взгляд Урика встретился с глазами человека, и сильные руки сжали прутья решетки, так словно надеялись её сломать.
– Но... ты же...мальчишка...
– И что?!
– хохот полукровки был полон злобы.
– Думаешь, извращенное сознание людей не придумало, как это делать, если раб того же пола, что и хозяин?!
– Что ты плетешь?!
– колдун скривил губы.
– И это пытается сказать мне ублюдок орка и эльфийки, воспитанный при храме Лейлы?!
Пленник внезапно успокоился и его голос снова приобрел мелодичность. И только легкие искры догорающего гнева все еще окрашивали края интонации огненной каемкой:
– Именно там я и узнал о многих интересных вещах, практикуемых среди людей. И именно там меня научили видеть намерения таких как ты. Мой наставник догадывался, что с моей внешностью, мне не раз придется сталкиваться с тем маслянистым блеском, что ты прячешь на дне своей души.
–
– гулкий голос вмешался в странный разговор. Паладин Доэра возвышался над колдуном, как гора над мелким холмом.
– Скажи, колдун. Правду ли сказал твой пленник?
– Что?!
– тот волчком развернулся к паладину. Но тот смотрел сквозь прорези забрала, и невозможно было понять, что там прячется в темноте шлема. Но невозмутимо звучал его голос:
– Потому что если это правда, то ты совершаешь преступление. Полукровка он или нет, но по меркам эльфов и орков - еще дитя, совершеннолетие которого наступает лишь в восемьдесят лет, а его возраст Доэр показывает мне около тридцати лет. И я обязан взять это дитя под свою защиту...
– Дитя?!
– в глазах колдуна блеснуло настоящее безумие.
– Дитя?! Ран Разбойник и дитя?!
– О, - глухое забрало повернулось в сторону клетки.
– Я слышал это имя. Но оно принадлежит барду. Очень хорошему барду...
Кривая улыбка была ему ответом. И в это момент прозвучал голос внезапно успокоившегося колдуна:
– Как бы то ни было, паладин Доэра, но это МОЙ пленник. А ВАШ собственный кодекс, не допускает даже мысли о том, что бы покушаться на чужого пленного. Мы охотники за головами и голова конкретно этого преступника заказана. Мы выполняем Заказ. И не вам решать судьбу этого создания. Так что занимайтесь своими орками!
Над дорогой повисла тишина, вся колонная стояла в ожидании решения спора. А потом паладин молча развернул коня, отправляясь в начало колонны. Колдун был в своем праве.
– Проклятые смертные!
– прорычали из клетки орка.
Бард лишь сверкнул темными глазами.
– Что встали?!
– колдун обернулся к своим людям.
– До Чило еще несколько дней пути! А мы тут стоим посреди дороги, как столбы!
– О, - вы собираетесь в Чило? Позволите ли к вам присоединиться?
– мурлыкающий мягкий голос выбрал ту самую секундную задержку, между приказом колдуна и ответом его подчиненных, сразу обращая на себя внимание
Он стоял на обочине, легкий и стройный, в слегка потрепанной, но добротной одежде, с небольшой котомкой за левым плечом. Каштановые волосы волной ложились на плечи, и вот странность, не несли на себе ни единой пылинки. Зато над левой бровью в челке запуталась яркая зеленая травинка. Темно-зеленые глаза чуть жмурились от полуденного солнечного света.
С минуту все почти недоуменно смотрели на него, словно не понимая, откуда он мог взяться. Никакого оружия, кроме длинного кинжала на поясе. Стоптанные сапоги. На вид лет двадцать. Совсем еще молокосос, у которого даже не пробиваются усы.