Идеальное тепло

Крыжановская Оксана Сергеевна

На дрожащих ногах женщина залезла в машину с трудом, так как поврежденная нога вдруг разболелось, и неуклюже плюхнулась рядом с Максом, вызвав у рейнгара пренебрежительную усмешку.

Дверь закрылась, флаер слегка задрожал, готовясь подняться в воздух.

– Это Купер Романов, - представил Макс незнакомца.
– Он твой начальник.

На это заявление мужчина скривил лицо в недовольстве, а Тар просто накрыли волны раздражения, злости, негодования, ненависти и презрения. А еще легкого тепла, которое, к сожалению, не пугало холод, а, наоборот,

словно злило, отчего он сильнее терзал ее.

Тар искоса принялась рассматривать Купера Романова.

Было видно, что он высокий, даже выше Макса. Мускулатура у него тоже была более развита, но не перекачена, а цвет кожи светлый. Волосы у него были светло-желтого оттенка, коротко стриженые, но со спадающей на лоб челкой. Форма лица была круглая, и Тар видела, как его желваки напряжены, отчего скулы сильнее выделялись. Подбородок у него был круглый и слегка приподнятый. Губы тонкие, плотно сжатые. Нос прямой, длинный, с горбинкой на переносице, которая появляется только после того, как его ломали. Глаза слишком далеко посажены, слегка портят картину. Цвет глаз - блекло-синий. Светлые ресницы и брови, почти не заметны.

По лицу было понятно сразу, что это серьезный человек, который редко улыбается.

Купер тоже ее рассматривал, но не искоса, а открыто. С пренебрежением и недовольством. При этом морща нос и губы, и дышал громко и недовольно, потому ноздри расширялись и сужались, делая его схожим с быком, перед которым машут красной тряпкой. Весь его вид говорил, что он в ярости, а волны только подтверждали это.

– Как твое имя?
– грубо спросил Купер.

Тар удивил вопрос, ведь ему должны были назвать не только ее имя, но и представить весь тот компромат, что удалось накопать на нее, но она все рано ответила:

– Тар.

Купер кивнул головой и продолжил грубым тоном:

– Слушай меня внимательно, Тара...

Кенуар ударило горячей волной, отчего она непроизвольно вздрогнула, заставив мужчину резко замолчать.

Волна отхлынула и накати холод.

Если бы женщина не знала, что он не чувствует ее, то подумала, что он издевается.

– Я - Тар, - слишком резко сказала кенуар, и голос у нее был хриплым.

Купер раздраженно закатил глаза и к грубости присоединился холод и раздражение:

– У нас к женщинам принято обращаться в женском роде, и так как ты теперь работаешь на меня, то я буду называть тебя так, как мне удобно...

– Тара меня может называть только мой ре... муж, по-вашему, - тоже с легким раздражением парировала кенуар, а потом добавила, не сумев сдержаться: - И если вы не желаете взять меня в жены, то советую называть меня "Тар" и никак иначе.

– У кошечки есть зубки, - с ухмылкой произнес Макс, а вот у Купера лицо искривилось от злости и раздражения.

Тар посмотрела на Макса и хмуро произнесла:

– Ваши ученые давно доказали, что у нас и у ваших млекопитающих нет ничего общего, кроме схожести нескольких органов, так что я буду вам признательна, если впредь вы не будете сравнивать меня с вашими

животными.

– Да я образно имел виду, - извиняющее произнес Макс и улыбнулся.

Искренности в нем не было, но Тар все же примирительно кивнула головой, тоже не желая раскалять скандал на пустом месте.

Посмотрев на Купера и на этот раз вытерпев волну, она произнесла:

– Я вас внимательно слушаю.

– Так вот, Тара, - с нажимом произнес он ее имя, вызвав очередную волну, - заниматься ты для начала будешь сбором и сортировкой информации. За капсулой приходить будешь ко мне сама, бегать я за тобой не собираюсь. Если я буду отсутствовать, то будешь брать у моего секретаря - Анны Войковой. Работаешь с восьми до восьми, выходной - воскресенье. Вот твой пропуск, - протянул он ей пластиковую карточку.

Кенуар аккуратно ее взяла, не желая прикасаться к его коже, и посмотрела на карточку.

На ней была ее фотография - бледное, исхудалое лицо. Эту фотографию сделали, когда ее арестовали. Справа было написано: Пропуск. Третий уровень. Тара Ильман.

– Тара Ильман?
– с недоумением зачитала она имя.

– Это теперь твое имя, - с раздражением ответил Купер.
– Твои новые документы и кредитная карточка тоже зарегистрированы на это имя, так что привыкай! Хоть пропуск у тебя третьего уровня, но на нём стоят ограничения, так что никуда, кроме моего отдела, ты попасть не сможешь...

Тара хмыкнула и, видно, слишком громко, так как Купер осекся, зло сузил глаза и угрожающе протянул:

– И я очень рекомендую тебе не пользоваться без разрешения своими способностями, если ты хочешь у нас работать.

"...и получать свое противоядие!" - добавлял его взгляд, и волна злорадства и насмешки.

– Я поняла, - отозвалась женщина.

– На работу выйдешь послезавтра, тебя встретят, все расскажут и покажут. Завтра постарайся привести себя в более приличный вид. Накупи нормальной одежды, деньги на карточку тебе уже перекинули. Это аванс, зарплату начисляют семнадцатого числа каждого месяца. О том, что ты бывшая преступница и каким образом стала у нас работать - никому не рассказывай. Легенду выдумай себе сама. Как вариант, можешь сказать, что тебя заметили из-за твоих способностей и пригласили работать. Информация на тебя засекречена, так что никто проверить все рано не сможет. Это понятно?

– Да.

– Отлично.

– А как же ваш секретарь?
– все же решила уточнить Тар.

– Она не знает всех обстоятельств, и я ей доверяю, - резко ответил мужчина.

Видно, ему не нравилось, когда задают вопросы, да женщина больше ничего не спрашивала. Общаться с Купером ей было трудно. Огненные волны накатывали на нее словно во время шторма. От чего ее тело то опаляло жаром, то леденило холодом.

И еще она решила для себя, что впредь постарается общаться и видеться с Купером Романовым как можно реже, потому что он вряд ли поймет их. А давать в его руки власть над собой она уж, точно, не станет. Особенно, человеку.