Идеальные партнеры
Шрифт:
— Я не нахожу слов, чтобы выразить всю глубину своих чувств к тебе, Диана! — ответил он. — Разве мог я подумать, что в таком возрасте я почувствую себя молодым и способным начать все сначала со столь очаровательной супругой!
— Уж не хочешь ли ты сказать, что тебя пленила только красота моего тела? — игриво спросила она.
Он расплылся в улыбке.
— А разве этого мало для начала супружеской жизни? — в тон ей ответил Джек.
Диана посмотрела на него в упор.
— Почему же ты медлишь, дорогой? — спросила она грудным голосом.
Джек медленно опустился на колени.
— Я
Диана ответила ему безмятежным взором, от которого у него перехватило дух, провела указательным пальцем по ямочке на его подбородке и дотронулась до губ.
— Да, Джек, боготвори меня, люби меня всегда! — чуть слышно произнесла она.
Джек уткнулся лбом в ее колени, обтянутые розовым шелком, и судорожно вздохнул. Трясущимися от вожделения руками он обхватил ее ноги и, раздвинув их пошире, поднял подол пеньюара.
Его взору предстали тонкие щиколотки, рельефные икры и гладкие округлые колени. Джек погладил кончиками пальцев у нее под коленями. Она поежилась от прикосновения к ее нежной коже, моментально покрывшейся пупырышками, и задышала громче.
Джек ощутил волнение в чреслах, его мужское начало стремительно наливалось силой. В комнате было так тихо, словно бы особняк погрузился в глубокий сон. Джек знал, что пошел уже второй час ночи, но, как это ни странно, ощущал необыкновенный подъем. Даже после насыщенного событиями дня и шумного вечернего застолья он чувствовал себя таким бодрым и свежим, словно бы только что проснулся. Вероятно, атмосфера любви и радостного возбуждения породила особую энергию, которая не только придавала им обоим дополнительные силы, но и толкала их на совершеннейшее безрассудство, свойственное только юности.
Джек вытянул одну ногу Дианы и стал массировать ступню и целовать пальцы. Она задышала чаще и закрыла глаза. По ногам ее пробежала легкая дрожь. Джек начал жарче целовать чувствительные точки ступни и облизывать пальчики.
— Еще, еще! — потребовала она, тихонько постанывая от удовольствия.
Но Джек поставил ногу на ковер и занялся второй ее ногой. На этот раз он стал целовать щиколотку, икру и подколенную впадину, одновременно поднимая пеньюар еще выше и обнажая бедра и темный треугольник между ними.
Диана сохраняла внешнее спокойствие, но ее выдавал легкий запах женского секрета, свидетельствовавший о сексуальном возбуждении. Джек жадно втянул его ноздрями и уткнулся носом в лобок.
Диана вздрогнула, ощутив давление на ктитор, и раздвинула ноги пошире, пропуская его язык в свое росистое теплое лоно. Джек зарычал, словно зверь, и стал жадно лизать ей промежность. Бедра Дианы задрожали, он сжал пальцами ее ягодицы и, причмокивая от наслаждения, принялся слизывать обильные соки, истекающие из влагалища. Войдя в раж, он приподнял ее ноги и уткнулся в лоно головой, торопясь полнее почувствовать все ароматы любви, вкусить ее сладковатый нектар, насытиться сладострастными вздохами.
Джек опьянел от нахлынувших ощущений, его переполняло желание исследовать языком открывшийся ему, словно волшебный цветок, чудесный интимный грот Дианы. Ее половые губы были нежны и трепетны, как лепестки, набухший, словно бутон, клитор источал нежный запах мускуса.
Волны оргазма пробежали, словно электрический ток, по ее животу, ногам и грудям. Джек поднял голову, желая видеть ее лицо, и вставил два пальца во влагалище, продолжая потирать большим пальцем клитор.
Он обожал любоваться ее лицом — пылающими щеками, сверкающими глазами, полураскрытым чувственным ртом.
— Джек! — призывно выдохнула она, сжав его плечи, и перешла на жалобный, сладострастный вой, раскачиваясь в экстазе всем телом.
Полы пеньюара распахнулись под напором ее высокой и полной груди, и Джек увидел, как торчат блестящие соски.
Не совладав с собой, он припал к одному из них ртом. Диана издала громкий стон, и он начал сосать ей грудь, словно голодный младенец.
Она хрипло взмолилась:
— Джек, не надо! Ох, дорогой мой… не нужно, прекрати! Хватит, хватит…
Джек оторвался наконец от груди и, окинув Диану влюбленным взглядом, прохрипел:
— Обожаю тебя, моя богиня!
Глаза ее потемнели от страсти, она прошептала:
— Я это знаю. Но все же, дорогой, докажи, насколько сильно ты меня любишь…
Джека не нужно было просить во второй раз. Едва Диана откинулась на мягкие подушки дивана, полуприкрыв глаза, он скинул одежду. Ему было нечего стыдиться, его тело оставалось мускулистым и упругим, хотя он почти достиг пятидесятилетия. А член стоял так прочно и уверенно, что Диана широко открыла от восхищения глаза. Наполнившись гордостью, сердце Джека сильнее стучало в груди, зовя его на новые мужские подвиги.
Скинув оковы белья, фаллос застыл по стойке «смирно», уверенный и самодовольный. Мошонка сжалась от нетерпения, а на лиловой головке выступила густая прозрачная капля.
— Ты прекрасен, — выдохнула Диана, любуясь его мужским великолепием, и крепко сжала член в кулаке.
Джек вздрогнул, опасаясь, что не вынесет этой ласки, и, убрав ее руку, поудобнее расположился у нее между ногами.
Глядя друг другу в глаза, они слились в соитии. Горячее лоно приняло в себя стальной член и обволокло его секретом. Неописуемое блаженство распространилось по низу живота Джека и начало расползаться по рукам и ногам до кончиков пальцев. Он стиснул Диану в объятиях, предлагая ей начать ритуальный танец. Она отреагировала столь пылко, что оба танцора свалились с дивана на пол. Но не успел Джек привыкнуть к ворсу у себя под спиной, как Диана сжала коленями его бедра и понеслась вскачь во весь опор.
Ее пепельные волосы рассыпались по плечам, свет ночника, пронизывающий пушистые, словно облако, локоны, создавал эффект ореола.
— Мой ангел! — прошептал Джек, любуясь золотистым нимбом, и, вытянув руки, принялся теребить пальцами ее соски.
Диана застонала от удовольствия. Джек освободил ее плечи от пеньюара, и он упал ему на бедра, словно розовое покрывало. Диана пустилась в галоп, и Джек, раскрыв от восторга рот, впился взглядом в свой пенис, то исчезающий, то вновь появляющийся у нее под лобком. Это зрелище, сопровождающееся характерными для соития запахами и звуками, быстро довело его до экстаза.