Идеальные партнеры
Шрифт:
Отзвуки совокупления Холли и Себастьяна все же оказывали на нее определенное воздействие. Ей становилось неспокойно от их вызывающего бесстыдства. У нее возникало ощущение, что они нарочно заставляют ее присутствовать при их половых актах, навязывают ей роль подневольного наблюдателя.
Когда это случилось в первый раз, Сюзи спала на кушетке, вернувшись из бара, где они отмечали ее вступление в цех профессиональных моделей. Разбудил ее сдавленный стон. Сжавшись в комок в темном углу, Сюзи со страхом прислушалась. Раздалось тихое хихиканье Холли, потом послышался
— Потише, малышка, иначе мы разбудим и напугаем до смерти нашего цыпленочка!
Сюзи оцепенела, не зная, то ли притвориться спящей, то ли вскочить и закатить им грандиозный скандал. Пораскинув мозгами, она пришла к выводу, что скандал в чужой квартире лучше не устраивать. А подумав еще немного, решила, что может спокойно встать и, пройдя в ванную, понаблюдать оттуда за тем, чем они с таким упоением занимаются.
Решиться на столь смелый шаг в ту ночь Сюзи не смогла. Однако звуки, сопровождавшие жаркую любовную сцену, так возбудили ее, что она села на кушетке и стала смотреть, что творится в комнатке Холли. У нее тотчас же пересохло в горле. Темнокожая красотка и Себастьян, оба обнаженные, катались, обнявшись, по атласной простыне, то и дело меняя позы в процессе сладострастной пляски.
Сюзи не выдержала и вновь улеглась на кушетку. Ее кожа покрылась пупырышками и стала горячей, соски встали торчком, от стонов и вздохов совокупляющихся кружилась голова.
Она закрыла глаза и вспомнила, как страстно обнимал ее Адам на станции, как она прижималась к его сильному молодому телу и как упирался ей в низ живота его член. А что ощущает Холли, когда Себастьян овладевает ею? И почему она, Сюзи, не испытала с ним удовлетворения?
Желая выкинуть Себастьяна из головы, она сосредоточилась на Адаме. Ей не составило труда представить выражение его лица во время полового акта, нарисовать в своем воображении картину медленного входа его члена в ее влагалище, с удовольствием впускающего желанного гостя.
Однако в ее росистом лоне было пусто. В низу живота болезненно заныло, и тотчас же всплыли все обиды и грустные мысли, скопившиеся в ее сознании за недели суматошной жизни в Лондоне. У Сюзи возникло ощущение, что ее стукнули кувалдой по голове. Она едва не захныкала, почувствовав тоску по дому, маме и друзьям, оставшимся в спокойной и милой уэльской деревне. И зачем она убежала от всего этого?
Сильнее всего тосковала она по ласковым рукам Адама. Ей хотелось, чтобы он оказался сейчас рядом с ней и гладил ее своими ладонями, прижимал к груди и целовал, а потом ввел крепкий член во влагалище, ставшее совсем мокрым, и мощными толчками вознес ее на облака.
Но так было только в первый раз, когда она стала свидетельницей совокупления Холли и Себастьяна. Сейчас же Сюзи наслаждалась собственным спокойствием и с гордостью думала, как сильно она изменилась за время, проведенное в Лондоне. Половое сношение, происходившее в нескольких шагах от нее, не вызывало в ней прежнего смятения. Все было в порядке вещей, и у нее больше не возникало безумного желания мысленно рисовать красочные
Желая доказать самой себе, что она перевоплотилась из наивной провинциалки в светскую львицу, Сюзи отправила Риордан открытку. Она понимала, что подружка непременно покажет ее Адаму и тот прочтет между строк невинного текста ее подлинное послание, а именно: «Как видишь, я прекрасно обхожусь и без тебя!»
Так она утрет ему нос, докажет, что строила не воздушные замки, а реальные планы, которые теперь воплощает в жизнь. Он поймет, что, переехав из деревни в Лондон, она стала взрослой, самостоятельной и сильной женщиной, и изменит к ней отношение.
Написать Диане она пока не решалась, ей было больно даже вспоминать о ней. Однако позвонить матери Сюзи намеревалась в самое ближайшее время, как только она окончательно обустроится в Лондоне и будет уверена в завтрашнем дне. Пока же вполне достаточно и открытки Риордан — подружка наверняка передаст матери, что у нее все хорошо и волноваться за нее не надо.
— Как успехи? — раздался баритон Себастьяна. Он вошел в гостиную, обмотав бедра полотенцем.
— Хвастаться нечем, — призналась Сюзи, стараясь не смотреть на его влажные после душа волосы и мощную грудь.
Он догадался, что действует на Сюзи возбуждающе, и начал бесцельно расхаживать по квартире, притворившись, будто бы что-то ищет. Наконец он успокоился и, закурив сигарету, внимательно взглянул на Сюзи сквозь облачко дыма.
— Пора тебе отрабатывать вложенные в тебя деньги, — наконец произнес он.
— Что ты имеешь в виду? — наморщив лоб, встревоженно спросила Сюзи.
— А все это! — Он описал рукой с сигаретой круг в воздухе. — Затраты на твою прическу, одежду, проживание и питание. Или ты полагаешь, что я альтруист? Нет, милочка, долг платежом красен!
Сюзи поблекла и потупилась, от ее самоуверенности не осталось и следа. Действительно, фактически она жила в Лондоне за счет Себастьяна. Какое же она имела моральное право воображать себя сильной, мудрой и бывалой женщиной? Да она обыкновенная содержанка!
— Вижу, что ты все понимаешь, крошка. Так вот, я вправе потребовать от тебя возврата долга. Довольно сидеть на моей шее!
В комнату вошла Холли, на ходу затягивая потуже пояс махрового халата.
— Ради всего святого, Себастьян! Дай ей еще немного времени, чтобы освоиться в Лондоне, — воскликнула она.
— А ты заткнись! — рявкнул он.
Не обращая внимания на тишину, воцарившуюся в гостиной, Себастьян подхватил с пола портфель Сюзи и вывалил на стол фотографии.
— Возможно, это не совсем то, что нужно… — пробормотал он, просматривая снимки. — Попробуем снять в ином ракурсе…
— Однако редактор журнала «Подросток» сказал, что…
— «Подросток»? — Себастьян поморщился. — Не слушай любителей, они ничего не смыслят в этом деле… Нет, я знаю, как тебя использовать! Холли, позаботься, чтобы она была у меня в студии завтра к полудню. Пора показать миру Сьюки!